Страница 2 из 3 ПерваяПервая 123 ПоследняяПоследняя
Показано с 11 по 20 из 24

Тема: Повесть Льва: Вокруг Мира в Спандексе

  1. #11
    Pro Wrestling Superstar Аватар для Darklight
    Регистрация
    20.05.2009
    Адрес
    Черкассы, Украина
    Сообщений
    870

    По умолчанию

    Глава 19: Халкионовый боулинг

    Работая по бешеному графику, редкие дни отдыха я проводил на крыше гостиницы Плаза, читая книгу или слушая музыку. Это было мирным местом для отшельника решившего собраться с мыслями и отдохнуть наедине. И я очень расстроился когда, однажды поднявшись на крышу, застал там Арта Барра, чувака который жуёт табак. Мой алтарь тишины принадлежал кому-то ещё и это огорчает.

    Мы практически не знали друг друга, и встреча была в некотором роде неуклюжей поначалу. Тема для разговора никак не находилась, пока мы не заметили парня, который «оформлял» девушку сзади в окне дома прямо через дорогу. Девушка обладала массивными пушками (да и сама она, на вид, весила больше ста килограммов), которые хлюпали об оконное стекло с каждым толчком. Посреди полового акта парень нас всё-таки заметил, показал средний палец и опустил штору. Мы валялись со смеху, переварив ситуацию. Если существует лучшая история, разбивающая тишину между двумя незнакомыми людьми, я бы хотел её услышать.

    Я начал тусоваться вместе с Артом в свои выходные и однажды он предложил мне посетить съёмочную площадку. Член Зала Славы WWF – Родди Пайпер снимался в фильме Immortal Combat (номинировавшийся на Оскар как лучший фильм 1994 года) и был хорошим другом Арта со времён, когда Пайпер выступал в промоушене папы Арта в Орегоне. Родди пригласил Арта, Арт взял меня.

    И мы оба в результате снялись в лучшем фильме в истории. Арту дали роль официанта, а я играл мешок для битья. Легенда боевых искусств Сонни Чиба, играющий лютого врага Пайпера, в одной из сцен разбирался с головорезами, одним из которых был я. С каждым дублем Чиба всё больше уставал. Поначалу он легко останавливал удары, но к десятому дублю, Чиба молол меня со всей дури.

    Когда фильм вышел, меня не оказалось в титрах. Более того, если вы не нажмёте на паузу в определённом месте, то даже не заметите моего лица. А если нажмёте, то сможете разобрать мой нос и немного волос, светящихся на двух кадрах. Но я всё же выглядел сексуально и официально дебютировал на большом экране, на пару с Хейли Осментом из «Шестого Чувства».

    Несколько дней спустя, когда Арт пришёл ко мне, рассказывая, как он (а не мы) круто сыграл, по мнению Пайпера. Только вот я не мог понять, нафига он привёл с собой маленького ребёнка.

    Неловко слышать типичную матерную речь Арта в присутствии ребёнка, который выглядел лет на десять. Малыш был похож на Цыплёнка Цыпу, ростом примерно в полтора метра и весом в шестьдесят килограмм. Он молча стоял с широкой улыбкой застывшей на лице. У меня чуть не прихватило сердце, когда Арт достал косяк и попросил огоньку.

    «Ты, что делаешь? Не перед ребёнком! Зачем ты вообще с ним пришёл?»

    Арт рассмеялся и объяснил, что его спутнику на самом деле восемнадцать лет и он тоже реслер. Я посмотрел на его тощее тело и с сожалением подумал, что ему приходиться несладко.

    Я попросил хоть какое-то удостоверение личности и малыш мне его предъявил, а потом сказал на чистом английском:

    «Мне нравиться твоя работа, надеюсь, мы однажды встретимся на ринге».

    Я одобрительно кивнул ему, но подумал, что малышу сильно повезёт, если он устроится хотя бы носильщиком моих вещей. Но, в конце концов, я работал с ним великое множество раз, когда малыш стал Реем Мистерио младшим, лучшим хай флаером всех времён и народов.

    Мы вместе с Артом придумали глупейший вид спорта под названием Халкионовый Боулинг. Халкион это таблетки снотворного, которые отлично справлялись с основной задачей. Но если употребить таблеточку и не пойти спать, то будешь ходить, спотыкаясь и бормоча, как при алкогольном опьянении. Мы собрали Эдди, Тонгу, Блек Меджика, Майка Лозански, Мигеля Переза, Хосе Эстраду и пару близнецов, известных как «Охотники за головами», обладающими феноменальными, с точки зрения маркетинга, именами – «Охотник за головами А» и «Охотник за головами Б». Мы приняли по таблетке и провели самую ужасную игру в боулинг в истории человечества. Самые яркие моменты: Эдди выбил страйк, пройдя по аллее и закатив шар в сантиметрах от кегелей, Тонга выбил страйк, только забросив шар на соседнюю аллею, я выбил страйк, когда падал вниз по лестнице и сбил головой два ряда стульев.

    Когда я не падал на лицо, то занимался придумыванием фирменных приёмов. В 1993 лунное сальто (заднее сальто с канатов в сплеш) было не таким распространенным как сегодня. Я как-то просматривал японские записи и стырил этот приём у Великого Муты, для использования в Мексике. Когда и другие ребята начали его использовать, я должен был найти другую версию.

    Позвонив Ленни и расспросив насчёт идей, он сказал: «А ты когда-нибудь думал о том, чтобы сделать лунное сальто оттолкнувший от среднего каната?».

    Мысль пришла к нему во сне, и я попросил его пояснить. Он объяснил, что отталкиваясь от среднего каната, сальто получится сделать быстрее, с меньшими затратами времени на подготовку и выглядеть это дело будет действительно уникально. Это именно то, что я искал.

    И вот я отправился в Арену Мексико посреди дня, и начал отрабатывать моё новое творение на глазах 17 000 пустых мест. Запихав грязной одежды в мешок, я получил мишень. После дюжины попыток, я выяснил, где же нужно лежать противнику, чтобы не быть припечатанным коленами в лицо.

    На следующий день я бросил Негро Касаса ровно в четырёх шагах от канатов и исполнил Львиное Сальто в первый раз. Я использовал этот приём практически каждый вечер на протяжении следующих двенадцати лет.

    Исполнять такой акробатический приём на каждом шоу было действительно опасно, поскольку канаты в Мексике или слишком спущены или слишком натянуты. Поэтому вдобавок к моей передматчевой молитве, я решил оставаться на хорошем счету у Бога ещё и совершая хорошие поступки. Каждый раз, подъезжая к заднему входу на Арену Мексико, меня встречали детишки и предлагали отнести мои сумки внутрь арены и таким образом бесплатно попадали на шоу. Я поддерживал их изобретательность и брал с собой нового ребёнка, каждый вечер.

    Бедным мексиканским ребятам жилось действительно тяжело. У меня разбивалось сердце, когда я видел, как они с грязными лицами и грустными глазами просили милостыню на каждом углу улиц Зона Росы. Зона Роса это модное место в центре города, заполненное ресторанами, музыкальными магазинами и кинотеатрами. Также это место было заполнено запахом сточных вод и крыс, размером с маленьких котов. Я даже видел одну краем глаза. Я не осознавал размеров крысы, пока она не пробежала рядом с ногами Меджика в шлёпанцах, в один прекрасный день.

    Мне было действительно жалко детвору, и я часто раздавал им приличные сумы. Но всё прекратилось, когда я увидел, как они собираются вокруг старшего товарища и отдают ему собранные деньги. Дети работали в синдикате, собирали деньги по городу и получали свой процент. Скорей всего они зарабатывали больше меня.

    Достигая определённого возраста, дети в Мексике должны были зарабатывать для своей семьи. Повсюду работала ребятня: мыла окна, продавала жевачку на светофорах, торговала фруктами с тележек посреди улицы, танцевала или играла на музыкальных инструментах за мелочь.

    Прогуливаясь по парку в центре города, я наткнулся на группу детей, которые играли рок. Не пара акустических гитар и пластмассовое ведро, о нет, я имею ввиду профессионально организованный коллектив. Две гитары, клавиши, басс и барабаны в окружении колонок и усилителей. Они играли Black Sabbath, Deep Purple, Kiss, Rush, чистейший хеви метал 70-х… и справлялись с этим на ура. Когда они доиграли сет, я представился и узнал, что они называются «лос Леонес». Четыре брата и одна сестра в возрасте от пятнадцати до двадцати двух. Лос Леонес приносили единственный доход семье Хередия.

    Все участники были виртуозами, особенно Джейр, главный гитарист. Ему было всего лишь пятнадцать, и гитара казалась, чуть ли не больше его самого, но чувак рубил как Эдди Ван Хален. Он очень обрадовался, когда я заявил, что теперь он мой любимый мексиканский гитарист. Они все знали английский, слушая Американскую музыку, и мы провели долгий разговор о рок-н-ролле в Мексике. Когда они узнали, что я играю на бас гитаре, родились «Коразон лос Леонес».

    Я пришёл на следующий день и мы отыграли Paranoid, Roadhouse Blues, Domino, Love Gun, классические песни, которые мы знали и любили. Не смотря на то, что мы выросли в разных мирах и ни разу не репетировали вместе, музыка звучала как у матёрых ветеранов рока. Они объявили, что я Коразон де Леон из Арены Мексико и ещё больше народу собралось оценить реслера овладевшего бас гитарой. В конце сета люди забили площадку до отказа, и нам пришлось передавать шляпу чуть более десяти раз, чтобы собрать все деньги. Я заработал целых сорок песо и никогда так не гордился зарплатой.

    Они дали мне видео кассету с нашим выступлением и если вы её посмотрите, то не найдёте человека улыбающегося больше меня, когда мы играли. Сила музыки выходит за рамки всего: языка, стран, рас.

    Глава 20: Когда теряешь брата

    Я возвращался в отель после городского рока и неожиданно встретился с Меджиком. Он переехал в квартиру в центре города и пригласил меня к себе посмотреть новое шоу, которое WWF запускало на канале USA Network. Шоу называлось Monday Night Raw. За просмотром из Мексики я вспомнил, как хочу бороться там. Мексика была великолепной, здесь можно было хорошо жить, но самым желанным для меня по-прежнему был ринг WWF. С той славой, что я заработал в Мексике, я чувствовал, что был на правильном пути к своей цели. Но у меня по-прежнему не было нужных связей и мне по-прежнему казалось, что пока я не готов к этому. Да, я неплохо работал на ринге, я умел работать и как хил и как фейс, но я пока что не развил свой персонаж. К тому же я не делал промо с тех пор как уехал из Канады. Даже, несмотря на то, что мой испанский был, не так уж плох, в луча либре интервью не были важны, так как в американском реслинге. Однако, наблюдая выпуск Raw из Манхэттен Центра в Нью-Йорке, я вспомнил о своей главной цели.

    Что касается самой программы, она была куда живее, современнее и круче чем всё то, что я видел от WWF до этого. Компания сделала больший акцент на не особо крупных ребятах, вроде Брета Харта и Шона Майклса. Когда я увидел как 1-2-3 Кид (худой пижон, который вообще не смахивал на посетителя тренажерного зала) победил Рейзора Рамона, одну из топ-звезд компании, я чуть не улетел со стула. Тогда я понял, что размер был практически не важен, для того чтобы попасть в WWF. Размер имел значение меньшее, чем когда-либо.

    Мне нравилось сидеть у Меджика и смотреть шоу, вот только Вампиро (парень, который предложил мне носить набедренную повязку) тоже зависал у него. Чем больше я жил в Мексике, тем меньше времени хотел проводить с Вампом. С того момента как я появился в CMLL, меня раскручивали, и ему это не нравилось. Мы были двумя главными иностранными фейсами компании, но я не представлял для него угрозы. Его позиция самой большой звезды компании не менялась. Но даже, несмотря на то, что мы оба были из Канады и увлекались музыкой, его действия были яркой иллюстрацией к тому, что он не заинтересован в дружбе со мной.

    - Когда я впервые появился в Мексико-сити, он дал свой номер телефона и сказал, что если мне нужно будет где-нибудь перекантоваться, или потребуется помощь, то я могу позвонить. Когда я позвонил, оказалось что номер принадлежал престарелой даме по имени Роза и ни о каком Вампиро она слыхом не слыхивала.

    - Судья EMLL Роберто Рангел сказал мне, что Пако хочет создать канадскую группировку из трех реслеров – Вампиро, Дикого Пегаса (Криса Бенуа) и меня. Когда Вамп услышал об этой идее, он пригрозил уйти, если Пако объединит его со мной.

    - Маркос, отвечавший за зарплату сообщил мне, что Вамп каждую неделю достает его, уточняя, сколько денег я заработал.

    - Пако однажды пригласил меня к себе в офис и выглядел очень серьезным. Он спросил все ли меня устраивает, и когда я заверил его, что мне очень нравится работать в Мексике, Пако выдал что по словам Вампа, я ненавижу Мексику. Он сказал, что я ненавижу мексиканцев, еду, хочу больше денег, больший пуш, и планирую свалить из компании, как только так сразу. Я уверил Пако в обратном и он заметил: «Ну, Вамп – это Вамп».

    Когда Вампиро не пытался опозорить меня, он позорился сам, ежедневными идиотскими историями. Такое впечатление, что он позаимствовал черты характера Эдда Лэнгли, заявляя следующее:

    -Он был телохранителем Милли Ванили

    -Он играл в хоккей в низшей лиге за Winnipeg Warriors. Когда я сказал ему что вырос в Виннипеге и был большим поклонником этой команды, он неожиданно вспомнил, что перепутал и играл за Moosejaw Warriors.

    - Он был мастером кунг-фу.

    - Он был охренитительным поваром.

    - В детстве он никогда не смотрел реслинг, но поехал в отпуск, побывал на шоу в Мексике, скаут заметил его и завербовал.

    Я встречал кучу реслеров, которые подтвердили, что работали с Вампиро на канадских шоу за годы до того, как он попал в Мексику.

    Я быстро понял, что оптимальным вариантом в данной ситуации будет игнорировать его, как назойливого маленького ребенка. Он был придурком, и я так к нему и относился. Всякий раз, когда он начинал рассказывать свою вампхерню, я просто выходил из комнаты.

    Однако была и другая сторона медали. Я стал близким другом Арта Барра. Мы много тусовались вместе, и я потихоньку знакомился с его прошлым. Он вырос в Орегоне и, как и его отец Сэнди, был реслером и промоутером. Он вырос в реслинг-бизнесе, и действительно раскрутился, когда Родди Пайпер стал его наставником и пристроил в WCW. У него был гиммик «Соковижималки», основанного на герое фильма «Beetle Juice». Белый грим, сумасшедшая прическа – он стал очень популярным среди детей благодаря своей выдающейся харизме.

    Арт покинул WCW. Считаясь слишком маленьким для WWF он блуждал по мелким промоушенам, пока Коннан не предложил ему работу у Пако. Когда они вдвоем присоединились к конкурентам из AAA, Арт объединился с Эдди Герреро, и вместе они основали Лос Грингос Локос, одну из величайших хильских команд в истории луча либре.

    Обретя новый успех, Арт был вынужден неделями, а иногда и месяцами находиться вдали от жены и двоих детей. Это друзья мои, худшая часть реслинг-бизнеса: постоянные путешествия, которые отдаляют вас от тех, кого вы любите. Как бы не были замечательны слава и деньги, иногда мне кажется, что обычная работа в Тако Белл и при этом каждодневные встречи с детьми были бы все же лучше.

    К счастью, все мы, обитатели «Плаза Мадрид» стали друг для друга второй семьей (или в моем случае – третьей семьей, включая Палко). Мы обсуждали наши проблемы, наши мысли и просто отлично проводили время. Я был близким другом Лэнса, Ленни и Комо. Но с этими парнями была другая ситуация, потому что мы были в родной стране. А в Мексике мы были как рыбы, вытащенные из воды, поэтому Эдди, Тонга, Блек Меджик, Майк и Арт были для меня родными.

    На первый взгляд Арт был эгоистичным, саркастичным, неприятным козлом. Но стоило узнать его получше, как вдруг понимаешь, что не любить его невозможно. Арт и Эдди все еще работали в ААА и после того, как проиграли один из величайших матчей всех времен Октагону и Эль Ихо Дель Санто, Эдди помог Арту попасть в тур с New Japan. Невероятная харизма Арта, вкупе с его хорошей подготовкой на ринге, позволили ему добиться быстрого успеха в Японии. Он был на пике своей карьеры, зарабатывал деньги по всему миру и наконец-то получил заслуженную возможность отдохнуть и побыть со своей семьей. Жизнь удалась.

    За день до того, как он отправлялся в Орегон, мы встретились, чтобы немного потусить в Зоне Росе. Мы завернули к Карлу младшему чтобы съесть по бургеру и горячо спорили являются ли Loverboy крутой группой. Мы смотрели одно из их видео в Плазе, и я начал доказывать, что бандана и идиотская обувь вокалиста Майка Рено совершенно не сочетается с их офигенными песнями. Арт решил в честь группы Loverboy купить бандану и носить ее целый день. Гораздо позже, выступая на Nitro в WCW, я обвинял Лени Лейна в том, что он стащил мои записи Loverboy. Это был небольшой трибьют Арту.

    После обеда, вместо того чтобы вернуться в Плазу на автобусе, мы увидели на улице повозку и Арт предложил прокатиться. Представьте двух гетеросексуальных парней на повозке – один блондин с длинными волосами, второй – в бандане Loverboy, сидим рядом и с ветерком катимся в направлении отеля.

    В отеле, прежде чем разойтись, Арт достал из кармана ключ от своей комнаты и отдал его мне. Поскольку Арт и Эдди считались главными звездами ААА, у них были отдельные апартаменты на верхнем этаже с видеомагнитофоном, холодильником и плитой. Я жил в обычной комнате и этот ключ был для меня все равно, что пропуск в Диснейленд. Было немного странно, так как насколько я знал, Арт никогда никому не давал свой ключ, а уж мне-то он точно его не доверял. Он сказал, что я могу в любое время приходить в эту огромную комнату, смотреть фильмы, готовить ужин, или просто гулять по его здоровенной комнате. Потом он обнял меня и сказал: «Я люблю тебя, чувак».

    Когда эти слова сказаны мужиком мужику, вполне можно почувствовать себя некомфортно. Однако только настоящий мужик может сказать другому, что он любит его как брата. Я сказал в ответ то же самое, и мы разошлись. Навсегда.

    Через пару дней я смотрел фильм в комнате Арта, когда раздался звонок. Я поднял трубку и с удивлением узнал голос Меджика. Я спросил его, что случилось, и мороз пробежал по моей коже, когда он сказал два простых слова «Арт мёртв».

    Время замедлилось вдвое. Я смотрел на кнопки на телефоне и пытался понять, для чего они нужны. Я увлеченно рассматривал числа на квадратах телефонного аппарата: 1, 2, 3… не успел я дойти до четырех, как оказался на полу.

    Колени превратились водяные шарики и не могли удерживать тело. Я рухнул как карточный домик. Можно было сказать, что я упал в обморок, но не терял сознания. Я все еще мог чувствовать запах пыли на коричневом ковре и лака на дубовом столике. В трубке раздался голос зомби: «Что ты такое говоришь?»

    «Арт мёртв. Он умер дома.»

    Меня парализовало прямо как маму. Тело не слушалось, и я никак не мог встать с пола.

    Меджик объяснил, что Арт умер ночью, рядом с ним спал его маленький сын Декстер.

    «Меджик, что же нам делать? Что же нам делать?» Я продолжал спрашивать снова и снова.

    «Что же нам делать?»

    Я никак не мог осознать того, что услышал. Я не понимал, как парень, который пару дней назад ел со мной гамбургер и спорил о группе Loverboy, сегодня уже может быть мертв. Повесив трубку, я схватил ручку, бумагу и начал писать. В каком то смысле, я писал письмо Арту, которое помогло мне осознать то, что мне сказал Меджик. Я выразил на бумаге свои чувства, чернила были моими эмоциями, и на следующий день я отправил написанное в Wrestling Observer. То, что я написал, появилось на первой полосе следующего выпуска. Было немного странно вновь читать это, потому что я не помнил ни слова, пока не перечитал.

    Когда теряешь брата.

    Ты пытаешься забыть о том

    Что он ушел так рано

    Я раздавлен и сломлен

    Я не знаю что делать

    Брат – это больше чем кровь

    Больше чем просто имя

    Несмотря на то у нас разные семьи

    Мы все равно братья

    Мы не были братьями по плоти и крови

    Мы были братьями по обстоятельствам жизни

    Мы делились историями и временем

    Мы делились мнениями и мечтами

    Я помню как много раз

    Когда мы были наедине с самими собой

    Мы помогали друг другу преодолеть трудности

    Так как были чужаками в чужой стране

    Я безумно благодарен

    Что однажды

    Мы обменялись словами «Я люблю тебя»

    Как могут сказать только истинные братья

    Потому, что несмотря на то что ты ушел

    В место, которое мы когда-нибудь увидим

    Мы всегда делили уважение, любовь, восхищение и радость

    И ты всегда будешь со мной

    Крис Джерико, Львиное Сердце
    Мексико-Сити
    День Благодарения, 1994

    Смерть Арта по-прежнему покрыта мраком. Существовало множество версий о причинах случившегося, но у меня есть своя. Арт принимал тонны таблеток каждый день. Мне кажется, его тело просто не выдержало такой нагрузки. Организм не понимал когда надо бодроствовать, а когда спать, и, в конце концов, просто решил отключиться.

    Закончив писать реквием Арту, я вернулся в комнату, чтобы немного убраться. Я не знал, что нужно искать, но прекрасно понимал – его смерть станет большим событием, и не хотел, чтобы после полицейских обысков его семья страдала еще больше. Прятать ему было особо нечего, но я убрал то, что как мне казалось должно быть убрано, не нарушая уважения к моему другу и его семье. Я еще раз оглядел комнату и уже собирался выключить свет и уйти, как вдруг заметил фотографию, висевшую на стене. Это была фотка с Артом, стоящим в полном обмундировании, с классическим взглядом змея-искусителя, сделанная год назад на рождественской вечеринке. Я не имел права снимать ее и забирать себе, но я это сделал. Это было тем, что помогло мне хранить светлую память о брате.



    Ноябрь 1994. Я забрал эту фотографию из комнаты Арта в вечер его смерти. Каждый раз, глядя на неё я мысленно возвращаюсь в тот момент, когда узнал страшную новость от Меджика.


    Через пару недель после смерти Арта, курс мексиканского песо упал. Внезапно я начал зарабатывать лишь треть обычного, а цена 1000 песо упала с 340 до 125 баксов за один день. Однако это не было большой проблемой, потому что после смерти Арта я не получал от реслинга в Мексике никакого удовольствия. Все круто изменилось, и было слишком больно оставаться в Плазе со всем, что напоминало об Арте. Всевышний намекал, что пора двигаться дальше, и не было никакого совпадения в том, что через несколько дней мне сделали предложение из места, идеального для продолжения моего путешествия.

  2. #12

    По умолчанию

    Часть пятая - Германия

    Глава 21
    Треугольник Разврата.


    Не смотря на то, что я был мейн-ивентером по всей Мексике, сердцеедом, участником матча года, чемпионом, прекрасным 24 летним парнем, мне всё равно казалось – я ещё не готов к Северной Америке. Я считал, что у меня было мало опыта для работы в Ню Йорке (WWF, на реслерском сленге), но и в Мексике оставаться не хотелось.

    И снова я достиг «потолка» как реслер и устал жить в, как ни крути, стране третьего мира. Я получил всё, что мог от луча либре, и собирался поработать где-то в другом месте. Поскольку Япония на горизонте не маячила, я начал задумываться о Европе. Стиль там основывался на технике (то, что мне нужно было улучшить) и меньше на масках и ярких яйце-сжимательных костюмах. Ленс сделал себе имя, работая в Германии и Австрии, с тем же промоушеном где работал Крис Бенуа годами ранее. Я уважал обоих, поэтому начал узнавать что и как.

    В Плазе я встретил ещё одного американского реслера по имени Соломон Гранди, который провёл предыдущую осень, работая в Гамбурге. Я попросил у него адрес промоутера. Если изначально Beatles стали популярными в Гамбурге, чем я хуже? Соломон дал мне адрес и на следующий день я написал промоутеру Рене Ласартессе письмо… архаично!

    Несколько недель спустя я получил ответ. Он объяснил, что его промоушен проводит турнир на одной и той же арене по шесть вечеров подряд на протяжении шести недель. Я послал ему свою вкусную фотографию в одних порванных джинсах и по его словам, его дочь влюбилась в картинку и настояла на моём приезде.



    Январь 1993. В эту фотографию влюбилась дочь Ласартессе, что помогло мне попасть в Германию. Я носил эти джинсы в 20 градусный мороз в Калгари. Обморожение - маленькая цена за крутой внешний вид.

    К удивлению, меня вот так вот просто взяли. Но, пожалуй, мне не стоило недооценивать своё сексарио. Я узнал насчёт гарантий, рабочей визы, гостинцы, билета на самолёт. Оказалось, не будет ни визы, ни билетов, зато Рене заплатит мне по 150 немецких марок за каждое шоу. Ещё он обещал подобрать меня возле аэропорта и забронировать место в отеле, вместе со всеми остальными. Далеко не лучшее предложение, но я мечтал попасть в Европу и решил ехать в ущерб зарплате. Больше меня манила мысль - работать каждый вечер в одном и том же месте, перед теми же людьми. В таком случае, халявить никак не получиться. Каждый день я должен буду придумывать что-то новое. Отличный способ держать свои навыки в духовном и физическом тонусе… как в гимнастике Пилатес.

    В Германии реслинг называется Кетч. Это сокращение от «поймай-как-только-можешь-словить» стиля реслинга, что, впрочем, бессмысленно. Как и гезундхайт, тоже немецкое слово.

    Итак, я купил билет и прилетел в Гамбург, в предвкушении добавления ещё одной страны в расширяющийся список мест, где развивалась моя карьера. Я сошёл с самолёта, окинул взором аэропорт в поисках таможни и к своему удивлению не нашёл её. Я мог привезти две хоккейные сумки, битком забитые чистейшим кокаином из Денвера и никто бы даже не узнал.

    У меня как раз были две хоккейные сумки, но, к сожалению, они были наполнены одеждой, не кокаином. Тур длился шесть недель, и я собрался соответственно. Я привёз ровно три недели одежды… двадцать одну пару носков, двадцать одну пару трусов и так далее, в общем, стираться мне пришлось бы только раз. Гениально, да? Ещё я захватил кучу кассет (помните такие?) и магнитофон в лучших традициях гетто, с четырьмя динамиками. Ничего не смогло бы разлучить меня с рок-н-роллом все шесть недель.

    Я уложил чемоданы под тёплыми лучами яркого солнышка и начал искать дружественное лицо Ласартессе. Я понятия не имел, как он выглядит, но это была не проблема, так как в аэропорту и возле него не было никого.

    Никого.

    Я оказался один Германии, не зная языка, не имея хоть каких-то телефонных номеров и знакомств вообще. Всё что у меня было, это адрес Отеля Домшанке, места, где Рене забронировал мне номер.

    Я нашёл, как оказалось, единственного таксиста в Гамбурге, болтающегося в кафешке неподалёку и вручил ему адрес. Мы ехали минут двадцать и остановились возле здорового, на вид, дома, без позитивных узоров на стенах, окон как на картинках и вращающихся дверей. Я протянул свои забитые хоккейные сумки вверх по лестнице и зашёл, как мне показалось, в лобби.

    На самом деле это был паб, и как в кино, все вдруг замолчали и уставились на меня. Улыбка сползла с моего лица, когда народ внезапно ударил кружками по столам и хорошенько присмотрелся. Я с грохотом бросил сумки и спросил толстую барменшу, «Извините, а где у вас приёмная?»

    Она промолчала, в то время как несколько фройндов поржали за моей спиной.

    Стрёмно.

    «Это тут ИЕЕЕСТЬ приёмная» хмуро сказала она с сильным немецким акцентом.

    Я намекнул, что для меня забронировали номер.

    «Нет, у нас все места заняты»

    «Я уверен, что забронировали. Рене Ласартессе должен был подойти»

    «Я уверена НЕЕЕТ, у нас всё занято» настояла она

    Значит Рене не только не забрал меня с аэропорта, но и места в отеле не занял. Но в этом нет ничего удивительного. Это реслинг, какие нафиг объяснения?

    Я успокоился и спросил насчёт местонахождения турнира по Кетчу. Она показала пальцем на не такой уж и большой тент посреди огромного парка.

    «Приямо там», сказала она и подарила мне на память корзину немецких щенков. На самом деле, она уставилась на меня, как будто я замочил Девида Хэссельхоффа и указала на дверь.

    Прогуливаясь по парку, по направлению к тенту, я проклинал Ласартессе. С каждым шагом, мои сумки становились на кирпичик тяжелее. Злой и потный я таки добрался до арены, которая бы больше подошла для Октоберфеста, чем для реслинга. Это был большой цирковой шатёр с деревянным полом и висящими флагами под потолком. Возле него стоял ряд домов на колёсах. Когда я постучал в двери первого прицепа в надежде разыскать Ласартессе, меня поразило то, что двери открыл Дейви Бой Смит.

    Через две секунды я понял, что чувак был не такой огромный и красивый как Дейви, но всё же у них было много общего. Похоже, его не обрадовал побеспокоивший незнакомец, и он буркнул на сильном английском: «Какого хрена тебе нужно?».

    Когда я сказал, что ищу Рене, он подобрел и пригласил в свой трейлер.

    Его звали Бостон Блеки и трейлер, или караван, принадлежал ему. Большинство реслеров из Британии путешествовали караванами (!!!) и в результате экономили много денег на протяжении всех шести недель турнира.

    Мы обменивались любезностями, как вдруг он спросил: «А ты злодей или голубоглазик?»

    Мне понадобилась минута, для того, чтобы понять, что голубоглазик это фейс. Блеки был голубоглазиком, что подтверждалось стопкой картинок Дейви Боя Смита (одного из самых популярных британских реслеров вообще) на столе, подписанных «Бостон Блеки».

    Блеки был не единственным британцем, копирующим знаменитый гиммик WWF. Вскоре после нашего разговора в трейлер зашёл человек с внешностью усталой собаки, по имени Джонни Сауз. Джонни с натяжкой можно было назвать похожим на Ястреба из Дорожных Воинов, но вместо того, чтобы быть известным как Легион Ужаса, он был Легендой Ужаса (у нас Биг Мак, у них Биг Мик). Он был также накрашен, с таким же ирокезом и наплечником с шипами как у Ястреба, но имелось одно ощутимое несоответствие. Джонни был где-то на пол метра короче и килограмм на тридцать легче. Ещё у него было противное углубление посреди лысой головы.

    Моё любопытство победило, и я спросил, «Откуда вмятина?».

    «Меня ударили топором по голове», авторитетно и абсолютно серьёзно заявил он. «Топор застрял даже, грёбанная железяка».

    Честно.

    Блеки сказал, что Ласертессе был где-то внутри и я зашёл в шатёр и встретил здорового блондина сидящего за столом и считающего деньги.

    «Вы Рене?»

    «Да. А ты кто такой?». Рене был швейцарцем и разговаривал с франко-английским акцентом, как у Гиганта Андре.

    Я Крис Джерико»

    Он сделал мне комплимент - «Ого, а на картинке ты лучше выглядишь».

    Рене продолжил крушить моё эго, когда пояснил, что просто забыл забрать меня и забронировать место в Домшанке.

    Он предложил компенсировать последствия своей забывчивости поездкой по окрестностям Рипербана, где я мог бы найти, где пожить. Забравшись в двухместный Транс Эм, который оказался слишком маленьким и мне пришлось сидеть с одной из моих здоровенных сумок на коленях. Мы завернули на улицу в неоновых огнях, вокруг было очень много рекламы различной порнухи. От стриптиза до половых актов вживую. Рипербан – один из самых известных Районов Красных Фонарей в мире. И на протяжении шести недель я буду жить здесь.

    Узнав цены в нескольких отелях, мне они оказались не по карману. За вечер я зарабатывал 150 марок, (примерно 175 баксов) а комнаты отдавали от 100 до 120 марок за ночь. Подкиньте ещё две тысячи, которые я выложил на самолёт, и пойметё почему мне нужно было быть максимально экономным. Чем дальше мы ехали по Рипербану тем ниже были, как и цена, так и качество.

    В конце концов, я остановился на прославленном отеле Реинланд за клёвые 75 марок в день. Ещё дешевле и я бы спал на спине у таракана. В Реинланде мы с ними просто были соседями по комнате.

    К счастью отель Реинлалд расположился в окружении, так называемого мной, Треугольника Разврата ™. Справа находился стрип клуб под названием «Кошачий Мяу», слева МакДональдс и через дорогу хеви метал клуб – Докс. Это покрывало практически все мои главные нужды на протяжении захватывающих шести недель.

    ^ ^ ^ ^
    JOIN US





  3. #13
    Pro Wrestling Superstar Аватар для Darklight
    Регистрация
    20.05.2009
    Адрес
    Черкассы, Украина
    Сообщений
    870

    По умолчанию

    Глава 22: Проклятье Джерико

    Турнир проходил в холодные и промозглые месяцы – сентябрь и октябрь. Вся эта влажность пронизывала одежду и пробирала до костей. У меня в комнате постоянно было холодно, потому что обогреватель работал через раз. Ситуация оказалась ещё хуже, когда я открыл дверь в ванную и обнаружил там только… кладовку.

    Я спустился вниз, чтобы спросить, где же мой туалет. Толстяк за стойкой, усмехаясь, объяснил, что в Европе в любой гостинице была только одна уборная на один этаж.

    «Откуда ты… Америка?» с усмешкой спросил он.

    «Ээээ, я из Канады, дружбан» - парировал я и с королевским апломбом повернулся и отошел от стойки. Мой уход был бы гораздо драматичнее, если бы через две секунды мне не пришлось бы вернуться из-за того, что я предварительно захлопнул дверь своей комнаты и не мог в неё попасть.

    Так что теперь мне приходилось класть на унитаз туалетную бумагу, перед тем как сбросить бомбы, а раковину в своей комнате использовал как писсуар,… после чего там же умывал лицо.

    Ключ к моей комнате представлял собой старую добрую тонкую отмычку. Но никто не сказал мне, что обязательно нужно вставлять ключ в замок и поворачивать его, чтобы закрыть дверь. Я решил, что как только дверь закрывается, замок защёлкивается.

    В первую же ночь я лежал под одеялом и читал «Противостояние» Стивена Кинга. Как вдруг распахнулась дверь, и худой мужик в чёрном, вошел в комнату и начал орать на меня по-немецки. Я понятия не имел, почему он кричит на меня, но прежде чем он успел обоссать мой ковёр, я заорал: «Пошел вон… ну-ка быстро свалил отсюда!»

    Он не двигался с места, а голос становился все свирепее. Сначала, когда он только ворвался, я чуть в штаны не наложил, но сейчас меня это взбесило. Я начал кричать: «Пошел на х*й! Пошел на х*й отсюда!», указывая на дверь, чтобы он наконец-то понял, что я не шучу. Когда он снова не сдвинулся с места, я запустил в него 1100 страничным томом. Книжка попала ему в лобешник и чувак наконец вылетел за дверь, что-то вопя и бегом спускаясь по лестнице.

    Я понятия не имел, к чему это все было. Хорошо еще, что у него с собой не было пушки. Я выучил урок и с тех пор всегда убеждался в том, чтобы дверь была закрыта на замок каждый раз, когда я заходил в комнату. В конце концов, я не хотел, чтобы кто-то помешал мне отливать в раковину.

    На следующий день, приехав на первый вечер турнира, я впервые столкнулся со странной традицией. В начале шоу все реслеры-участники должны были выйти по одному в зал, и пройти вокруг ринга. Затем все мы вставали в круг, уставившись, друг на друга и аннонсер объявлял каждого отдельно.

    Услышав «Из Канады, Крис «Львиное Сердце» Джерико,» я должен был выйти в центр круга. Даже если у вас был кровавый фьюд с кем-то, мы все равно должны были вот так стоять рядом со своими врагами каждый вечер.

    В дебютном матче я встретился с Индио Гвахардо, 60-летним реслером из Южной Америки, который жил в Германии и вообще не говорил по-английски. Мы могли состряпать матч на испанском, но в этом не было необходимости - он вообще не хотел что-либо делать. Он был ходячим гамбургским реслинг-университетом, так как работал здесь на протяжении десятилетий. Но как только мы оказались на ринге - ужасы начались.

    Вместо того чтобы отдаться на произвол Индио и вести матч так, как хотел он, я пробовал делать вещи, совершенно не сочетающиеся с его стилем. Я попытался перебросить его Манки Флипом, но когда прыгнул ему на бедра, чтобы следующим движением послать его через себя, он остался стоять столбом и я, не ожидая такого, свалился на ринг. Когда я пробовал перепрыгнуть через него лип-фрогом, он опять застыл, не двигаясь, и со стороны я выглядел полным идиотом, подпрыгивая на месте без какой-либо причины.

    Вместо того чтобы работать над матчем, я работал над тем, чтобы показать себя, поэтому мы оба выглядели полным дерьмом. Наконец я провел суплекс (большое дело, так как ног от пола он вообще не отрывал) и удержал его, но было слишком поздно.

    Этот матч был из серии - «Проклятье Джерико». Каждый раз, когда я дебютировал в новой компании, мой первый матч был отстоем. Большинство зрителей и парней в раздевалке думали, что и я был отстоем соответственно. В этот вечер я выучил один очень важный урок – чтобы получился хороший матч, нужно два человека, а для плохого достаточно одного.

    В любом случае я чувствовал себя в полной заднице, когда ко мне подошли два других парня, участвующих в турнире. «Не волнуйся, брателло», сказал один из них, «Индио был здесь слишком долго и уже не делает хороших матчей».

    Я по-прежнему чувствовал себя худшим реслером в мире и оценил их попытку меня утешить. Они представились Робби Бруксайдом и Доком Дином из Ливерпуля. Я мгновенно проникся, потому что они были из того же города что и Beatles. Оба были моими ровесниками и носили длиннющие волосы. Они приезжали в Гамбург уже несколько лет и знали девушку, которая делала им нехилую скидку в гостинице, которой владела. Если не обращать внимания на огромное кровавое пятно в их номере, всё выглядело вполне прилично.

    Мне пришлось почти с нуля постигать премудрости новой жизни вместе с новыми друзьями, так как говорили они на своем собственном языке. Как правило, реслеры разговаривали с помощью понятного только им языка, шифра карни, которому меня научили сразу же после окончания реслинг-школы.

    Основной пример – в середину обычного слова добавляются звуки И-З. Если вам нужно было срочно прокомментировать грудь девушки, а она находилась в пределах слышимости, вы говорили что-то вроде «Зацени, какие у диииевузззззи сиееезззяны». Не нужно быть Эйнштейном, чтобы понять, о чем идет речь, когда вы в упор смотрите на грудь девушки, но в этом и весь прикол. В любом случае у английских реслеров шифр был гораздо смышленей, дабы надёжней скрыть тему обсуждения.

    Мы могли стоять и болтать, как вдруг мимо проходила девушка, и один из них выдавал что-то вроде «Посмотри на этот лесной жёлудь». Я улыбался и был уверен, что понимал, о чем идет речь, однако был так же далек от истины как от Урана.

    После нескольких таких случаев я должен был, узнать что происходит.

    «Парни, вы вообще о чем? Какой жёлудь?»

    Робби засмеялся и объяснил, что они разговаривали на рифмующем сленге кокни. Они брали слово, рифмующееся со словом, которое хотели произнести и заменяли. Таким образом, лесным жёлудём можно заменить грудь. Говоря «Посмотри на этот жёлудь» они имели в виду «Посмотри на её грудь».

    Однако это работало не всегда. «Золотое яйцо» обозначало «лицо», но тогда надо было использовать исключительно словосочетание «золотое яйцо». Вы не могли сказать «Ты посмотри, какое остренькое копьецо», в этом смысле. Существовал устоявшийся набор слов, и его следовало использовать как надо.

    «Черканул» означает «я бы вдул».

    А спелые абрикосы или просто абрикосы, означали волосы.

    «Тёмный» значит «стрёмный» ну и так далее.

    Этот шифр гораздо труднее вычислить, чем старый добрый карни. Очень просто понять, что значит «Я бы не прочь отзззеять эту девуззю с отличными сизззянами».

    А вот попробуйте понять, что значит «Даже, несмотря на то, что у этой птички с лесным жёлудем тёмные абрикосы, она имеет отличное золотое яйцо и я бы не прочь ей черкануть».

    А?

    Как только я овладел кокни-шифром, я стал своим в доску среди английских парней. Ну и конечно помогало осознание того, что я вырос, напевая «Боже храни королеву» в начальной школе, и смотрел Fawlty Towers (популярный в Британии в прошлом сериал – прим. S_A), Бенни Хилла и Монти Пайтона на CBS, так как Канада была членом Содружества наций и являлась очень «британской».

    Робби и Док знали лучшие забегаловки в городе. Моей любимой была небольшая дыра в стене, называвшаяся Freddie’s Imbiss. Фредди припасал для нас половину цыпленка, лапшу и литр молока каждый день. Эта еда как нельзя лучше заменяла мне сендвичи с ветчиной и шоколадное печенье миссис Палко.

    После шоу большинство парней отправлялись в заведение под названием «У Анте». Это был югославский бар-н-гриль, хозяина звали… барабанная дробь… Анте. Он всегда был счастлив, его улыбка была спрятана под огромными моржовыми усами. Его прекрасные дочери готовили для нас Анте Спэшл, тарелку сосисок, стейк и мясо ягненка. В углу стоял музыкальный автомат, забитый старыми блюзовыми мелодиями, поэтому реслеры и фанаты, знавшие об этом месте веселились, пили и танцевали до рассвета каждую ночь.

    Мы спали до полудня, шли в качалку, потом наведывались к Фредди на ланч, ложились подремать и отправлялись на работу. Нам не нужно было ездить из города в город, так что обстановка никак не менялась. Тяжелая жизнь, да?

    В Гамбурге идеальным было всё – кроме матчей. Из-за моего дерьмового дебюта, меня начали ставить в открывающие матчи с немецкой пионерией. С этим я поделать ничего не мог и стал жертвой другой гамбургской традиции: если ваш матч отстойный, нужно притащить ящик пива в раздевалку, как символ примирения. Но нельзя было приносить много ящиков подряд, потому что в этом случае Рене просто снимал неумеху со следующего шоу. Снятому по-прежнему платили, но это всё равно, что сидеть на скамейке запасных. После того как мне пришлось покупать две упаковки подряд, я решил для себя, что выкупил весь свой турнирный лимит.

    На следующий вечер я притащил упаковку пива в раздевалку еще, перед тем как матч начался – народ оценил тему и поржал. Я хотел показать свое шутливое отношение к этой традиции, но в то же время у меня была миссия – надрать всем зад и показать, что я в действительности умею. Я объяснил парню, с которым работал в тот день, что буду контролировать матч и сам говорить, что и когда делать. Я приспособился к новому месту и снова стал самим собой. Расслабившись, я дал зрителям возможность самим заказать то, что они хотят увидеть. Люди быстро втянулись в начало матча, где мы показали неплохой чейн-реслинг. Поэтому мы прибавили ещё несколько красивых и необычных перехватов – зал в восторге. В результате получился приличный матч - моя репутация была восстановлена. В тот вечер я забрал свой ящик пива домой.

  4. #14

    По умолчанию

    Глава 23. Кое-что о Джерико

    Одним из тех, кто доставал меня насчет моих первых выступлений был шотландец по имени Дрю МакДональд. Он боролся много лет, всегда был одним из главных работников в турнире и не преминул сделать парочку гнилых замечаний насчет моей работы в первые пару дней. После реабилитации я допивал вторую пинту у Анте и увидел как он в упор смотрит на меня.
    «Мистер Канада, хочешь быть большой шишкой?» проскрипел он «если хочешь, то ты должен сидеть в углу для больших шишек».

    Мы начали переругиваться, пока он не сказал что я заработал его уважение своим выступлением. Так что мы брякнулись кружками и продолжили деловитый разговор за одним столом для больших шишек – аж до семи часов утра.
    Чем больше времени я проводил с Дрю, тем больше узнавал о его отвратительных чертах характера. Он работал у Стю в Стэмпиде как половина команды Бена Дуна и Фила МакКрэкена (произнеси-ка эти два имени вместе и быстро, джуниор) и был известен как любитель облизывать женские сидения для унитаза. Еще он слыл тем, что легко мог закинуться чашечкой мочи, даже не своей… в общем ему бы понравилось быть рудо в Мексике. Так что я совершенно не был шокирован, когда он предложил мне заглянуть на пип-шоу в Реепербане.

    На месте нас проводили в отдельные затемненные комнаты размером с туалеты. Я втиснул монетку в щель и тут же выскочил маленький телевизор с 42-мя фильмами на выбор…прям как кабельное.
    На двенадцатом канале мне представили зеленый экран Кавиар, на котором демонстрировались люди, пожирающие экскременты друг друга. Не особо круто, что и говорить, поэтому я переключился на 32-й канал с парнем, занимающимся сексом с собственной ногой. Ну вы знаете что говорят о людях с большими ногами. Я переключался с канала на канал еще пару минут, пока не попал на чистоту Блампкин, на которой чувак брал у кого-то в рот сидя на унитазе. Интересно, много ли людей так делают? Потому что если много, то нужно срочно придумать для этого действия отдельное слово, разве нет?

    Мне стало настолько мерзко, что после Блампкина я вышел из будки. Дрю ожидал меня снаружи и взволнованно спросил: «Ну, что думаешь?»
    «Что Я думаю? Это ТЫ чем думаешь?»
    «Мне нравится это место» сказал он «Я приехал сюда утром, вздрочнул и вытер руку об дверную ручку специально для следующего парня».
    От отвращения я аж подскочил.
    «А ты не мог сказать перед тем как я зашел в кабинку? Откуда мне знать, что я был не в той, где ты был с утра?»
    «А ты и не знаешь» резюмировал он с улыбкой.

    Всю дорогу от пип-шоу в наушниках гремела Hold the Line группы Тото. Мне нравилась эта песня. Но теперь как только она начинает играть, все о чем я могу думать – это Дрю МакДональд, размазывающий свои выделения об ручку двери. У кого-нибудь есть ручной антисептик? Вот вам кое-что о Джерико…
    Насколько Дрю был отвратительным, настолько же он был талантлив. Он научил меня, что чем меньше приходится делать на ринге тем лучше будет для всех.

    Фанатов в Германии развлечь было очень просто. Однако 65 процентов были постоянными зрителями, так что каждый раз заставлять их вскакивать на ноги, не используя старые заученные трюки было настоящим вызовом. Я очень долго находился под впечатлением, когда мы с Дрю однажды поставили на уши весь зал, даже ни разу не сойдясь в лок-ап. Дрю заходил и сходил с ринга, пока фанаты не начали звереть. Они хотели чтобы он был НА ринге. Очень показательный пример – настенные часы показывали десять минут с начала матча, а мы вообще ни черта не сделали.

    «Вот о чем я говорил» - сказал он после матча – «Ничего не делать десять минут и при этом заставлять людей сходить с ума – по-настоящему мокренькая мечта! Я бы хотел так делать каждый вечер!»
    Я не был уверен означает ли это хороший матч, или мокренькую мечту.
    Еще одной фишкой кетча было подстрекательство штрафов хилами. Если судья замечал нечестное действие, он штрафовал нарушителя. Добротный злодей делал что-то подлое так, чтобы это видели все кроме судьи. Когда у фейса не было другого выбора, кроме как ответить тем же, судья тут же штрафовал его. Это жутко бесило фанатов, и они сами платили штраф за невинного голубоглазика. После матча «штраф» делился между тобой, оппонентом и судьей.

    Так как мы выступали перед одними и теми же людьми, фишку со штрафом нельзя было использовать слишком часто. Также не каждый мог проворачивать такой финт – необходимо было быть опытным реслером, на которого обязательно будет реакция у зрителей.
    Лучшим в этом плане в турнире был парень из Теннеси по имени Мундог Рэнди Колли. Он провел несколько лет в WWF, выступая в команде Moondogs и утверждал, что сам изобрел гиммик кожано-раскрашенной команде Demolition, а Винс просто спер идею. В любом случае мне Demolition больше нравились когда их называли Дорожными Воинами.

    У Рэнди прекрасно получалось заставить людей себя ненавидеть, поэтому фишка со штрафами работала на ура. Он создавал отличную психологию, и все что он делал на ринге имело смысл.
    Он притаскивал к рингу огромную кость динозавра, которую использовал во время матча в качестве постороннего предмета. Если он и выигрывал - то только благодаря кости, если проигрывал – то только благодаря кости. Было простое правило, которому я научился в школе реслинга…если у тебя есть гиммик – ты должен использовать его. Мундог использовал свой гиммик в каждом матче и кость стала его торговой маркой.

    Другим моим оппонентом был Рип Морган из Новой Зеландии. Его фишкой было исполнение боевых танцев племени Маори перед каждым матчем. Это была смесь из танца и скандирования и стала одним из хайлатов вечера – фанаты обожали на это смотреть.
    Рип однажды спросил меня «Ты никогда не думал о том чтобы поехать в Нью-Йорк?»
    «Я пока не чувствую что готов к WWF».
    «Правда?» - удивился он – «Я думаю ты должен послать им запись. Ты идеально подойдешь Винсу».
    Мне было приятно что он так думает, но ответил, что для начала нужно набраться опыта. Что я ему НЕ сказал – так это то, что я бы полетел в Нью-Йорк в ту же секунду, единственное что – никто меня об этом не просил.

    В нашем турнире выступали по настоящему хорошие работники, плохих тоже хватало, а худшим был наш босс. Рене Ласартессе был одним из самых ненавистных и устрашающих хилов в Европе в 60-е и 70-е, но сейчас он был просто никакой. Ему было далеко за 50 и он постоянно одевал капу Дракулы, потому что это, видите ли, «пугает детей».
    Он боролся каждый день. В его мире реслинг заключался в стоянии в углу и нанесении самых кривых ударов в истории вселенной. Хуже всего было то, что он был букером – поэтому выигрывал все матчи. Выигрывал после худшего финишера в мире…колеса.

    Он хватал за горло противника, лежащего на спине и делал худшее старческое колесо какое только можно представить. Идея была в том, что он сдавливал таким образом гортань противника. В действительности он давил лишь на их гордость.
    Однажды на шоу во время его слабеньких пинков одна из моих контактных линз выскочила и покатилась по рингу. Я сделал кувырок, схватил ее и сунул в рот. Держать линзу во рту не глотая и одновременно пытаться вытянуть Рене на приличный матч было все равно что пробовать погладить живот и постучать по голове одновременно.

    Не только реслеры заслуживали внимания. Судьей турнира работал англичанин по имени Мэл Мейсон. Он был единственным рефери в моей жизни, который настоял на своей собственной музыкальной теме для выхода.
    Ага, музыкальная тема для судьи.
    Как только первая версия песни “I’m Too Sexy” от Right Said Fred начинала играть, этот худой 50-летний старикан с лошадиным лицом выбегал на ринг, серьезный, как сердечный приступ. В первый раз при виде этой картины я смеялся так, что чуть голова не взорвалась. Я перестал ржать только тогда, когда во время матча оттолкнулся от канатов и он, стремясь избежать столкновения, упал на живот, чтобы я через него перепрыгнул.

    После матча я нагнал его и спросил: «Какого черта ты это сделал?»
    «Ну, мне показалось, что это добавит матчу реалистичности, дружище».
    «Интересно. У меня идея… почему бы тебе не добавить реалистичности матчу, не путаясь под ногами?»
    Быстрое правило: Хороший рефери – тот, которого вы не замечаете. Плохой рефери – тот, кто падает вам под ноги когда вы отталкиваетесь от канатов.
    Однако Мэл со своими загонами был совершенно безобидной овечкой по сравнению с «Облаком войны» Суни. Суни был франко-канадским индейцем и почти не говорил по-английски. Когда у него был выходной (а это случалось два или три раза в неделю), он гарцевал вокруг нас и хвастал: «Вы парни работать сегодня. Я не работать но делать те же деньги!»

    Правда состояла в том, что он не работал, потому что на ринге был фуфлом. Так что хвастаться он должен был так: «Мне платят, так что не обязательно выходить и запарывать все шоу сегодня!»
    Однажды вечером мы отправились в район красных фонарей Реепербана. В конце темной аллеи располагались ворота, пройдя через которые, вы оказывались в порно-зоопарке. За длиннющими стеклянными стенами стояли одни из самых красивых (и уродливых) девушек, каких я когда-либо видел. При обоюдном желании и за правильную цену можно было войти в стеклянный дом богини и поиграть в секс-пятнашки.

    Мы подошли к одной чумовой блондинке и Суни провозгласил: «Блондинк, я ей точно нравится. Как сексуальный Суни может ей не понравиться? Я снять майку и показать ей настоящий мужик!»
    Он стянул майку, которая и 12-летнему была бы мала, обнажил грудь, и начал позировать с движениями, которые наверняка сподвигли Шварцнеггера снять фильм о мужской беременности. Суни напоминал одного из тех парней без маек с разрисованным животом на Ламбю Филд в декабре. Красотка понаблюдала за дряблыми грудными мышцами, болтающимися из стороны в сторону, выдохнула хорошую порцию сигаретного дыма и опустила оконную штору вниз.

    Гамбург был европейским Лас-Вегасом. Он точно также никогда не спал и мог предложить все, чего жаждет алчное сердце. А так как это также был город, в котором Beatles начали свой путь 30 лет назад, у меня была миссия – найти клубы, где они играли. К счастью я узнал, что парочка таких до сих пор работают. Сидеть в Кайзеркеллере, пить дешевое пиво и смотреть, как отстойная немецкая группа исполняет «Bad to the bone», или вдыхать въевшийся в стены за сорок лет запах сигарет – это все равно что оказаться в священном месте. Зависать в тех же местах, где Джон, Пол и Джордж зажигали десятилетия назад – это один из лучших моментов моей поездки. Это невероятное ощущение – получать деньги за любимое дело, а в процессе путешествовать по миру и заходить в места, о которых всю жизнь слышал легенды.

    Из-за изобилия мест, куда можно было пойти в Реепербане, привлечь внимание жителей Гамбурга к чему-либо было по-настоящему непросто. С мексиканцами в этом плане куда проще. А тут многие просто не знали, что в центре города в огромной палатке проходит реслинг, так как Рене отказывался давать объявления. После сорока лет организации шоу он считал, что одного громкого слова было достаточно. Как оказалось, нет. В течении нескольких лет турнир закрылся бы. Однако было несколько человек, которые знали о реслинге, который проходит в Гамбурге – стриптизерши. Я собственноручно организовал большую рекламную кампанию, регулярно зависая в местечке под названием «Киска, мяу». Как я знал из Денвера, реслеры и стриптизеры прекрасно друг с другом общаются, что я в очередной раз и доказал, познакомившись с парой дам. У моих союзников имелись при себе деньги, которыми они щедро со мной делились. Я использовал свой трюк "голодный бедный рестлер", когда один из моих друзей оставался на ночь насладиться чаем с проститутками, так что я мог сказать, что друг заплатит за комнату.

    Однажды утром, я как обычно собирался заплатить за комнату, однако парень, сидевший за столом сказал: «Вчера вечером у тебя был гость. Ты должен заплатить 125 марок».
    Надбавка в 50 марок сверху меня озадачила. Откуда он узнал что у меня кто-то был? Я прочесал бар в поисках потайного зеркала, экрана, или чего-то еще, чтобы выяснить это, но ничего не нашел. Пару дней спустя еще одна жительница Гамбурга поразила меня своим гостеприимством, а утром я снова был оштрафован на 125 марок. Я по-прежнему не понимал, откуда они узнают, пока не услышал звуковой сигнал из-за стола. При ближайшем рассмотрении это оказался телефонный узел. Очень странно, потому что в комнатах никаких телефонов не было.
    Когда я вернулся в комнату, то конечно же нашел фотоэлемент, вмурованный в дерево у основания лестницы. Как только кто-то поднимался в комнату, он выключался. Двойной сигнал означал, что по лестнице поднялись два человека, и если это не соответствовало вашей регистрации, они об этом немедленно узнавали.

    Теперь, узнав в чем дело, следующую гостью я понес по лестнице на плечах. Еще я не понял почему с меня не взяли дополнительную плату когда какой-то пьяный хрен ввалился налетел на мою комнату в первую же ночь.
    Я неплохо устроился на немецком мясном рынке, единственное что – прическа у меня была как у Майкла Болтона (американский соул-певец – прим. S_A). Из-за большой влажности волосы превращались в сосиски-завитушки, как у Ширли Темпл (американская актриса – прим. S_A). Я не учел, что в Европе другая энергетическая система и в первый же день устроил себе на голове настоящий взрыв. Поскольку я не мог больше пользоваться европейскими фенами, пришлось шесть недель ходить похожим на пуделя.
    К счастью, как я узнал зависая в доках, у большинства немецких рок-музыкантов прически были именно такими.

    Добавлено через 1 минуту
    Глава 24. Мое первое преступление!

    Каждый понедельник в Доках проходили концерты метал-групп и поскольку понедельник был выходным, у меня была возможность посещать выступления своих любимых команд. Я ходил на концерты таких монстров как Gamma Ray, Saxon, Accept, Manowar, Green Jelly и Morbid Angel. Они были очень популярны в Европе, но не так хорошо известны в США. Одним из самых ярких воспоминаний стал концерт Helloween, их альбом Walls of Jericho вдохновил меня на мое нынешнее прозвище. Потрясающим бонусом стала встреча с их вокалистом Михаэлем Киске, который, по моему мнению, является одним из трех лучших вокалистов всех времен. Я был взбудоражен и даже, несмотря на то, что сам познал международный успех и признание, встреча с ним превратила меня обратно в 15-летнего фаната. Если завтра я встречу Джеймса Хетфилда из Metallica, то буду чувствовать себя точно также.

    Я был уверен, что видел Джеймса о время одного из первых матчей в Гамбурге. Я окинул взором толпу и увидел его, сидящим среди остальных. Я продолжал смотреть на него по ходу матча, пытаясь понять, какого черта великий Хетфилд делает здесь, на шоу в Рипербане.

    После матча я подошел к Робби Бруксайду: «Я сошел с ума, или сегодня здесь был Джеймс Хетфилд?»

    Робби рассмеялся и сказал: «Это был мой друг Йорн. Все его путают с Хетфилдом при первой встрече. Надо тебя с ним познакомить, у него свой музыкальный магазин и он играет в группе на басу». Звучало многообещающе.

    Когда я познакомился с Йорном Рутером, он оказался отличным парнем, который не может не понравиться. Он играл на басу и пел в группе Torment. Их звучание было очень похоже на Motorhead, а самым большим хитом была симпатичная вещица “Bestial Sex”. Еще он был владельцем рекорд-лейбла и музыкального магазина Remedy Records. Йорн был абсолютно в теме, и мы с ним часами дискутировали, обсуждая темы, связанные с металлической музыкой.

    Важно понимать, что в Германии хэви-метал, это не просто музыка. Это стиль жизни. Жители Гамбурга казались мне хладнокровными, жесткими и немного сдвинутыми. Хэви-метал был идеальным саундтрэком к их жизни.

    Йорн показывал свою крутость, наворачивая круги по улицам Гамбурга со своими дружбанами. Одного из них звали Кай Карчевски, и его отец, Уве был автором обложки к Walls Of Jericho. Видите, как все взаимосвязано?

    Они прочесывали город в поисках скинхэдов, которым можно было навалять. Пока бритоголовые патрулировали Рипербан, выслеживая подвыпивших гуляк и гомосексуалистов чтобы дать им люлей, банда Йорна охотилась на них самих.

    В Гамбурге по-прежнему витал дух нацизма, даже в архитектуре. В центре города находилась группа черных зданий, напоминавшая огромного паука и бросающая темную тень на улицы. От нее веяло плохой аурой и я спросил Йорна что это. Оказалось, что это место называлось Хафенбункер, и было цитаделью нацистов. Сам Гитлер останавливался здесь, когда бывал в Гамбурге. Если уж говорить о доме ужасов, то Хафенбункер под это понятия подходил идеально.

    Однажды мы с Йорном отправились к Анте, чтобы пропустить пару кружек пива. Однако пиво, которое он заказал, сильно отличалось от того, что я привык пить у Лабатта. Мне принесли «Гиннесс» и я не мог поверить насколько темным и густым он был. Было ощущение, что в горло вливается Aunt Jemima (торговая марка сиропа и других продуктов для завтрака – прим. S_A) и я еще не допил первую, как уже принесли по второй. Вообще, немецкие правила распития напоминают классические реслерские. Йорн возмутился и с серьезным видом сказал: «Ты в Германии и должен пить как немец!»

    Ну я собственно так и сделал.

    Трубы заполнились, и оставшуюся часть вечера я провел в диком угаре. Хайлайты включали в себя забег по крышам автомобилей, припаркованных снаружи и соревнование по поеданию шницеля, что было далеко не самой лучшей идеей. Святой Бэтмен!

    На следующее утро я проснулся рядом с голым гермафродитом – его фотка была напечатана на одном из порно-журналов, разбросанных по всей моей комнате. Я потратил все свои немецкие марки на такую классику жанра, как «Он женщина, она мужчина», «Сиськи мидгетов» и «Кавиар Делюкс» (кавиар – немецкий жанр порнографических фильмов, содержащих сцены копрофилии – прим. S_A). Походу обычный кавиар для такого журнала был не особо заборист. Плюс я не помнил вообще ничего.

    Позже вечером в раздевалке после душа я рассказал свою кавиарную историю, пока Док крутился вокруг с камерой, которую он притащил из Ливерпуля.

    «Эй, Львиное Сердце, что бы ты сделал, если бы я начал сейчас снимать?» спросил он.

    Я проверил, не горит ли на камере красная лампочка и, увидев что нет, решил устроить небольшое шоу.

    «Я бы снял полотенце и потряс бы причиндалами вот так!» - я сорвал полотенце и начал размахивать своим горном в разные стороны. После этого я начал трясти телесами, как будто меня током шандарахнуло и исполнил шикарный текила-дэнс Пи-Ви Хермана (американский комик – прим. S_A), а мой Артур Дигби Селлерс в это время мотался взад и вперед.

    «А что бы ты сделал, если я скажу тебе, что на самом деле снимал все это?»

    «Не, не снимал, красная лампочка не мигает» - я начал прыгать в стиле пого.

    «Вообще говоря, мигает» - сказал и сорвал с камеры кусочек черного скотча, закрывавшего мигающую красную лампочку.

    Я кинулся прикрывать своего дядю Альберта/адмирала Хэлси скомканным полотенцем, которое валялось под ногами. «Обещай, что не покажешь это никому» - взмолился я «блин, холодно-то как!»

    Тем же вечером все ребята и куча фанатов собрались у Анте на ночную вечеринку после шоу. Я активно прогрессировал в общении с одной из дочерей Анте, как вдруг услышал, как все собравшиеся зашлись в дружном порыве хохота. Повернувшись к экрану телевизора я увидел как мой Тико Торрес смотрит прямо на меня, усмехаясь.

    Я почувствовал себя Джорджем Костанцем (герой американского ситкома «Сайнфелд» - прим. S_A), пока объяснял, что в раздевалке было очень холодно. А этот душ… в нем НИКОГДА не было горячей воды. Хохот перешел в истерику, когда начался танец Пи-Ви Хермана.

    Я был в ярости и не разговаривал с Доком целую неделю. Наконец он загнал меня в угол в раздевалке и сказал: «Слушай чувак, если хочешь ответить, можешь отвечать. Но меня убивает, что ты со мной не разговариваешь. Давай уже, отомсти мне».

    Я как следует, поразмыслил, и решил отомстить, засунув сырые яйца ему в борцовки и разрезав шнурки прямо перед матчем. Я воплотил план в жизнь и ржал вовсю, когда Док просунул ногу в борцовку и разбил яйца, лежавшие внутри. Я ждал, что он начнет психовать, привлекая внимание всех к моей выходке. Вместо этого он без всякого шума очистил борцовки от яиц, завязал узлы на разрезанных шнурках, и как ни в чем не бывало, пошел выступать. Все это он делал с таким видом, как будто в мире не было более мудрого человека.

    В тот день я усвоил два важных урока.

    1. Никогда не привлекай внимания, если тебя кто-то разыграл и конечно…
    2. …никогда не размахивай своим Дастином Даймондом перед камерой

    Кстати я говорил о том, как холодно было в раздевалке?


    Я, Док, Робби и пара знакомых стриптизерш, отправились навестить ребят из CWA. Catch Wrestling Association была немецкой WWF, и мне очень хотелось посмотреть на разницу между промоушеном Рене и большой лигой. Их шатер был круче нашего, да и людей было чуть больше, но по большому счету картина была той же что и в Гамбурге с небольшими отличиями.

    Качество работы на ринге было на голову выше того, что показывали наши ребята. Особенно выделялся Фит Финли, ирландец, который был главным хилом компании. Тем вечером я смотрел его матч и он разделал под орех молодого парня, которого я ни до, ни после этого не видел. Фит был другом Дока и Робби и когда нас познакомили, он спросил: «Что ты здесь делаешь?»

    «Сейчас я выступаю в Гамбурге».

    Финли улыбнулся своей фирменной улыбкой. «Передавай от меня привет парням в Гамбурге» - приветливо сказал он.

    «Конечно» - ответил я также дружелюбно.

    «Скажи им, чтобы они еб*лись в рот».

    После возвращения в Гамбург я сказал всем, что Финли желает им удачи во всех начинаниях.

    Турне приближалось к завершению, когда на стене в раздевалке появилось объявление, что в ближайшую субботу состоится «Киндер Кетч». «Киндер Кетч» был, наверное, самой глупой идеей из всех, что я слышал. Суть была в том, что нужно было сидеть перед кучкой детей, которым едва исполнилось десять лет и рассказывать им секреты реслинга. Лучше бы нам надо было говорить, что Санта Клауса не существует.

    В то утро я ехал прямо из Ночного клуба Кайзеркеллер с жутким похмелом. Рене уже находился на ринге с детьми, рассказывал им о наших трюках и напоминал фокусника на детской вечеринке в честь дня рождения.

    Детишки бегали по рингу, делая дропкики и бампаясь, пока мы пытались следить за тем, чтобы они не свернули себе шеи.
    Когда подошел последний день турнира, похоже, никто не знал о тех, кто выйдет в финал. Когда турнир начинался, на самом видном месте висела таблица, в которой демонстрировались позиции участников. Однако через пару дней она была убрана. Подозреваю, что Рене просто не знал, кого он в итоге хочет видеть победителем.

    Даже я, участник турнира немного запутался, не зная, что же в действительности чувствуют фанаты. Несложно было вычислить, кто выигрывал по очкам, восстановив картину, но Рене был слишком ленив для этого. Он не думал, что зрители буду беспокоиться о таких мелочах, даже, несмотря на то, что это был ТУРНИР.

    Я всё же узнал, что вышел в полуфинал (кто ж знал-то?) и буду бороться с Дрю МакДональдом за третье место. К матчу не было никакого билд-апа, но толпа все равно шумела, когда мы стояли друг напротив друга. Было очень сложно сохранить спокойное выражение лица, так как он постоянно тряс бедром, и грудь вытатуированной на его ноге девицы двигалась вниз и вверх. Выглядело гораздо круче, чем на словах.

    Мы отлично сработались, и матч получился что надо. По ходу турнира Дрю пытался уломать меня на прием, который как он считал я смогу выполнить – Франкенштайнер из позиции, когда оба реслера стоят на третьем канате. Я считал, что это невозможно в принципе, но он продолжал уговаривать. В конце концов, я согласился сделать это в последнем матче. Мы забрались на угол, я прыгнул ему на плечи и откинулся назад, увлекая его на ринг – зрители с ума посходили. Мне прием так понравился, что в итоге он стал одной из моих коронных фишек (и чуть не убил меня четырьмя годами позже).

    Дрю удержал меня, но мы оба были победителями. Рене сказал, что это был лучший матч, который он видел за время своей работы в Гамбурге. Учитывая мой более чем отстойный старт, это было неплохим завершением турнира.

    В финале Блэки Бой Смит выиграл турнир, удержав Рене (Рене в финале? Вот так сюрприз), но они, даже на йоту не приблизились к тому, что показали мы с Дрю. Было приятно это сознавать.
    Несмотря на то, что я выступал уже несколько лет, я никогда не имел дел со стероидами. У меня просто не хватало смелости их попробовать. Плюс я понятия не имел где их нужно брать, а после моего чудесного опыта покупки крэка в Денвере я доказал, что у меня просто не было таланта к приобретению запрещенных препаратов.

    Однако когда я выяснил, что их с легкостью можно достать в Германии, я решил проапргрейдить СИЛУ и купил 150 таблеток Дианабола. Дианабол выглядел точно также как маленькие сахарные таблетки, которыми немцы сластили кофе. Они пришли в контейнере, вроде тех, в которых продается Тик-Так, так что я купил упаковку сахарозаменителя и просто поменял сахарные таблетки на дианабол. Я изобрел идеальный способ переправлять контрабанду за границу, но при этом стал параноиком и был уверен, что меня тут же попытаются поймать. Так что я засунул все это дело в вонючий носок, а его – в свои потные трусы. Но мне нужна была более надежная защита, так что я засунул всю эту чудесную массу в сумку для прачечной. Думаю, если таможенники после всего этого нашли бы у меня анаболики, то имели бы полное право меня арестовать.

    Я места себе не находил, когда проносил свои сумки через немецкую таможню. Когда я приблизился к канадской таможне, было ощущение, что в обуви укреплена бомба. К счастью, сумки обыскивать не стали.

    Итак, я официально перевез запрещенные препараты через международную границу.

    Мое первое преступление!

    (Примечание автора: если сейчас работники официальной таможенной службы читают эту книгу, пожалуйста, не ищите меня. Я обещаю никогда больше не провозить контрабанду. Я даже не знаю, зачем тогда это сделал, потому что Дианабол на меня вообще не подействовал. Вообще, мне кажется, что это действительно были сахарные таблетки).
    Последний раз редактировалось Simply_Amazing; 02.02.2011 в 02:09. Причина: Добавлено сообщение

    ^ ^ ^ ^
    JOIN US





  5. #15

    По умолчанию

    Глава 25. Не опишешь на бумаге, праздника в универмаге!

    После возвращения из Германии пришло время заняться поиском серьёзной работы в США. Я долго думал о словах Рипа Моргана, что я готов к дебюту в WWF. Прав ли он? Несмотря на определённую мировую известность, WWF всё ещё не подозревала о моём существовании и не подавала мне никаких сигналов. Поскольку главная компания была равнодушна, пришлось искать славы в других местах.

    Я позвонил Лэнсу, обсудил работу в Германии и спросил «И чё теперь делать, мужик?». Он сказал, что ведёт переговоры с Джимом Корнеттом (да, да, тем самым у которого я брал интервью для газеты в колледже), промоутером Smoky Mountain Wrestling, одного из главных промоушенов в Штатах.

    SMW располагалась в Ноксвилле штат Теннеси. Организация обрела популярность благодаря участию Корнетта – успешного менеджера и помощника букера в WCW и WWF, который устал от интриг и скандалов и ушёл из своей «родной» компании.

    SMW работала в жанре медленного, олд-скульного реслинга, по сравнению с современным экшеном WWF. В какой-то степени фэны в южных штатах больше любили SMW, а многие из них даже верили, что всё происходило по- настоящему. Они реагировали на реслера, только судя по тому, из какой раздевалки он вышел – плохих парней или хороших.

    Организация делала ощутимый акцент на интервью реслеров, которые вели к крупным матчам. В отличие от Германии и Мексики, где практически не обращали внимания на речи. Если я хочу работать в WWF, я должен уметь говорить. А кто как не Джим Корнетт, один из лучших промо-менов всех времён, поможет мне? Я взял его номер у Лэнса и позвонил.

    К моему удивлению, Джим перезвонил мне на следующий день же. Он видел мою работу на записях, которые прислал ему Лэнс. В одном из моментов я сиганул с вершины стойки ринга и шмякнулся прямо на пол. Корнетт никак не мог нахвалиться на этот бамп. Я напомнил ему о своём интервью в колледже, он засмеялся и перешёл сразу к делу «Я с огромной радостью возьму вас с Лэнсом, и вы будете выступать как команда».

    Командный дивизион находился под особым вниманием зрителя, поскольку главными звёздами компании были Рок-н-Ролл Экспресс. Рики Мортон и Роберт Гибсон – бывшие командные чемпионы NWA и WCW зарабатывали наравне с самыми популярными ребятами в 80-х годах. Мне казалось, что мы с Лэнсом идеально подойдём для SMW, но чтоб не помешать его планам я сразу узнал его мнение. Лэнс согласился, и нас объединило Теннеси!

    Корнетт собрался объединить нас в молодую бесстрашную команду – «Искатели Острых Ощущений» (The Thrillseekers). Мораль нашего тандема заключалась в том, что мы были самыми экстремальными ребятами в SMW. Экстрим заключался не в поломанных столах или скрепках от степлера во лбу а в нашем бесстрашном отношении к жизни, пока мы искали острых ощущений в нашем опасном мире… или что-то типа того.

    Идея заключалась в том, что мы ворвёмся в организацию со своими супер-приёмами и невиданным аборигенам стилем.

    Корнетт оплатил нам самолёт до Ноксвилля чтобы лично рассказать, какой у него крутой промоушен. Ещё он придумал, в чём мы будем выходить, и прислал нам несколько отстойных борцовских трико, обещая, что наши имена зафигачат на них чем-то позолоченным.
    Нет, ну реально отстой, дорогой читатель. Я бы лучше супергеройский плащ носил.

    Мы с Ленсом загорелись перспективой получить постоянную работу в Штатах и даже не представляли чего нам ожидать от зарплаты. Я ушёл из Мексиканских территорий «на позитивной ноте» и, не смотря на то, что курс песо упал, я всё равно мог бы вернутся и жить в шоколаде. Но на данном этапе моей карьеры работа в SMW принесла бы намного больше, даже не смотря на низкую зарплату. Корнетту, конечно же, это было знать не обязательно и пришло время бескомпромиссных переговоров.

    С момента прибытия в Ноксвилль, мы с Ленсом испытали культурный шок, который вполне можно сравнить с первым визитом в Мехико Сити. Для начала: несмотря на то, что мы всё ещё находились в Северной Америке, я всё равно ни хрена не мог понять из того, что говорили нам местные. Понять Южный акцент сложнее, чем расшифровать карни и кокни вместе взятые!

    Корнетт встретил нас на выходе из аэропорта в футболке SMW в обтяжку, которая еле скрывала его мамон и в спортивных штанах «Зубаз», которые были действительно модными в 80-х. Он был подстрижен под первоклассника – коротко и чуть короче по бокам, да ещё и в старых ботанских очках.

    «Эй, выэ! »

    «Пардон?»

    «Жепаели?»

    «Чё?»

    «Жепаели?»

    Я вежливо кивнул и только потом расшифровал, что он спрашивал «Уже поели?».

    Когда я, наконец, жепаел, еда казалась такой же инопланетной как и акцент. Цветущий лук, овсянка, барбекю… но вообще совсем не барбекю, а какое-то загадочное мясо под холодным, слизистым соусом. А что, кстати, такое «Вафельный Дом»?

    Культурный шок продолжился, когда я заметил огромный биллборд у дороги со знакомой усатой мордой.

    «А зачем здесь повесили Берта Рейнольдса из «Полицейского и Бандита»»?

    «Берт Рейнольдс?» - удивился Корнетт. «Это не Берт Рейнольдс, это Ричард Петти… один из самых известных гонщиков NASCAR вообще!».

    Я из Канады, откуда мне знать про NASCAR?

    Корнетт отвёз нас в модный ресторанчик на берегу реки и начал втирать, как же полезно будет нашим молодым карьерам сотрудничество с SMW. Джимми рассказал, что представит «Искателей» фанатам с помощью небольших видеороликов.

    Первый ролик снимали в Pigeon Forge. Мы толпились среди туристов, в то время как Джим снимал нас за такими смертельно-опасными, наполненными острыми ощущениями занятиями как катание на коньках, верховая езда, гонки на картингах, видеоигры. Ну и вершина экстремальности – прыжки на липкую стену в липком костюме. В ещё одной замечательной сцене Лэнс кидал хлеб в вольер медведя, а потом камера показывала, что это я жепаел всю опасность. ОХРЕНЕТЬ!

    Сама идея сюжета была глупой с самого начала (теперь я знаю, почему Джим получил прозвище Корни) но я всё еще ухудшил идиотским переигрыванием. Я кривлялся под звуки песни Rock America от Danger Danger (Корни не мог выбрать хейр-метал песню ещё хуже, даже если бы попытался) в который раз пытался быть Девидом Ли Ротом и в который раз получался Скритч. Если бы вы меня не знали, подумали бы что «этот парень идиот». (С другой стороны вы могли бы так подумать, даже если бы меня знали).

    Внимание! Далее идет спойлер, чтобы посмотреть его - нажмите "Показать".


    Он хотел закончить клип на кадре где мы ударяемся кулаками, и это вызывает удар молнии (который потом дорисуют) из наших рук.

    В следующем (и самом худшем ролике) нашу жизнь показывали под I’ll Sleep When I’m Dead от Bon Jovi. Всё началось с того, что я будил Лэнса в 8 часов ВЕЧЕРА, чтобы пойти на вечеринку. Очевидно, один из участников этой молодой и горячей команды должен был спать перед заходом солнца. Это сделали для того, чтобы показать, что Лэнс серьёзный парень, а я рок-н-ролл животное.

    Дальше я и мой сопротивляющийся напарник пили в баре молоко, подмигивая друг другу, типа мы сильно умные, чтобы пить на камеру пиво. Чуть позже я попытался замутить с одной из южных красавиц, а она, конечно же, влепила мне пощёчину. Искатели Острых Ощущений настолько крутые, что девушки предпочитают бить нас по лицу, а не разговаривать. В конце видео, Лэнс зашёл в мою комнату в восемь часов утра, а я лежал на кровати с примитивнейшим пьяным лицом. Можно было ещё крестики дорисовать на глазах.

    Пивные бутылки были разбросаны на полу, я был одет в ту же одежду, что и вечером. А вот Лэнс, очевидно, пошёл домой, выспался, но почему-то всё равно был одет так же. Это, дамы и господа, ваша новая команда хороших парней.

    Внимание! Далее идет спойлер, чтобы посмотреть его - нажмите "Показать".



    В последнем ролике показали, как мы работаем в тренажёрном зале, в самых коротких шортах и спортивных майках. Крупным планом сняли наши задницы, в замедленном повторе за работой. Почти как в Сан-Франциско, а не в Ноксвилле. Потом мы вернулись в гостиницу, где возле номеров нас уже ждали две девушки. Я их увидел и начал умолять Джимми дать мне две минуты, чтобы он позволил мне отправиться в стрип-клуб, ресторан, магазин, женский монастырь, да куда угодно. Я бы нашёл двух других девушек. Блин, он мог кинуть дротиком в толпу на переполненной улице и попасть в девушку красивее. Но нет, он настоял именно на этих девушках, и нас заставили изображать радость, что нам обломится от этих двух красавиц. «Дай пять» и т.д.
    Молодая и успешная команда только что сняла пару стрёмных подруг в гостинице и запечатлела это всё на камеру. Это убило всю нашу сексуальную привлекательность и фактор крутости одним махом.

    Внимание! Далее идет спойлер, чтобы посмотреть его - нажмите "Показать".


    Разобравшись с телевизионными сюжетами, мы посетили SMW Sunday, Bloody Sunday в Колизее Ноксвилля.

    Три или четыре раза в год Джимми срывал (по-реслерски говоря - заканчивал вражду) самые горячие разборки на главном шоу в Колизее. У Джимми была очень хорошая репутация в индустрии, и он приглашал легендарных реслеров на главные шоу. Я встретил Терри и Дори Фанков – исторических личностей. Я офигел, когда Терри провёл лунное сальто во время своего матча с «Пулей» Бобом Армстронгом. Он работал на максимуме, как и остальные участники шоу, да, как и зрители. Наблюдая за 4000 орущих фанатов на здоровенной арене, мне показалось, что SMW это именно то, что нужно.

    Искатели Острых Ощущений были готовы к дебюту. Осталось договориться насчёт денег, поэтому после шоу мы отправились к Корнетту.

    Джимми никак не мог заплатить мне столько же, сколько заплатили бы Мексиканцы, да я и не рассчитывал. После того, что я видел, у меня проснулось желание работать в SMW больше чем когда-либо, но свою копейку я терять не хотел. Лэнс доверил мне ответственность, договорится насчёт его зарплаты тоже, поэтому пришло время определяться. Я сказал Джимми, что мы с Ленсом не будем выступать меньше чем за 850 долларов в неделю каждому.

    Джимми без слов взял ручку и спустя несколько минут писанины, сказал, что он согласен.

    Ощутимую прибыль реслеры SMW получали от продажи фирменных товаров, так называемых «гиммиков». Ребята всучивали футболки, фотографии, кружки, значки, всё что угодно. Они бы продавали экскременты, если бы на них можно было что-то написать. Корнетт пообещал нам гарантированные 3,400 баксов каждому в месяц, компенсируя недостачи, продавая наши гиммики.
    Я думаю, он решил, что будет платить нам по 100 баксов за матч, за четыре матча в неделю, а оставшиеся 1800 компенсировались бы за счёт продаж гиммиков. Но вот Корни забыл, что компенсировать 1800 в месяц нужно КАЖДОМУ, чтобы выплатить обещанную суму. То есть Искатели Острых Ощущений должны были зарабатывать 3600 долларов в месяц на продаже гиммиков, чтобы Джимми вышел в ноль.

    Эта сделка завела Джимми примерно в такой же денежный тупик, как тупик в который чёртовы ролики завели наше доброе имя.

    Что более странно – даже с самым большим пушем в истории, мы бы никогда не стали популярней Рок-н-Ролл Экспресса в SMW. Он только что подписал непроверенную, молодую команду на сумму в два раза превышающую зарплату команды мэйн-эвентера.
    В общем: хорошая сделка для нас, плохая для Корнетта.

    Корнетт управлял производством наших гиммиков, поэтому мы совершенно не парились о том, что и как продавать. Неважно продали мы на 1 доллар или на 100, по контракту мы в конце месяца получали обещанные деньги, в любом случае. Поэтому мы отказались от эротических фотографий в сауне в одних плавках, что, в общем-то, стандарт для хороших парней в Южных промоушенах. Мы хотели прославиться как серьёзные реслеры и единственные фотографии нашей команды - это на лошадях, в куртках и джинсах. Мы даже мышцы не показывали, а ради этого фотографии как раз и покупала женская аудитория. Это было очень плохое отношение с точки зрения Джимми, который платил нам много денег за роль «красивых мальчиков». Я бы даже не сравнивал продажи нашего мерчандайза с продажами других ребят, которые как раз на нём и зарабатывали львиную долю доходов.

    Но королями гиммиков были Рок-н-Ролл Экспресс. Они зарабатывали сотни, а то и тысячи долларов, продавая всё и вся, включая футболки, значки, ошейники, брелки, открывалки для банок, бейсболки. Они покупали белую простыню, рвали её на полоски, рисовали на них Р+Р чёрным маркером и продавали их как официальные повязки на голову. Однажды я увидел, как фанатка подарила Рикки Мортону тарелку с изображённым на ней флагом повстанцев. Как только она отвернулась, Рики расписался на тарелке и продал её за двадцать баксов десять минут спустя. Они бессовестно впаривали свои товары абсолютно всем у кого есть хотя бы десять центов на эту хрень. Если десять центов – это всё что у вас осталось, они бы всё равно вам что-то продали.
    Чем больше вы задуряете голову фанатам, тем больше продаёте. Но сам концепт проституции меня тревожил. Вот, например, так называемые суперзвезды, сидят за столом и продают значки по доллару так, как будто от этого зависит их жизнь. Я никогда не видел Халка Хогана, продающего красно-жёлтые банданы во время антракта, и я не считал себя хуже Халка. Мне казалось, что это убивает образ реслера-супергероя, который должен быть в идеале. Когда в персонаже нету какой-то загадочности и возвышенности, это очень плохо.

    Такое отношение к работе препятствовало нашему потенциальному максимуму успешности в SMW. Я тогда не понимал, но продажа гиммиков и общение с фанатами - важнейший фактор возникновения популярности у зрителя. Но понимал я это или нет, я должен был это делать, потому, что это моя работа и часть сделки с Корни.

    Решение принято, контракт подписан, следующий шаг – собрать вещи в доме Палко (моей Северо-Американской базе на протяжении всего времени скитаний по Мексике и Германии) и переехать в Теннеси. Судья SMW Брайан Хильдебренд нашёл комнату, которую я разделю с парой других реслеров в Морристауне, примерно в сорока пяти минутах езды от Ноксвилля, так что я был готов к чему-то новому.

    Брайан был невысоким, хрупкого телосложения, и одним из самых приятных людей в общении во всей моей жизни. Он был одержим музыкой 70-х, имел очень хорошее представление о реслинге и работал на независимой сцене как менеджер Хими П. Шварц (лучшее имя в истории). Брайан с огромным уважением относился к индустрии. Он обучался реслингу в Питтсбурге, в той же школе, что и Мик Фоли с Шейном Дагласом. Но он так и не осуществил свою мечту стать реслером, потому, что был слишком маленьким для своего времени. Поэтому Брайан решил стать судьёй и являлся правой рукой Корни в SMW.

    Брайан работал в обувном магазине днём и превращался в работника SMW в пятницу вечером. Он помогал ставить матчи, проводить шоу, монтировать ТВ-выпускм, всего понемногу. У него была солидная видео коллекция реслинга со всего мира, и он знал мою историю с самого первого матча. Он даже знал Брета Комо (ну или как он его называл – Брет Куомо, в честь губернатора), и хотел уговорить Корни, чтоб он и его подписал. Мы быстро подружились, и он убедил меня, что комната готова и можно заселятся. Я прилетел в Калгари, собрал чемоданы и три дня ехал на машине назад в Теннеси.

    Покидать дом Палко было очень тяжело, это был мой дом на протяжении четырёх лет. Несмотря на то, куда бы я ни поехал, и насколько, я возвращался, и как ни в чём не бывало жил у них. Мне всегда были рады, мои письма аккуратно сложены, а кровать была застелена чистыми простынями. Я стал частью их семьи, Джерри и Бев относились ко мне как к родному человеку. Я, наверное, мог бы и по сей день жить у них, как придурковатый сосед по квартире из сериала.

    Я сдержал свои слёзы, уезжая по их дороге в последний раз, но когда увидел Миссис Палко, которая махала мне в зеркало заднего вида прямо как мама, во время моего отъезда из Виннипега, слёзы хлынули из глаз. Моя остановка на шесть недель затянулась на три с половиной года, и теперь я покидал дом во второй раз. Ещё раз повторю – без семьи Палко, я бы никогда ничего не достиг, ни в реслинге, ни в жизни.

    Я проехал три дня по двум странам и, наконец, добрался до своей новой берлоги в Морристауне. Это был двухэтажный домик, в котором комнату я буду делить с Энтони Майклзом, новичком из Нью-Йорка. Он переехал в Теннесси в поисках славы и богатства. Не знаю, сколько он заработал, но небольшой кусочек славы у него таки был, когда он выступал как оригинальный Дадли, Братец Снот годами спустя в ECW.

    К сожалению, Энтони не было в городе, и никто больше не знал, что я заселяюсь. Я зашёл в свою комнату и заметил Златовласку на кровати. Я его сразу узнал – это парень, который был слишком пьян и его не взяли в дом Кристофера Лава в Вичите. Чувака звали Рекс Кинг. Он, позавидовав, занял мою кровать, но я объяснил ему, что пора выселяться.

    Вскоре я узнал, что мой новый дом называется «ночлежкой» SMW. Крис Кандидо придумал это название, поскольку абсолютно всех новичков организации без жилья присылали сюда.
    Так вот почему Брайан пробил это место так просто!

    Кандидо был прав. Люди вселялись и выселялись ежедневно. Никакого кондиционера не было, внутри было душно и сыро, я никогда в жизни не испытывал такой жестокой влажности и такого количества пыльцы в воздухе. После недели красных глазок и взъерошенных волос я был готов засунуть голову в микроволновку,… только бы избавится от «ночлежки».

    Наша кухня выделялась духом 70-х, а запах можно было сравнить с мышью, которая спряталась под холодильником и умерла. Чистое совпадение – когда я отодвинул холодильник, я выяснил, что там действительно есть мышь и она действительно умерла за холодильником.

    По крайней мере, я отлично ладил с моим соседом Энтони. Он был фанатом метала как я и родился в Лонг-Айленде. Он играл на гитаре, я взял в руки бас и мы организовали глэм-метал банду под названием «Скользкий Сосок». Мы были первой метал-бандой в истории без барабанщика, или каких-либо песен, но мы так же рулили, как и все остальные.

    В Теннесси мой стиль жизни ощутимо изменился. Раньше я жил на Рипербане, гуляя каждую ночь со всеми возможными девушками, а теперь я живу с кучей вонючих мужиков в дешёвой квартире посреди села с Сухим Законом. «Сухой Закон» значит - никаких баров во всём Морристауне, что ощутимо ограничило места, где можно было потусить и встретить девушек. Делать было практически нечего, кроме как смотреть The Real World на MTV (этот Пак… вот жулик) и зависать в новом круглосуточном супермаркете Wal-Mart. Не опишешь на бумаге, праздника в универмаге!

    В старых традициях южных промоушенов, одной из задач хороших парней было обслуживание, скажем так, женского пола. Это делалось для поддержания посещаемости и уровня продаж восторженными фанатками женского пола.

    Но Лэнс был женат, а у меня были свои стандарты, поэтому мы чуть не свели Корнетта с ума.

    «Вы чё, с бабами спать не будете? Да, что вы за фейсы, мать вашу!»

    Если бы Корнетт показал мне ОДНУ фанатку SMW которая бы взбудоражила моё воображение, я бы поиграл в прятки с цветущим луком. Но он так и не показал, а от овсянки я откажусь.

    Добавлено через 8 минут
    Глава 26: Уважуха пацанам.

    Единственные симпатичные девушки, которых я встретил за все время пребывания в Теннесси работали в стрип-клубе под названием «Мышиное ушко» в Ноксвилле. Чтобы попасть внутрь, надо было добыть членскую карточку. Оно того стоило, потому, что я познакомился с одной симпатичной девушкой с черными как смоль волосами. Я был так увлечен, что не обратил особого внимания, когда она сказала, что является вампиром. Зато я обратил внимание, когда она провозгласила, что хочет высвободить мою жизненную силу в себе, поглотить меня своим духовным бытием и жить со мной вечно. Я быстренько высвободил свою жизненную силу из ее квартиры, а вместо духовного бытия меня поглотил Морристаун.

    Мое унылое существование немного оживилось, когда промо «Искателей» начали показывать по ТВ. Несмотря на то, что они были довольно паршивыми, а мы переигрывали как не знаю кто, немного шума они наделали. И когда мы дебютировали на ТВ-записях SMW в Данганноне, штат Вирджиния, фанаты с самого начала были без ума от нас. В основном это спровоцировало то, что мы просто вышли в зал из раздевалки фейсов. Чтобы раскрутить нас, Джимми решил использовать дуэт Вэлл Данн (Стива Дола и моего соседа Рекса Кинга), бывшую команду из WWF, которая в итоге оказалась в SMW.

    Они выступали тут уже несколько лет и давали отличные интервью о своих обидах по отношению к «Искателям». Даже несмотря на то, что я уже начал постигать искусство делать промо от Бульдога Боба Брауна, я все равно был достаточно «зеленым» чтобы думать, что хорошее интервью заставит зрителя аплодировать каждому моему слову. Фанаты меня практически не знали а я, видя что нет реакции, продолжал лезть из кожи вон чтобы собрать хоть какие-то аплодисменты. Это было похоже на выступление эстрадного комика, который смеется над своими собственными шутками.

    Во время одного из промо, я упомянул о том, что мой отец играл в НХЛ и жутко переигрывая выдал: «Поскольку вы ребята играете не честно, давайте уравняем шансы. Мы вызываем вас на первый в истории матч со скамьей штрафников. В хоккее, если вы нарушаете правила, вас удаляют на две минуты. В этом матче, при каждом нарушении, тот кто его допустил будет также сидеть на скамье штрафников две минуты».

    «То есть, получается» - переспросил Стив – «что если кто-то из вас нарушит правила (а вы их нарушите), то один «Искатель» останется против нас двоих».

    «Да, но если вы нарушите правила» - выпалил Лэнс – «кто-то из вас останется один против обоих Искателей!»

    Капитан Очевидность явно не давал Лэнсу спокойно спать в тот день.

    Я решил, что мне нужна хорошая завершающая кетч-фраза, под конец.

    «Мы покажем вам, что значит разбираться с проблемами по-канадски» - гордо объявил я. Проблема была в том, что мы находились не в Канаде и не были хилами. Мы были фейсами в Теннесси и щеголяли своим иностранным происхождением посреди одной из самых ксенофобских областей страны.

    Корнетт был убежден, что матч со скамьей штрафников был отличной идеей и усиленно пиарил концепцию по ТВ вплоть до самого шоу в Мариетте, штат Джорджия. Джорджия была столицей WCW и Корни был совершенно уверен, что все сделано правильно. «Мы покажем этим юнцам из WCW!» - провозгласил он перед шоу.

    Он также позаботился о том, чтобы Крис ЛиПума, громила из Atlanta Knights, одной из хоккейных команд низшей лиги был специальным энфорсером для матча с боксом для оштрафованных. Сам матч напоминал то, как в Германии работала система штрафов. Один из наших противников нарушал правила, но судья этого не видел. Как только кто-то из нас отвечал на это, то тут же отправлялся сидеть за стол, который выполнял функцию скамейки штрафников. Были моменты, когда я пробовал встать и помочь Лэнсу, который отгребал от двоих сразу, но неведомая сила стола не давала мне этого сделать.

    На бумаге концепт выглядел интересно, но на деле оказался полным дерьмом. Идея была слишком надуманная, а правила слишком сложными, чтобы полноценно за всем уследить. Фэны потешались над нами весь матч, и это был ужасный дебют для команды, которая должна была срывать хорошую реакцию. Это был еще один гвоздь в крышку гроба для «Искателей».

    Единственную положительную реакцию получил наш коронный прием, двойной дропкик с третьего каната. Мы забрались на один и тот же угол и одновременно провели дропкики. Это был очень зрелищный и оригинальный прием, который я до этого нигде не видел.

    С политической точки зрения это был не самый умный выбор для финального приема, так как «Рок’н’ролл экспресс» также использовали двойной дропкик как финишер. И, несмотря на то, что они выполняли его с места, а мы с третьего каната, они были топовой командой промоушена и со стороны все выглядело так, как будто мы сперли их коронку.

    Это было нарушением реслинг-этикета и глупая ошибка новичков. Никто не говорил нам больше не проводить этот прием, но ходили слухи, что парни из «Экспресса» были в ярости и без конца поливали нас грязью перед Корни.

    Когда же мы встречались с ними – ничего кроме широких улыбок не видели. Это другое неписанное правило реслинга – когда ты совершаешь ошибку - тебе о ней не говорят. Запутанная тема. Если бы в хоккейной команде кому-то надо было получше поработать над «щелчком», все бы знали, но игроку никто бы об этом не сказал. Вместо этого вся команда потешается и откровенно ржет над парнем за его спиной. В результате он не будет совершенствоваться, его выкинут из команды, и остаток жизни он будет продавать фрукты у дороги.

    «Рок’н’ролл экспресс» были массовым явлением на Юге, заработавшим за годы выступлений немало денег. Они продолжали неплохо зарабатывать за счет своих раскрученных имен в SMW.

    Рикки Мортон был одним из самых недооцененных реслеров всех времен и одним из трех лучших «селлеров-фейсов» в истории. Когда его атаковали и били на ринге, он мог заставить и девушек и парней плакать и сочувствовать себе с помощью движений тела и мимики. Он заставлял их поверить, что чувствует нечеловеческую боль и находится на последнем издыхании. Зрители умоляли все высшие силы помочь Рикки передать право боя Роберту Гибсону. В детстве, я также молил всевышнего помочь Грегу Ганье передать право боя Джимми Бранзеллу на арене в Виннипеге.

    Рикки был маленьким и толстоватым, он всегда держал в руке сигарету перед матчем, но никогда не уставал и не выдыхался на ринге. У Роберта не было такого таланта и харизмы как у Рикки, но у них было отличное взаимопонимание и когда ты смотришь на их работу, понимаешь, что это «оно». Благодаря этому у «Рок’н’ролл экспресса» всегда был один из лучших матчей шоу.

    Рикки и Роберт были воплощением команды на ринге и вне его. Они постоянно ходили вместе, заканчивали друг за другом предложения и прикалывались прямо как Эббот и Костелло на современный лад.

    «Рикки, я вчера совершенно не выспался».

    «Я не высыпаюсь уже 16 лет, Роберт».

    «Я полагаю, нужно начать матч помедленнее, Роберт».

    «А потом несколько разогнаться, Рикки».

    Так они продолжали свои парные представления, стебясь над всеми, кого только встречали по дороге. Они выбирали ничего не подозревающую жертву и на спор предлагали подойти к стене и дотронуться до определенной точки с закрытыми глазами. Когда ничего не подозревающий бедняга начинал приближаться к стене, зажмурив глаза, Гибсон нагибался, снимал штаны и несчастный в итоге утыкался пальцем прямо ему в задницу.

    Я не мог поверить, насколько влажной и теплой она была.

    В другой раз Рикки подошел ко мне с четвертаком, приставил его ко лбу и слегка шлепнул себя по затылку – монетка слетела со лба прямо в руку. Я подумал, что нет ничего проще, и решил попробовать. Рикки прилепил монету к моему лбу. Я все сильнее и сильнее бил себя по затылку, пока не начал колотить изо всех сил и удивляться, почему четвертак не падает со лба. Рикки и Роберт катались по полу в истерике. Оказалось, что Мортон надавил мне монетой на лоб, а потом сразу же убрал ее. Я даже не понял, что у меня на лбу ничего не было.

    Я из Канады, откуда мне знать про NASCAR?

    Еще им очень нравилось хвастаться своими достижениями. Всякий раз, когда кто-то упоминал старый промоушен или город, Рикки мгновенно оживлялся: «Когда мы приехали выступать в (здесь вставить название города), зрителей было всего 200 человек. У нас был сюжет с (здесь вставить имена противников) и все билеты были проданы. Такой ажиотаж был, что какие-то засранцы чуть ли не через крышу пробирались чтобы на нас посмотреть. Мы заставили (здесь вставить название команды) выглядеть на миллион баксов, правда Хут?»

    «Точняк, Панки».

    Хут – было погоняловом Роберта, а Панки – Рикки.

    Три дня спустя они начинали трещать о другом городе: «Когда мы приехали выступать в (здесь вставить название города), зрителей было всего 200 человек. У нас был сюжет с (здесь вставить имена противников) и все билеты были проданы. Такой ажиотаж был, что какие-то засранцы чуть ли не через крышу пробирались чтобы на нас посмотреть. Мы заставили (здесь вставить название команды) выглядеть на миллион баксов, правда Хут?»

    «Точняк, Панки».

    Какой бы город не всплывал в разговоре, история у «Экспресса» всегда была одна и та же. Это превратилось в игру «Рикки сейчас расскажет историю. Посмотрим, расскажет ли он то же самое».
    Он всегда рассказывал одно и то же.

    Ростер SMW того времени был наполнен еще несколькими ветеранами и я очень многому у них научился. Когда я встретил «Грязного» Дика Мёрдока, одну из настоящих реслинг-легенд, я сперва подумал что он реально говно как человек. Он был пузатым мужиком в возрасте с тощими ногами, потолстевшим лицом и носом В. К. Филдса (американский комик, знаменитый своим огромным носом – прим. S_A). У него было прозвище «Капитан Реднек», хотя я, плохо его, зная, дал бы ему прозвище «Грязный Расист».

    Когда Корнетт попросил меня ездить с Диком, я был в ярости. На деле это оказалось одним из лучших моментов моей карьеры. Как только я узнал его получше, то понял, что он не был расистом, а просто честно говорил что думал. Он ненавидел всех равноценно.

    Во время долгих поездок из города в город он рассказывал тонны забавных историй и учил меня швырять пивные бутылки в знаки ограничения скорости с 80-ю милями в час на спидометре. Если вы думаете что это просто – попробуйте сами. Необходимо много времени, много миль и охренительно много пива, чтобы хоть что-то начало получаться. Мёрдок выбивал три из трех, и я никогда не видел, чтобы он промахивался бутылкой по знаку… никогда.


    Май 1994. Искатели Острых Ощущений и Брузер Бедлам. Обратите внимание на татуху "УВАЖУХА ПАЦАНАМ" на пузе Брузера и его новые шлёпанцы, которые он спёр из Универмага утром. Я в футболке Iron Maden, а Лэнс натянул D.A.R.E. - это говорит обо всём.

    Мёрдок был слишком большой звездой, чтоб жить со мной в одной вонючей комнате, а вот следующий персонаж - нет. В Детройте Джимми увидел парня по имени Джонни К-9 и нанял его, окрестив Брузером Бедламом. Чтобы сэкономить на отелях, он предложил ему остановиться с нами в «ночлежке», не предупредив меня и Энтони. Брузер напоминал автомат для продажи сигарет с головой. Голова эта была побрита налысо, с единственным пучком волос, торчащим сбоку. Еще у него были золотые обручи висящие на каждом ухе, нереально здоровые усы и уйма тюремных татуировок, которые, по странному совпадению, он сделал в тюрьме. Самая большая представляла собой целое предложение на животе. Оно гласило: УВАЖУХА ПАЦАНАМ (это была его кетч-фраза). Татуху я увидел, потому что он никогда не одевал майку – никогда – только спортивные шорты и сандали.

    Он был очень дружелюбным, всех называл «корешами», но на самом деле ему все было пофигу. Он мог ввалиться в кафешку в потной рубашке, схватить грязный поднос и использовать его как тарелку. Когда ему были нужны новые сандалии, он просто заходил в «Уол-Март», обувал их и выходил.

    Он мог жать на скамье штангу с шестью блинами с каждой стороны и вдруг сделать вид, что больше не может поднять ее. Когда люди бросались на помощь, он начинал истерично ржать, орал «НАЕ*АЛИСЬ!» и демонстративно поднимал вес еще 3-4 раза.

    После того как Брузер заселился к нам без приглашения, он решил отплатить нам за гостеприимство, взяв на себя мытье посуды. На следующий день, когда я взял тарелку, то обнаружил на ней засохшие остатки еды. При ближайшем рассмотрении выяснилось, что вся наша посуда покрыта этим дерьмом. Почуяв неладное, я проследил за Брузером и увидел, что все «мытье» посуды у него заключалось в держании тарелки под струей воды пару секунд, после чего она отправлялась обратно в шкаф. Ни мыла, ни щетки, ничего.

    Он действовал мне на нервы с самого начала, я сказал, что с этого момента сам буду мыть посуду, он обиделся и твёрдо настаивал на своем участии. Спор разгорался и, в конце концов, я не выдержал: «Знаешь что, чувак? Ты неприятен и действительно напрягаешь с этим своим УВАЖУХА ПАЦАНАМ. Каким, на фиг, пацанам? Что это вообще за хрень?».

    «Вот что кореш, сейчас я покажу тебе, что бывает с теми, кто не уважает пацанов! Я прямо сейчас надаю тебе по морде». Он поднял свои огромные кулаки и встал в боевую стойку. «Я буду драться по тюремным правилам!».

    Как я уже говорил, этот хрен был вдвое больше меня, но мне было все равно. Это был один из глупейших поступков в моей жизни, но если я собирался в ад, то всерьез планировал забрать его с собой. Я уже решил, что непременно вырву пиратский обруч из его уха, если он сделает ошибку, приблизившись на нужное расстояние.

    Хоть у меня не было за спиной пацанов, чтобы быть их уважать и уж тем более в тюрьме мне бывать не доводилось, я все равно решил показать ему, что не являюсь хлюпиком.

    «А я буду драться по правилам Виннипега!»

    Я понятия не имел, что это за правила, но надеялся, что он замнется.

    Вместо этого на его лице начала проступать широкая улыбка. Наконец он захохотал и опустил кулачищи.

    «Знаешь что, Виннипег? Я тебя реально зауважал. Я не буду с тобой драться. Ты бы заслужил УВАЖУХУ ОТ ПАЦАНОВ, кореш!»

    Я был большим фанатом альбома Shout at the Devil (альбом Motley Crue 1983 года – прим S_A), но это уже было не важно – Виннипег спас ситуацию.

    После этой истории я утвердился как король нашего общежития. Однако это продолжалось до того, как появился Бу Брэдли.

    Корнетт нанял Бу (в ECW он прославился как Боллз Махоуни) для того, чтобы тот стал напарником Кандидо и дал ему гиммик странноватого простака. Лучший гиммик – это расширение реальных качеств человека. Я не был уверен, был ли Бу простым, но то, что он был странным – это точно. Он был одержим сатанинским дэт-металом и постоянно орал песни сопрано, как у Кинга Даймонда. Он никогда не носил чистой одежды, его окружало облако зловония. Корнетту нужно было дать ему гиммик свинарника.

    Несмотря на то, что от него несло как от козла, я все равно мог общаться с ним, только потому, что он был не хуже Брузера. Звоночек прозвенел, когда Энтони и я решили убраться в комнате. В ней царил хаос, так что мы натянули резиновые перчатки, собрали мусор, подобрали грязную одежду с пола и заодно решили сменить простыню на кровати Бруйзера. Когда мы подняли матрас, у меня чуть ноги не отнялись, потому что увидел там целый выводок тараканов. Они посмотрели на меня снизу вверх, я посмотрел на них сверху вниз и мы все вместе дружно заорали. Это было похоже на сцену из фильма «Калейдоскоп ужасов»: они удрали с кровати и быстро исчезли.

    Этот безмозглый ублюдок постоянно сидел на кровати и жрал свои бутерброды. Но вместо того, чтобы выбрасывать остатки, он складывал их под матрас. Естественно тараканы быстро узнали про халявную столовую и решили воспользоваться ее гостеприимством.

    Нужно ли мне после этого говорить вам, что я завязал с «ночлежкой»?

    Добавлено через 3 минуты
    Глава 27: Странные жители Кентакки.

    В дороге порой было еще чуднее, чем в «ночлежке».

    Мы могли приехать в городок вроде Хайдена или Кентакки и количество населения во время шоу увеличивалось с 200 до 400 человек. Люди в прямом смысле спускались с гор, чтобы посмотреть матчи. Я видел одного парня с фиолетовой кожей и другого, с руками, похожими на клешни лобстера. Я знаю, говорить, что реднеки ходят без зубов – клише, но столько людей без целых челюстей в одном месте – довольно устрашающее зрелище. Несмотря ни на что, они обожали смотреть реслинг.

    Люди в таких городах – более доверчивые и открытые и здесь происходили самые забавные истории, связанные с фанатами. Как-то я подписывал фотографии в Вирджи, Кентакки. Подошел парень и попросил автограф.

    «Не вопрос, дружище» - сказал я с улыбкой – «буду рад».

    Он посмотрел на меня своими удивленными сонными глазами и на полном серьезе спросил:

    «Откуда ты знаешь, что меня зовут Бад?» (Джерико обратился к фанату со словом «дружище» - Bud, которое оказалось его именем – прим S_A).

    Такое в сценариях не прописывается.

    Однажды я слонялся в ожидании своего матча за кулисами в Пэйнтсвилле, Кентакки. Тут ко мне подбежала девушка и сунула в руки видеокассету. Она уставилась в пол и, заикаясь от волнения, выпалила: «Крис Джерико, я люблю тебя. Я сделала запись с твоими матчами специально для тебя. Тут все твои бои в SMW». Сказав это, она повернулась и бросилась наутёк. Было очень приятно получить подарок, но когда я начал смотреть запись, никаких матчей там не было. А было кое-что гораздо более интересное.

    Там было записано выступление девушки и ее деревенской семьи. И мой бог, какое это было шоу! Все началось с ее крупного плана. Она напоминала Криса Фарли, одетого как Мит Лоф в 1977 году. На ней была майка с флагом повстанцев. Надпись гласила: «Вы носите свои цвета, я буду носить мои».

    Она начала говорить: «Я записала это для тебя, Крис Джерико (она всегда называла меня полным именем). Мы любим тебя, Крис Джерико. Ты – мой любимый реслер, Крис Джерико и я люблю тебя, Крис Джерико». Тут она шмыгнула носом.

    Затем она превратилась в Энни Уилкс из «Мизери» и начала тараторить: «А здесь у нас ягодки – раз! Два! Три!» Остальные члены ее семьи появились в кадре, одетые как Умпа-лумпы (персонажи повести Даля «Чарли и шоколадная фабрика» - прим. S_A). Они шлепали друг друга по задницам, исполняя самую причудливую версию Electric Slide (разновидность танца), в унисон скандируя «Electric Slide, Electric Slide, Electric Slide» - прямо как диско-секта какая-то.

    Потом какой-то чувак, который как я полагаю был братом, или мужем девушки (или и тем и тем одновременно) популярно объяснил как он любит смотреть реслинг, два раза пукнув в конце.
    Потом его мама, или жена (или и то и то одновременно), у которой просто не было ни одного зуба, похлопала его по заду и похвалила за хороший аромат. Посреди спальни стояла кровать, а над ней висели два изображения: Иисуса на одной и Рикки с Робертом на другой. Оба портрета висели на одинаковом уровне, что я уверен, было огромной честью для Спасителя.
    Фарли Лоф осчастливила меня своим возвращением в кадр и передала привет Лэнсу. «Ты мне тоже нравишься, Лэнс! А вот тачка!». Она начала возить перед собой одноколесную тачку, одновременно массивно виляя кормой. Камера повернулась налево только для того чтобы поймать пердуна, изображающего из себя краба. Потом мне показали двор с кучей ржавых средств передвижения, в каждой из которых жила собака с грустными глазами. На заднем плане старался остаться незамеченным (надо сказать, что эта затея полностью провалилась) готичного вида фермер, который, как я полагаю, был ответственным за все это месиво.

    Камера вернулась назад и, задев по пути удивительного человека-краба, остановилась на даме с прической хуже, чем у Ллойда Кристмаса из «Тупой и еще тупее». Она выдержала мхатовскую паузу и произнесла: «Я люблю «Искателей острых ощущений». Я хочу, чтобы у меня были два сына – Лэнс и Крис и собака по кличке Шторм». Звучало гораздо страшнее, чем на бумаге, поверьте.

    Эти люди были либо величайшими актерами нашего поколения, либо полностью ненормальными. Я до сих пор не знаю, зачем она дала мне эту запись. Она что, думала, что я посмотрю это и стану одержим ей до такой степени, что вернусь к ней, чтобы насладиться выпусканием газов и походкой краба? Если бы я хотел произвести впечатление на Джессику Симпсон, я бы стопудово не выдал ей запись с тем, как я ковыряю в носу или исполняю Electric Slide. Но опять же, возможно это было бы достаточно безумным, чтобы сработать…

    Каким-то образом видео разошлось в народ и стало культовой классикой под названием «Странные жители Кентакки». Спрашивайте во всех местах, где продаются достойные деревенские видео, а если закажете прямо сейчас – получите совместный портрет Рок’н’Ролл Экспресс/Сын божий совершенно бесплатно!

    Ещё я был наполовину причастен к другой классической записи, известной как «Джим Корнет против окна обслуживания».

    Я, Корни, Лэнс и еще несколько парней, вместе ехали с шоу и заскочили в Dairy Queen (серия ресторанов быстрого питания – прим. S_A). Все умирали с голоду и в итоге в общей сложности мы заказали около двадцати бургеров. Тянулась длинная очередь, и пока мы доехали до окна, прошло где-то полчаса, что повергло Корни в еще более хреновое настроение, нежели обычно.

    «Могу я вам помочь?» - девочка в окошке мило улыбалась.

    Корнетт раздраженно ответил: «Конечно, можешь, я забираю заказ».

    Я схватил камеру и судорожно включив, начал снимать.

    «Что за заказ?»

    «Что за заказ? Заказ, который я сделал полчаса назад двадцать бургеров».

    «Ох, а я подумала, что вы шутите».

    Корнетт побагровел и, заикаясь от ярости, заорал: «С какого хера я буду шутить?? Думаешь мне нечего делать, кроме как заказывать двадцать гребанных бургеров и стоять в очереди полчаса ради прикола?? Я думал, ты уточняешь заказ, тупая сука!».

    Как меня научили на Юге - еду не готовят, а уточняют.
    «Сэр, если вы продолжите разговаривать в таком тоне, я вообще не выдам ваш заказ» - пригрозила девушка.

    Я сидел на заднем сидении и крупным планом снимал красное как помидор лицо Корни. Но мне нужно было еще немного драмы для настоящего эпика, поэтому я подлил масла в огонь.

    «Джимми, она что, издевается, бляха-муха? Она все еще думает, что ты пошутил».

    Тут я бы конечно остановился, но Джимми, похоже, еще и не начинал. Его нижняя челюсть выдвинулась вперед, и он продолжил в том же тоне: «Ах, тебя мой тон беспокоит?? Я тебе продемонстрирую свой тон: тебе пи*да лучше бы отдать мне мою жратву прямо сейчас!»

    Он выпрыгнул из фургона и наполовину втиснулся в окно, трехэтажно матерясь и обещая поубивать всех внутри.

    В итоге еду, мы получили, хотя я бы поспорил, что после всего этого наш заказ заправили хорошей порцией соуса из соплей.

    У Корнета был жуткий темперамент и порой он бывал просто невыносим. Однако вместе с тем он прекрасно умел использовать эти качества для своих интервью. Его промо всегда были одними из лучших в мире и он бы одним из самых ненавистных хилов в SMW.

    Он усердно старался научить всех остальных, искусству говорить подобные речи в промо. Корнетт был мастером соединения энергии, харизмы, подачи и оригинальности в одном флаконе. В результате промо прекрасно запоминались. Я был далек от этого, потому что по-настоящему никогда над ними не работал. Корнетт подчеркивал, что интервью являются одним из важнейших аспектов в реслинге. Если я хотел пробиться в большие лиги, я должен был учиться говорить должным образом.

    Другие парни вроде «Плохого белого парня» и Криса Кандидо также отлично говорили, но моим любимцем в этом плане был «Пуля» Боб Армстронг, глава знаменитой семьи Армстронгов.

    «Пуле» было уже за 50 и боролся он крайне редко, но при этом был распорядителем матчей в SMW и отвечал за кучу промо на каждом ТВ-шоу. Ему не надо было знать, что говорить и когда. Ему нужно было знать лишь то, что в общих чертах происходит и к чему приведет.

    Я обалдел когда однажды Боба попросили разъяснить в промо один из самых запутанных сюжетов на шоу. Он выслушал Джима, узнал чего нужно добиться в сегменте, подумал пару минут и отправился к камере. После потрясающего промо с первого дубля Боб взглянул на Корнетта, сказал: «Лучше сказать не получится» и вышел за дверь, не говоря больше ни слова. Никто не посмел не согласиться. Это, молодой Джедай, называется истинная уверенность в себе в чистом виде.

    Несмотря на то, что я учился у лучших в своем деле, мои промо по-прежнему были деревянными. Энергии и огня было много, а вот на выходе получалось натужно и неправдоподобно. Вместо того, чтобы быть крутым и привлекать внимание я больше раздражал.

    Корнетт часами занимался со мной и когда я начал использовать его советы – стал говорить в 1004 раза лучше. Джимми учил меня говорить с разными интонациями, избегать монотонности и правильно расставлять акценты. Я начал варьировать тон, иногда вовсе переходя на шёпот, заставляя зрителей внимательно следить за словами. Это сделало мои речи более запоминающимися.

    Это был второй большой урок, который я усвоил насчет промо. Они похожи на песни. Если орать всю песню – она становится монотонной. Но стоит включить эмоции и динамику – как к песне тут же больше прислушиваются. А вот когда после концентрирования внимания завершить выступление жирной точкой – композиция запоминается гораздо лучше. Общая идея промо состоит не только в травле приколов и заученных кетч-фраз. Это должно заставить людей смотрящих дома пойти и купить билет, чтобы увидеть вас. Если промо хорошее – зрители будут в курсе всех перипетий сюжета, характеров участников и как результат – выплеснут в матче больше эмоций и будут сильнее переживать.
    Последний раз редактировалось Simply_Amazing; 20.07.2011 в 19:36. Причина: Добавлено сообщение

    ^ ^ ^ ^
    JOIN US





  6. #16

    По умолчанию

    Глава 28: Ты разве не знаменитый реслер?

    К сожалению, Джимми вёл свой бизнес не так круто как делал промо, и однажды решил компенсировать нашу огромную зарплату за счёт встреч с фанатами.
    Когда мы прибыли в мебельный магазин, мне пришлось посмотреть в зеркало на шкафу, чтобы убедиться, не переселился ли я душой в какого-то другого человека, потому, что вообще никто не пришёл.
    Вы поймите меня правильно, я не говорю, что там было четыре или пять человек. Никого не было. НИИИИИКООООГООООО!
    Мы серьёзно опозорились, но владелец магазина всё равно нас не отпускал.
    «Вы должны просидеть здесь два часа. Я плачу по 75 баксов за час».
    Я бы сам ему заплатил 75 баксов, чтобы свалить оттуда. Но мы сидели за столом, посреди магазина, в субботу вечером, в то время как проходившие мимо покупатели думали, что это за два идиота с кучей своих фотографий и что они делают в мебельном магазине. Наконец-то появилось несколько ребятишек, и один из них спросил: «Ты разве не знаменитый реслер? Как так получилось, что тут никого нет? Где все?».
    На этот вопрос невозможно ответить, если у тебя есть хоть немного чувства собственного достоинства.
    Я просто улыбнулся и прогнал их. Когда ещё один ребёнок спросил Лэнса: «Разве ты не популярный про-реслер?». Лэнс невозмутимо выдал: «Очевидно, нет». Пацан поймал его нехороший взгляд и покинул нас. Остальные 112 минут действительно казались вечностью.
    Лучом надежды был владелец мебельного магазина, вернее его связи в музыкальном бизнесе. Он предложил мне бесплатные билеты на Metallica. После того как он увидел какое количество людей мы привлекаем своими персонами, это было лучшее, что он мог для нас сделать.
    И вот я за три часа добрался до Цинциннати, чтобы посмотреть на Метталику, Danzig, Suicidal Tendencies. Благодаря моим тесным связям с Krazy Kelly’s Kooky Furniture я тусил за кулисами, как настоящий рок-н-роллер. Я потерял дар речи, когда встретил гитариста Metallica Кирка Хэмметта и еще больше офигел, когда на просьбу дать автограф он ответил: «Только когда я научусь использовать свой член как лежачего полицейского».
    Нормальная отмаза?
    Переехав член Кирка на своём «Шевроле», я разговорился с Робом Дибблом, питчером бейсбольной команды Cincinnati Reds, который внёс ощутимый вклад в победу своей команды в Мировой Серии того года. Сила музыки вновь объединила двух разных людей и после обсуждения некоторых тонкостей трэш-метала, Роб пригласил меня на вечеринку. Скажем так, вечеринка в VIP-секции одного из самых престижных клубов Цинциннатти в компании Чемпиона Мира по бейсболу это точно не отстой. Роб даже дал мне поносить своё кольцо чемпиона на весь вечер, и я использовал это, убеждая девушек, что я тоже питчер звёздной команды.
    Вернёмся к SMW. Корнетт представил новую команду – пару злых ребят из Гетто под названием Гангстеры. Во время их первого появления они собрали целый отряд чуваков одетых или в деловых костюмах или как уличные бандиты с банданами, закрывающими лицо. Они делали гангстерские плакаты, злоупотребляли чернокожим диалектом, вместе с тем ели арбузы и жарили куриц, чтобы опротестовать стереотип чёрнокожего у определённых слоёв жителей Юга.
    Джимми надеялся с помощью расизма зацепить жителей Юга и сделать Гангстеров главными хилами. Но в отличие от «противоречивости, приносящей наличные», получилось наоборот. Спонсоры, шишки с телеканала и фэны обиделись. Попытка Корни провалилась, бизнес пострадал, и SMW теряла позиции.
    Корнетт не помог ситуации и своим возвращением в WWF. Он договорился с Винсом, что взамен работы менеджером, SMW станет подготовительной площадкой для WWF. Джимми перестал уделять своему промоушену достаточно времени, и стало только хуже. В то же время я думал, что его возвращение в WWF поможет пробиться нам с Лэнсом. Теперь какой-то скаут WWF наверняка отыщет нас! Но нет. Лучшее что нам привалило – предложение проиграть Бушвакерам на хаус шоу, но и оно накрылось.
    Поскольку Винсу я был не нужен, пришло время предоставить мои услуги другой компании, а шоу WCW как раз должно было пройти в Ноксвилле. Достать билеты? Не проблема – они пришли ко мне сами вместе со счётом за электричество. У WCW было паршиво с популярностью, и они раздавали билеты просто так, чтоб хоть кто-то пришёл. Я был бедным независимым реслером и без зазрения совести использовал подарок судьбы для устройства на работу.
    Я гулял по закулисью Колизея в полном восторге от всего действа. Несмотря на то, что я выступал на этой арене за SMW, я словно увидел кусочек моей мечты. Повсюду бродили легендарные личности – Стинг, Лекс Люгер, Арн Андерсон, Штайнеры, ТЕРРА РАЙЗИНГ. Все кушали стейки и курицу на тарелочках со стола. Там же можно было найти ещё и тортики с кексами. Я даже не буду говорить, чем кормили в SMW.
    Остальные ребята вроде Кевина Салливана и моего детского кумира в AWA Грега Ганье занимались организацией шоу. Тонга в тот момент работал в WCW и с удовольствием представил меня всем.
    «Это мой друг Крис, я работал с ним в Мексике. Отличный реслер».
    Я был даже немного смущён, но оценил комплимент, особенно когда он представил меня букеру WCW, Рику Флэру. Если вы фанат реслинга – вы цените Рика Флэра, если вы реслер – вы равняетесь на него. Он уж точно состоит в коротком списке лучших реслеров всех времён.
    Когда Флэр пожал мне руку, я обратил внимание на две вещи:
    1. Он выглядел очень круто, в дорогом костюме и галстуке
    2. У него был огромный шнобель, вроде как банан застрял посреди его лица.
    «Приятно познакомиться, сэр».
    Чего он назвал меня «сэр», я так и не понял.
    Я был рад простому разговору с Риком, но когда он сказал: «Вот тебе мой номер. Набери, может, организуем тебе пробный матч», я точно не ждал такого поворота событий. Приглашение на большую сцену! Несмотря на то, что это не WWF, я отнёсся к предложению очень серьёзно.
    Я носил номер Флэра в кармане несколько дней, задаваясь теми же вопросами, что и в случае с номером красивой девушки.
    Сколько ждать перед звонком? День? Неделю?
    Работа в тот момент была важнее секса, и я взвешивал факты более старательно. Наконец я решил позвонить через два дня.
    В первый день Рик восстановился бы после поездки, во второй – засел в офисе. Я решил больше не ждать, потому что был уверен, что он с нетерпением ждёт моего звонка. Набрав номер с бумажки, я попал на женский голос и вмиг включил Джери-Шарм:
    «Добрый день, можно поговорить с Мистером Флэром, пожалуйста?»
    «А кто говорит?»
    «Это Львиное Сердце Крис Джерико. Рик ждёт моего звонка».
    «Минутку».
    «Он ждёт моего звонка».
    «Да, вы уже это говорили Мистер… ээээ… Сердце. Подождите, пожалуйста».
    Я подождал некоторое время. Она вернулась и сказала:
    «Рик сейчас на Арубе».
    «Мда, а когда мне перезвонить?»
    «Он вернётся через неделю, где-то так. Он в отпуске. Так что оставляйте номер, я ему передам, он перезвонит»
    Я хотел продлить разговор и завоевать секретаршу Рика своей харизмой.
    «Аруба, да? Может, я возьму билеты, и мы полетим туда вместе на встречу с Риком? Ха-ха».
    Очевидно, что она мгновенно в меня влюбилась, но закончила разговор холодным «Рик вам перезвонит».
    Мне показался немного странным тот факт, что личная секретарша Рика потратила несколько минут, чтобы узнать, что её начальник отдыхает на Арубе. Может она мне соврала? Нееееет, этого никак не могло произойти. Тем не менее, я не отчаялся и перезвонил ровно через неделю.
    «Привет, это Крис Джерико. Можно поговорить с Риком, пожалуйста? Я разговаривал с вами на прошлой неделе, вы сказали перезвонить».
    По какой-то причине, она сделал вид, что не поняла моей иронии и холодно ответила:
    «Нет, я сказала, что он сам перезвонит, когда вернётся с отпуска. Он всё ещё на Арубе»
    И понеслась.
    «Он задержится там ещё на неделю».
    «Он вернулся с Арубы, но уехал в Шарлотт».
    «Он моет голову».
    «Собака съела его домашнее задание».
    Я понял суть, но не мог понять, зачем он всё-таки дал мне свой номер. Это был очередной урок удивительного мира реслинга.
    Две главные компании США не ждали меня в своих рядах, и я чувствовал себя по-настоящему дерьмово. Я приехал в Теннесси чтобы прокачаться до уровня большой сцены. Вместо этого я прокачался до точно таких же школьных спортзалов как в Канаде.
    Ситуация усложнилась после того, как мне позвонили из японского промоушена WAR и предложили работу на постоянной основе. Я уже выступал на нескольких турах и впечатлил их.
    Если бы я согласился, то серьёзно бы вляпался. В SMW записывали целый месяц ТВ-шоу за один раз. Если бы я пропустил одну запись, меня бы не было видно весь месяц.
    Следующий тур WAR проходил во время записей ТВ-шоу SMW, и я понимал, что никак не смогу работать в двух компаниях. Я мучительно размышлял о решении дни напролёт, но в конце концов никак не смог отказаться от постоянной работы в Японии. Я всегда равнялся на карьеру Криса Бенуа и после заработанной репутации в Японии, его взяли в WCW. Если SMW не даёт мне прыжка в мэйнстрим, может уважаемая всеми работа в Японии поможет.
    Я знал, что подведу Джимми и испорчу его планы, поэтому сразу же позвонил ему.
    Джим не понимал и не ценил японский стиль реслинга, и мне показалось, что лучше зайти с другой стороны: «Ты мечтал создать свой промоушен и ушёл из WCW и WWF для того, чтобы это сделать. Ты рискнул и воплотил мечту. Я хочу сделать то же самое. Я всю жизнь мечтал работать в Японии».
    К моему удивлению, он всё понял и благословил меня. Думаю, это произошло отчасти потому, что ему бы не пришлось больше выплачивать мою огромную зарплату. Мы решили, что он объяснит фанатам мое отсутствие выступлением на шоу в Японию. Но мы оба понимали, что я, по сути, уволился, а он это принял. Тем не менее, я всё равно хотел выступать в SMW, да и у Джимми всё ещё были планы на «Искателей».
    Он планировал провести шоу в Колизее Ноксвилла, на котором завершились бы все главные фьюды года. Джимми был настолько уверен в успехе, что пообещал: если не купят все билеты на шоу - он выйдет на ринг голым и споёт Back in Black от AC/DC.
    Господи Всевышний, пожалуйста помоги продать все билеты.
    Корни построил фьюд между «Искателями» и «Райскими Телами». «Тела» состояли из Тома Причарда и Джимми Дел Рэя, которые были главными хилами промоушена, пока не проиграли бы нам матч, по условиям которого проигравшие покидали бы SMW (хотя на самом деле они отправлялись на постоянную работу в WWF). Корнетт получил разрешение вернуть их в SMW на главное шоу. Это было нашей главной победой и началом серьёзного пуша «Искателей».
    Сюжет начался на предыдущих записях в Ворренсвилле, Северная Каролина (я тоже не представляю где это), когда щедрые фанаты Ворренсвилля подарили нам праздничный торт в честь прибытия в компанию. Посреди торжества появился Джимми, чтобы испортить праздник и поставить нас на место.
    «Ну, ну, «Искатели». У вас есть крутые приёмчики, крутые видео и крутые костюмчики. Но это всё ничего не значит, потому, что на ринге вы не такие уж крутые»
    Люди выразили своё недовольство, но мы приняли замечание спокойно, как конструктивную критику.
    «Знаешь что, Джим? Ты прав и мы пожалуй пойдём, вот только угостим тебя тортиком. Приятного аппетита»
    Он собрался попробовать, а я засадил тортом ему в лицо.
    (Правило Реслинга #24: Каждый раз, когда на ринге появляется торт - он окажется у кого-то на лице).
    Корнетт отомстил нам – два мужика в масках напали на нас на стоянке на той же неделе. Атака, конечно же, была случайно записана на камеру фанатом, и на ней было видно, что нападали «Райские Тела». Понеслась.


    Глава 29: Мой белый кит.

    Сюжет имел большой успех и наш матч против «Тел» на большом шоу под названием «Ночь легенд» был одним из наиболее ожидаемых в карде. Для нас это был важный день и я решил впервые провести новый прием, который был бы таким же монументальным, как это событие… Шутинг стар пресс.
    Шутинг стар пресс был приемом, который придумал японский пионер хайфлаинга Джушин Лайгер и позже стал фирменной фишкой моего старого друга Брета Комю (Парня-Зебры). Я никогда не проводил этот прием раньше, но был убежден одним из моих будущих лучших оппонентов Алтимо Дрэгоном, что смогу. Он видел как я делал Львиное сальто в Мексике и думал, что Шутинг стар пресс не так далеко. Он ошибался.
    Когда я пробовал делать его с вышки в бассейн рядом с SMF – все получалось идеально. Даже когда что-то не получалось худшим что могло случиться был освежающий нырок в бассейн. Я не был настолько глупым чтобы думать, что это будет также просто сделать с третьего каната, но оказался достаточно глуп чтобы сходу попробовать сделать прием на ринге за пару недель до «Ночи легенд».
    Стоя на третьем канате над матом и повторяя «Я смогу», я напоминал Маленького Реслера Который Сможет. Собрав все свое мужество в кулак, я прыгнул в неизвестность. Как только я это сделал – тут же потерял ориентацию в воздухе и приземлился прямо на голову. Хоть я и выжил чудесным образом, но напуган был до последней стадии. С самого начала карьеры у меня была жуткая боязнь сломать шею и закончить в инвалидном кресле, как мама. Несмотря на то, что она никогда об этом не говорила, каждый раз когда мы обсуждали реслинг я видел у нее в глазах тот же страх. Всевышний был со мной в тот день и я должен был усвоить урок. Но я его не усвоил.
    Я не мог успокоиться и убедил себя в том, что буду паршивым реслером если не смогу провести Шутинг стар. Этот прием стал моим белым китом и я был одержим целью овладеть им.
    В день шоу я приехал в Колизеум очень рано, чтобы тренировать Шутинг стар пресс столько, сколько понадобиться, пока не будет получаться. За кулисами я встретил Корнетта и на вопрос что я здесь сделаю так рано ответил, что хочу попробовать кое-что.
    «Ради бога, только аккуратней без травм».
    Я поднялся на ринг в центре зала и залез на третий канат. В очередной раз я промыл себе мозги тем, что пока не отточу этот прием – моя карьера не будет ничего стоить. Все разумные мысли мгновенно улетучились, и без всякой страховки и мата внизу я прыгнул снова.
    На этот раз, к моему удивлению я приземлился почти идеально. Почти. Я перекрутился слишком сильно и всем весом приземлился на правый бок. Я посмотрел на руку и почувствовал, что что-то не так. В середине предплечья появился бугорок, как подъем на американских горках, но ничего не болело. Я скатился с ринга и пошел в дальний угол арены, где появился Лэнс.
    «Я видел как ты приземлился», - сказал он взволнованно, - «Ты в порядке?»
    «Посмотри на руку. Она нормально выглядит?»
    Когда я двигал рукой вниз и вверх, она сгибалась как резиновый карандаш. Боли по-прежнему не было, но на всякий случай я решил провериться перед матчем. Перед тем как выйти за дверь и отправиться в больницу я спросил Лэнса «Ну я хотя бы прием нормально провел?»
    Своим классическим голосом он ответил: «И близко нет».
    В больнице доктор помял мне руку немного. Он уверил меня в том, что если бы я сломал ее – то орал бы сейчас от боли как резаный, но все равно хотел сделать рентген и понять в чем проблема. Получив результаты, мы оба остолбенели – я действительно сломал лучевую кость.
    «Тебе необходимо сделать операцию сегодня».
    «А можно завтра? Мне сегодня нужно сидеть у ринга – смотреть важный матч».
    Я прекрасно понимал, что он ни за что не отпустит меня, если я скажу, что должен бороться. Он поколебался чуть-чуть и сказал, что если буду смотреть – ничего страшного. Балбес…
    Он записал меня на операцию утром, перевязал руку и в приказном порядке велел НЕ делать ничего активного. Я не собирался вообще его слушать, а когда Корнетт вернулся в здание, то просто взорвался, узнав, что я сломал руку.
    «Я же тебе говорил аккуратней! Тупой идиот! Безмозглый…»
    Я оборвал его на полуслове и сказал, что намерен бороться сегодня. Без сломанной руки или с ней, я не собирался пропускать матч.
    Краснота ушла с его лица как ртуть с термометра. Он только спросил: «Ты уверен? Ну что ж, будь осторожен».
    Вот оно. Самое идиотское решение, которое я принимал за всю мою карьеру. Я не должен был выходить на ринг, одно неверное движение могло поставить крест на всем. Джимми знал, насколько опасно было для меня бороться, но в тот момент ему было все равно. Самым главным для него было то, чтобы матч состоялся как и планировалось. А если это будет стоить мне карьеры – то это будет исключительно моя вина.
    За исключением Корни, все остальные ребята за кулисами думали, что я сошел с ума. Дорожный Воин Ястреб (настоящий, а не копия Джонни Саута) сказал, что я – самый смелый и безмозглый парень, которого он встречал. Терри Фанк отметил, что я – еще больший идиот чем он. Странно, но боли я до сих пор не чувствовал и решил, что не буду принимать болеутоляющие во время лечения. Не знаю было ли это круто или глупо, но в итоге я так и сделал.
    Я даже отдал рецепт на них реслеру по имени Брайан Ли, который был очень обеспокоен моим здоровьем: «Чувак, а у тебя рука не болит разве?»
    «Нет, что странно» - ответил я – «Не думаю, что мне понадобятся болеутоляющие».
    «Слава богу, а то я очень волновался» - расплылся Брайан. После этого его беспокойство мгновенно улетучилось и он поинтересовался: «Ну так что, я забираю рецепты?»
    Я сказал своим противниками, Тому и Джиму из «Райских тел», что даже с переломом не собираюсь менять ничего в матче. Мы сделаем все также, как и планировали пару дней назад. Железная воля, доставшаяся мне от мамы в тот день достигла апогея.
    Во время матча я был настоящей машиной, раздавая удары левой рукой, выполняя дропкики, прыжки, кувырки и жестко бампаясь. «Тела» были большими профессионалами и были настолько аккуратны, что вы бы ни за что не подумали, что у меня сломана рука.
    Корнетт договорился с Джимом Россом, величайшим комментатором всех времен, чтобы тот работал на ТВ-матчах. Его голос придавал шоу привкус большой лиги, так как он подавал матчи и сторилайны для зрителей как нечто особенное. Также он прикрыл мой зад, сказав что я повредил руку, попав в аварию на мотоцикле в тот же день, вместо того чтобы сказать что один из топовых бэбифейсов сломал руку, залажав прием, который вообще не должен был делать.
    План Корнетта состоял в том, чтобы в концовке матча меня всего в крови вырубили после бампа, которым Джимми бредил после записи Лэнса. Рефери Брайан должен был принять решение остановить матч, но прежде чем победа доставалась «Телам» я бы потребовал продолжения боя. Затем мы, несмотря на все трудности должны были выиграть и стать в глазах фанатов героями. План был идеальным, если бы не тупоголовые фанаты и моя чертова рука.
    Матч был идеальным. Лэнс позже назвал его одним из самых невероятных опытов в своей карьере. Фэны поддерживали нас, реагируя на каждое движение, а я в конце кровоточил сильнее, чем Сисси Спэйсек в «Кэрри». Мне как будто ведро крови на голову вылили. Даже Лэнс волновался и на записи отчетливо видно как он спрашивает: «Ты в порядке?»
    После того как Лэнс провел суперкик Джимми Дел Рею, дав мне возможность свернуть его в удержание до трех, я тут же выкатился с ринга на пол. Мои волосы целиком были мокрые от крови. Брайан, также весь в моей плазме подошел проверить меня. И тут какой-то типичный деревенский хрен в шляпе из толпы со знанием дела выдал: «Это не настоящая кровь!»
    Это как же интересно? У меня сзади что, невидимая труба пришита к голове? Или я бутылку сиропа вылил на себя пока никто не видит? Придурок тупой! Он обмакнул палец в лужицу моей крови и попробовал на вкус.
    «Да, не настоящая» - с умным видом сказал он своему приятелю. Хреновое резюме, долдон, ну и как я на вкус?
    Мои штаны были пропитаны кровью и после душа раздевалка напоминала скотобойню. На лбу был трехдюймовый порез в дополнение к сломанной руке. По крайней мере, у меня уже было назначено время в больнице, так что может быть получится получить два по цене одного.
    Вечер стал еще паршивее, когда мне пришлось разрушить образ «Искателей» - толпа девочек пригласила меня «покутить вместе с ними (выбор причины не очень, надо сказать) после шоу». Я бы с удовольствием, дамы, но завтра мне должны зашить лоб и вставить семь винтов в руку. Может как-нибудь в другой раз?
    Двенадцать часов спустя я лежал в операционной в противогазе. Хирург сказал, что начав считать до ста, я усну примерно на счете 85. Этот сукин сын обманул меня, потому что вырубился я только на 97. После операции я очнулся и заорал: «Я жив! О, всевышний, я жив!». На самом деле я не прикалывался, потому что перед операцией душа ушла в пятки. Перелом дал ясно понять, что я не такой уж неуязвимый как я предполагал. Я был таким же человеком как и все и легко мог что-то себе сломать.
    Врач сказал, что я не смогу бороться 16 недель. Я был независимым реслером без страховки и поскольку я сломал руку во время тренировки, Корни отказался платить за операцию (что не объясняет почему он не заплатил за восемь швов, которые мне наложили на порез, появившийся как раз во время матча). Несмотря на то, что счета были нехилые, впереди маячил японский тур. Так что я настроился на позитив, посещал тренажерный зал и съедал целую упаковку таблеток с кальцием ежедневно. Каким-то чудесным образом я был в полном порядке через семь недель. Ментальная сила человека, которого называют Вороном – ничто перед ментальной силой человека, которого называют Джерико.
    Примерно через год SMW закрылась, а Корнетт вернулся в WWE на постоянной основе. Когда он однажды позвонил мне в Калгари и спросил, не хочу ли я поработать у Винса – сердце чуть не остановилось. Я понял, что он наконец-то замолвил за меня словечко и WWF была готова к приходу Львиного Сердца и его большому пушу. Однако сердце подскочило и обрушилось на землю как Икар, когда он сказал: «Мы собираемся использовать группу реслеров на шоу, которые не будут джобберами (термин для неудачников), но и пушить их не будут. Они будут работать на повышение (причудливый термин для неудачников) и у всех будут гиммики».
    Я ждал шанса поработать в WWF, но не на таких условиях. Это была заведомо провальная идея и я нутром чуял, что она в итоге только повредит карьерам ребят, которые на это согласятся. Так и вышло. Не верите? Вот список будущих участников Зала славы, которые были включены в этот план. Вы помните Плага или Гунна? Как насчет Фредди Джо Флойда, Ти Эл Хоппера, Рэда Рэдфорда, или Сальватора Синсера…(что это вообще значит-то…)?
    Я мог бы быть претиндендам…
    Так что я вежливо ответил: «Знаешь Джимми, я не очень заинтересован. Когда придет мое время влиться в WWF, я хочу чтобы это был правильный путь. Мне только 24 и я не хочу торопиться, особенно если это означает, что меня возьмут и даже не дадут шанса себя проявить».
    «Ну что ж, я скажу, что ты не заинтересован и со звездочкой» - оптимистично сказал Джимми.
    Продуктивно работать с Джимом Корнеттом так как я того хотел не получалось, но зато SMW стала катализатором, благодаря которому я научился делать хорошие промо… что позже стало одной из моих визитных карточек. Также я выяснил, что акробатические трюки не так важны, как характер и умение рассказать историю. Поэтому я очень благодарен за время, которое я провел работая на Джима Корнетта.
    Ну и плюс, я встретил странных жителей Кентакки.

    Добавлено через 1 минуту
    Глава 30: Дональдо Макудональдо

    Оставив SMW позади, я был готов отдать все силы, чтоб оставить свой след в Японии. И несмотря на то, что WAR, похоже, были впечатлены моей работой, я нервничал. Потому что в моей истории уже были фальстарты.

    Несколькими годами ранее в Калгари после всей этой фигни с Фредом Джангом, он всё-таки забукил Лэнса Шторма и меня на трёхнедельный тур по Японии с FMW. Тур был запланирован на октябрь 1991-го, всего через год после моего дебюта в Ponoka Moose Hall. В течении того года я провел целых 39 матчей. Это означало, что я был зелёным как Гринч, и совсем не был готов для серьезной международной платформы. Но FMW была маленькой компанией, а я работал за дёшево, так что сделка была заключена.

    Фред считал себя гением, и у него возникла идея отправить нас в Японию как «Внезапный Удар». Он был уверен, что название команды так же важно, как сама команда. И он был уверен еще больше, что такое название было просто золотой жилой. Лэнс и я были с этим не согласны, так как для Канадской команды название «Северное Сияние» подошло бы лучше. Но Фред и слушать не хотел, он был убеждён, что «Внезапный Удар» - это имя, которое нас обогатит!

    В любом случае это лучше, чем «Грязные Гарри»

    Другая гениальная идея Фреда заключалась в том, чтобы одеть «Внезапный удар» в трико, сделанное из специальной ткани, способной менять цвета прямо пока ты борешься. Я никогда и не слыхивал о таком волшебном текстиле. Скорее всего, Фред собирался заказывать мистическую ткань у Вили Вонки. Но даже если Умпа Лумпа на самом деле выращивал её на дереве Шазбот, то разве не лучше подошёл бы концепт меняющих цвет трико команде под названием «Северное сияние»?

    Удивительный материал так и не материализовался, в отличие от нашего Японского тура. Фред дал нам на подпись контракт, якобы присланный из Японии. Он пестрил печатными ошибками и забелёнными местами. Было совершенно очевидно, что он пошаманил над старым контрактом и передал его нам в качестве нового, точно так же как он сфабриковал когда-то контракт для Большого Титана с WCW.

    Он также пообещал сделать нам визы, а потом передумал и сказал, что они нам не потребуются. Вместо этого, он дал нам адрес Рикки Фуджи, своего друга в Токио. Если нас будет доставать иммиграционная служба, то мы должны будем ответить, что приехали сюда в отпуск и остановились в доме Рикки (ага, «Дом Рикки». Прям название для ситкома).

    Сам полёт беспокоил меня не меньше. Я не понимал, как самолёт может оставаться в небе так долго и опасался, что начну паниковать в воздухе. К сожалению, так как я не мог взять билет на восточный пароход, выбора у меня не было.

    Когда я подобрал Лэнса по пути в аэропорт, на нём были одеты рубашка с воротничком и галстук без какой-либо видимой причины. Когда я спросил у него, зачем это – он ответил «Ну, мы ж в Японию собираемся, поэтому я подумал, что надо надеть галстук». Серьёзно, так и было.

    Он на меня и так раздражался, потому что я опаздывал, забирая его. И это более-менее иллюстрировало наши дальнейшие с ним отношения… Я опоздал, а он был в галстуке.

    FMW всё ещё была не оперившейся компанией. У них было не так много денег, так что они купили нам самые дешёвые авиабилеты, которые можно было найти. Таким образом, нам нужно было лететь 3 часа на юг в Лос-Анджелес чтобы там пересесть и лететь 3 часа назад на север, к нашей конечной точке – Нарита, Токийскому аэропорту.

    Когда мы летели в Л.А., я увидел, что Edmonton Oilers летят вместе с нами и сидят с такими же нищебродами как мы. Марк Месье, Яри Курри, Билл Рэнфорд – большинство из тех, кто выбил моих любимых Winnipeg Jets из розыгрыша Кубка Стэнли всего год спустя – все были там.

    Я знал, что парень, сидевший позади меня, раньше играл за Oilers, но я всё никак не мог вспомнить его имя. Это сводило меня с ума и когда ему понадобилось выйти в туалет, я перегнулся, чтобы разглядеть, что написано у него на сумке под сиденьем. Я теребил его багаж, пока не обнаружил бирку и холодные мурашки побежали по моей спине, когда я понял, чья сумка это была. Секундой позже, тёплая струя намочила мои трусы, когда взбешённый глубокий голос за плечом произнес: «А ну-ка на х*;%? убрал руки от моей сумки».

    Я медленно поднял голову и встретился лицом к лицу с Дэйвом Семенко, одним из самых суровых тафгаев в истории NHL. Единственной причиной, по которой Цементоголовый нанял этого парня играть за Oilers было то, что он уничтожал любого, кто хоть на миллиметр приближался к Уэйну Гретцки.

    А теперь он хотел уничтожить меня.

    Я сидел в тишине, не мог ничего сказать и дрожал перед лицом смерти.

    Семенко наклонился к моему лицу с мощью 1000 нокаутов, которые были у него за плечами.. и мощью его кофейного дыхания, которое чуть не довело счёт его нокаутов до 1001-го.

    «Не трожь мои вещи, урод».

    Когда я начал оправдываться, он оборвал меня и сказал «Даже не думай хоть слово сказать до конца полёта»

    Итак, я уставился на мои, неожиданно ставшие довольно интересными шнурки до конца полёта и пережил рейс в Л.А. невредимым. После пересадки, я скоротал время, читая мой Англо-Японский словарь, делая пометки, какие фразы и слова я буду использовать, когда мы приземлимся.

    Итак, Лэнс и я прибыли в Нариту без рабочей визы, без понятия, кто нас должен был встретить, без адреса компании, которая нас наняла, и меньше чем с двумя сотнями канадских долларов на двоих в кармане. После того как мы без проблем прошли таможню (опять-таки, пришлось прибегнуть к Силе), нас встретил Ито, рефери из FMW. Он говорил на английском, но для меня это не имело никакого значения, так как я уже практически свободно изъяснялся на японском после моего интенсивного курса во время полёта.

    Словарь говорил, что «Конничи-ва» означает «Добрый день». У меня были бы проблемы, начни я практиковать правильное произношение в самолёте, но я и так всё понял, поэтому, когда Ито представился нам, я практически проорал ему в лицо «Коне-Икки-уэй!»

    Он объяснил, что правильно будет произнести «Ко-Ни-Чи-Ва», так что через пять минут нахождения в стране, я зарекомендовал себя как высокомерный, стереотипный, турист-ханжа, который говорит «Добрый день» в 6 вечера, причём произносит это так, что никто всё равно ничего не поймёт. Я был странным Лонг Дак Донгом.

    Путь из Нариты в Токио должен был занять 2 часа, но занял все 4 из-за движения машин бампер-к-бамперу. Дождь лил с неба, и Токио под ним выглядел футуристично. Практически город из «Бегущего по лезвию»: гладкие современные небоскрёбы с гигантскими мигающими неоновыми вывесками, освещающими автострады, построенные над другими автострадами.

    Мы заселились в маленький токийский отель под названием «Зелёный», который по странности имел синий логотип. Моя комнатка была размером с чулан, но это был мой первый бесплатный отель, так что всё было супер. Я одел кимоно и тапочки, которые предоставлял отель и прошаркал по комнате, словно последний самурай.

    Мне не хотелось тратить впустую время, которое мне было отпущено на осмотр достопримечательностей, так что я встретился с Лэнсом и Ито у ресепшЕна и мы пошли на улицу в поисках сакэ и ниндзей. Мы не нашли ни того ни другого, так как все рестораны и магазины были закрыты, несмотря на то, что было всего 9 вечера. Наконец-то мы нашли магазинчик под названием «Станция Лоусона». Я уже помирал с голода, так что еда в духе 7-eleven – может быть, бобовый буррито и Slurpee, звучало очень аппетитно.

    Ни того, ни другого Станция Лоусона не предлагала. А вот что было у Лоусона – так это всякие деликатесы вроде кукурузных сэндвичей, кумкватов, упаковок гороха в стрючках, коробок шоколада на палочке, которые они называли «Поки» и кальмаров в малюсенькой обёртке. Другими словами, у них было всё… кроме того, что я мог бы съесть.

    Я всё же остановился на баночке «Потный Покари» (самое хреновое название для спортивного напитка в мире) и коробке жареной курятины. Я вгрызся в кусок жирного цыплёнка, и он был настолько острым, что мигом сжёг мне нахрен весь рот. Потный Покари оказался водой со вкусом лимона, но он так и не помог мне потушить пожар во рту, так что я купил бутылку молока, выдул её одним залпом и меня тут же стошнило. Это было то ли соевое, то ли козлиное, то ли материнское молоко, в общем, какое угодно, но не коровье, и на вкус это была моча.

    Я то думал, что я еду в Японию ради кричащих фанатов и древних дворцов. Но нет, я стоял посреди магазина, ливнем выблёвывая наружу свои кишки. Да я лучше в Калгари побухал бы ночью с тем же результатом, вместо того чтобы 16 часов ради этого лететь.

    Наконец мы нашли KFC и я был без ума от счастья. Но когда я укусил куриную грудку, за крылышком я обнаружил крохотный мозг. И я говорю о настоящем сером веществе с извилинами и полушариями. Я показал его менеджеру и он с его подчинёнными собрали натуральную планёрку, прежде чем предложить мне новую порцию.
    С меня было уже достаточно и я спросил «Где тут у вас МакДональдс». Он уставился на меня в недоумении, пока в конце концов не понял, что мне было нужно.

    «Оооо, вы имели в виду МАКУДОНАЛЬДО!!!!»

    Что означало название известного своими бургерами ресторана, в котором присутствовал рыжеволосый талисман по имени Дональдо МакуДональдо. Я заказал картофельный пирожок с беконом, Терияки-макРиб, и заткнул ими рот.

    Следующим утром, с остатками соевого молока и Потного Поки, бурлящего у меня во внутренностях, вся наша команда встретилась у ресепшена отеля и села в официальный автобус FMW. Вот там я и познакомился с Рикки Фуджи, который был той самой связью Фреда с Японией. В отличие от Фреда, он был дружелюбен и вменяем. У него также были волосы по пояс и сильное желание стать Канадцем.

    «Чувак, я так люблю Канаду. Это самое лучшее место! Хотел бы я жить в Канаде».

    С тех пор мы звали его новым Канадским именем, Рикки МакКензи.

    Он постоянно бомбардировал меня кучей таких-совсем-уж-японских вопросов, в которых как ему казалось, был смысл, но на самом деле его там не было.

    «Ты любишь рок-н-ролл секс музыку?»
    «Тебе нравится шляпа Ричи Самборы?» (гитарист Bon Jovi – прим. S_A)
    «А ты видел жён хоккеистов?»
    «Ты любишь джинсы?»
    «А сколько у тебя пар солнцезащитных очков?»

    Рикки также носил одну из самых огромных поясных сумок из всех, что я видел в жизни. Поясная сумка была частью реслерской моды 90-х. Моя неоново-зелёная сумка не заставляла меня сутулится, но у Рикки она закрывала половину его туловища. Он постоянно шарил в ней в поисках пачки сигарет, палочек для еды, или гаечного ключа для обезьянок. И кстати насчёт ключа я не шучу.

    Опять-таки, сила музыки была универсальной, и поскольку он любил хэви-метал так же как я, мы сразу стали друзьями. Однажды вечером он привёл меня на группу под названием “Privates”, которые играли в маленьком клубе. Я был изумлён, насколько вежливыми были японские фэны. Они совсем не шумели, а только смотрели и вежливо аплодировали по окончанию песни. Как потом выяснилось, точно так же толпа вела себя во время реслинга.

    Когда мы прибыли в арену Канагава в первый вечер тура, Лэнс прочёл список матчей на вечер, приклеенный к стене скотчем и его челюсть упала на пол.

    «Кошмар какой»
    «Что такое?»
    «Нас там нет. Сегодня первый вечер, а нас даже в шоу не включили».

    Я посмотрел на кард и действительно, имён Крис Джерико и Лэнс Шторм в списке не было. Но зато были Клизэ и Рунсе – и это были мы.

    Прям как Шер, кому нужны эти фамилии? Просто КЛИЗЭ и РУНСЕ. Клизэ было плохим фонетическим переводом моего имени, где буква “R” не читалась, так как её нет в Японском. Но меня ещё и хуже называли. На рекламе в Calgary Sun я был под именем Chris Cherrykoo.

    Еще я заметил, что Клизэ и Рунсе были написаны поверх имени Ониты, что означало, что мы сегодня в мейн-ивенте. В предвкушении великолепной возможности, мы вырядились в наши весёленькие разноцветные пиджачки Сержанта Пеппера с чёрно-зелёными трико, спёртыми у «Рокеров» и сшитыми мамой Ленни Сэйнт Клэра.

    Я выбросил в воздух несколько пинков, чтобы разогреться и произнёс ту же молитву, которой я молился перед каждым матчем. Я почти был готов зажечь.

    У меня было ещё одно важное дельце перед матчем, и когда я решил побросать новорождённых в бассейн, то был по-настоящему взволнован (просто словечко понравилось), увидев местный туалет.

    Это были покрытые керамикой дырки в полу. Целью было сидеть на корточках в нескольких дюймах над «туалетом» и давать себе волю. По мне, туалет должен быть местом заповедным, но поверьте, нет ничего расслабляющего в том, что ты сидишь на полусогнутых ногах, пытаясь при этом завершить свою грязную работу. Ничего.

    После этого, я стал умнее и искал вывеску «для инвалидов» или «западный туалет». В «Западном туалете» не выдавали ковбойских шляп или лассо, там был старый добрый Северо-Американский унитаз. Тоже самое было в инвалидных кабинках. И в тех и в других присутствовала диаграмма на стене, где человечек из палочек сидел на туалете из палочек, объясняя людям, как им правильно пользоваться.
    Ну, это для того, если вы не знаете, как пользоваться туалетом…

    В общем, когда я закончил с этим делом, то пошёл на ринг в мейн-ивент, в котором Внезапный Удар и Марк Стар дрались против Ониты, Самбо Асако и Уеды, кикбоксера, который был в боксёрских перчатках весь матч.

    Лэнс и я зашли на ринг, забравшись на верхний канат и сделав сальто назад в центр. Помню, как я спрашивал у Шона Майклса в Виннипеге, как это сальто делается. На что он мне ответил: «просто залезь да сделай». Я тренировался делать его несколько раз в Калгари, но это был первый официальный раз. Так вот, я просто залез и просто сделал, перевернувшись назад с такой силой, что меня повело дальше, и я шлёпнулся на пятую точку. Это было полным позором. А что ещё хуже - целый полк фоторепортёров из журналов запечатлели моё падение и кислый взгляд Лэнса, который говорил, что дела и на самом деле – полная задница.

    Я смирился со своим смущением, когда Онита зашёл на ринг. Это так отрезвляет – когда ты стоишь на одном ринге с боссом компании и с одной из крупнейших звёзд в Японии.

    Атсуши Онита основал FMW после того, как ему разонравилось работать на AJPW. Тогда он нашёл нескольких спонсоров и организовал свою собственную компанию. FMW была первой компанией, предлагавшей к показу так вещи, как матчи с колючей проволкой под током и матчи на заминированном ринге.

    Онита был довольно кряжистым типом. Он не был таким уж крутым рестлером, но обладал при этом невероятной харизмой и индивидуальностью. После его матчей фэны прорывались к рингу, пока он окатывал себя водой и брал микрофон. Затем он мог толкнуть длиннющую речь, каждый раз срываясь на слёзы. Он стал известен тем, что плакал, и его фанаты плакали вместе с ним. Поэтому он провозгласил себя воином для народа, а слёзы олицетворяли его бойцовский дух.

    Народ заглатывал его наживку целиком, вместе с крючком, леской, поплавком и кричал «О-НИ-ТА!», в то время как песня “Wild Thing” в исполнении Джоан Дета ревела по всей арене. Он закончил карьеру, став культурным феноменом и сенатором в Японском Парламенте. Довольно неплохо для реслера с окраин, у которого в арсенале всего один приём.

    Как только матч начался, я работал в основном против Уеды – кикбоксёра. Он вообще не проявлял интереса к тому, чтобы там находится, и самое хреновое, не проявлял никакого интереса к тому, чтобы притормаживать свои удары руками и ногами. Он просто выбивал из меня дерьмо. Тут я вспомнил одно из правил FMW, которое гласило «Никаких правил» и подумал: «На х#@ этого парня». Я быстро выкатился на пол и схватил стул. Тут и начался фильм «Шейн Крофт из Калгари часть 2 – Возвращение»

    Пока я возвращался на ринг со стулом, он совершил ошибку, повернувшись ко мне спиной. Когда он развернулся обратно, я врезал этой суке по голове так сильно, как только мог. Он рухнул на ринг как мешок картошки. Причем картошки там было больше, чем ударов в полную силу, которые он мне нанёс ранее. В реальной драке он бы меня без вопросов уделал, но так же как в моей встрече с Брузером Бедламом, мой настрой был такой – если я упаду – то заберу кого-нибудь с собой.

    Так же как и в Мексике, японцы были печально известны тем, что позволяли себе вольности с иностранцами. Если вы им отвечали такими же вольностями – вы заслуживали их уважение, и только после этого всё шло гладко. Остаток матча прошёл хорошо и Онита закончил его, удержав Марка Стара. Он не стал удерживать никого из «Внезапного Удара», потому что хотел посмотреть, что мы умеем делать. Видимо, умели мы немного, так как в течение всего последующего тура мы с ним больше не работали.

    Я знал, что про-реслинг (или пуроресу как они его называют) был популярен в Японии, но до того, как попал туда, не подозревал, насколько. С дюжину разных компаний работало на островке размером с Монтану. Клипы из матчей показывали весь вечер по ТВ, в то время как результаты из предыдущих матчей печатали в общенациональных газетах рядом с бейсбольными счетами.

    Были две главные газеты по реслингу - Tokyo Sports и The Weekly Fight. А также два модных первоклассных журнала, в которых были одни из самых лучших спортивных снимков, которых я видел в жизни. Журналы назывались Weekly Gong и Weekly Pro Wrestling. Все их называли бейсбольными журналами, так как их издавала бейсбольная журнальная компания. Понимаете?

    Был же какой-то смысл в том, чтобы называть журнал о про-рестлинге «Бейсбольным Журналом»? Кроме того, были ТВ-передачи с названиями «Хэви-Метал L-игра» и «Космический Убегающий Идеон», а также бейсбольные команды «Ниппонские Воины Ветчины» и «Хиросима Карп». Большинство японских медиа и людей с высшим образованием использовали английский язык так, чтобы маленькие крупицы смысла терялись совсем. Они его называли Японоглийским.

    Мне не терпелось посмотреть на цветной разворот дебюта «Внезапного Удара» в журналах. Фотографии были потрясающими, а снимки наших фирменных приёмов в действии были подписаны как «Канадские Братья Штайнеры». Это была высокая оценка, потому что Штайнеры были тогда самыми известными звездами-гайджинами (иностранцами) и вообще, великолепной командой.

    После хренового дебюта в FMW (проклятие продолжается), «Внезапный Удар» был задействован только в половине шоу. Это не было неожиданностью, так как наш технический стиль не очень-то подходил для колюче-проволочной, заминированной и кроваво-месивной задумки Ониты. Мы выделялись из FMW, не всегда в хорошем смысле.

    Большинство шоу проходили перед 1000-3000 фанатами. Это было самое большое количество зрителей, перед которыми мне приходилось работать, но я был удивлён отсутствием реакции у людей. Точно также как на концерте Privates, на который меня отвёл Рикки – зрители вежливо наблюдали и в течение матча могли вообще ни слова не проронить.

    Я мог раскладывать руку оппонента по суставам серией впечатляющих захватов и болевых и слышать при этом только сверчков.
    «Я чё, вообще отстой? Почему все молчат?»

    Затем я делал акробатический приём, или простецкий бросок из вольной борьбы, и зал взрывался «ОООооооооо!!!», а затем опять затихал.

    Я понял, что фэнам совсем не скучно, просто они внимательно смотрят. Они понимали все приёмы, все перехваты и наслаждались самим ходом матча. Они уважали искусство реслинга, и так как в FMW его практически не было, они ценили нашу работу.

    Большинство фэнов были хорошо одеты, или даже носили костюмы. Вообще было похоже на то, что ходить на реслинг в обществе было престижно, сродни походам в оперу. Они уделяли очень много внимания рассказываемой истории и интенсивности выступления. Весь секрет был в том, чтобы вставить в матч несколько ложных концовок («счёт до двух», как Стенозад и я их называли), во время которых фаны громко отсчитывали «АДЫНА, ДЫВА, ООООООООХ!». И снова кратковременные аплодисменты сменялись полной тишиной. Когда на ринге совсем уж кипел экшн, шум нарастал, пока толпа не начинала кричать и хлопать каждому приёму. Мне понадобилось достаточно много времени, чтобы приспособится к такому поведению. Но когда я всё просёк, то пристрастился к такой реакции и начал выстраивать свои матчи так, чтоб добиться максимальной реакции от зала.


    Глава 31: Дом ДеЛуис реслинга

    Япония как страна казалась мне американизированной донельзя. Но гулять по Токио было все равно что ходить по домику в парке с аттракционами, в котором всё немного искажено.

    Там были МакуДональдо и Домино везде, но японские версии их блюд имели странный вкус. Люди в 15 градусов шли по улице, одетые в дорогие лыжные костюмы для скоростных спусков, как символ своего статуса. Парни травили свои волосы чтоб выделяться из толпы, но чаще всего это заканчивали страшным выжженным оранжевым хаером.

    Я хотел снискать расположение японцев, поэтому рассказывал всем кому мог, что я огромный поклонник японской метал-группы Loudness. Но в то время, как Loudness мне нравились, они в своей стране уже своё отжили. Провозглашать свою преданность этой группе было примерно тем же, если б вы приехали в Штаты и говорили всем, что вы фанат группы Dokken.

    Тем не менее, все были под впечатлением, что у меня были все их записи и я знал, что певца зовут Минору Ниихара. Наконец мне подсказали, что лучше интересоваться не сценой 80-х, а 90-х , и я переключился на японского монстра рока номер 1, группу под названием “X”

    Они выступали в переполненном Токио Доум и неспроста, потому что были просто офигительны. Клайв Дэвис (рекорд-продюсер) из «Winnipeg Tendencies Resurfaced» и я сделали это своей миссией – разнести евангелие «X» по всем металлическим друзьям на моей родине.

    Я был приятно удивлён – насколько сильно было метал-движение в Японии. Гранж захватил Америку и потихоньку убивал хард-рок, но на востоке я проводил часы в Шинджуку Тауэр Рекордс слушая новые метал-альбомы.

    Также я обнаружил, что Японские версии CD всех известных групп включают в себя бонус-трэки, наклейки и другие особые фишки, которых больше нигде не найдёшь. Буклеты содержали эксклюзивные фотографии, тексты песен и заметки, написанные музыкантами и переведённые на японский. Для меня было целым событием, когда 14 лет спустя я также подписывал эксклюзивные заметки для японского издания альбома Fozzy “All that remains”.

    Помимо выбрасывания сотен долларов на компакт-диски, я также тратился в местечке, известном как Лобби Бар, куда Рик привёл меня с Лэнсом. Это была причудливая кафешка, которую обслуживали красивые филиппинки. Гайджинам туда входить не разрешалось, только если в сопровождении японца. Как только мы туда вошли, девушки сразу же сделали мне массаж спины, наливали мне напитки, и кормили меня как будто я был Джерикус Цезарь. Затем мы танцевали всю ночь (и на мне постоянно тряслась моя неоновая зелёная поясная сумка) под самую раздражающую японскую поп музыку, которую мне доводилось слышать. Но девушки умели двигаться, и даже научили меня Ламбаде (это запрещённый танец!). Они обращались со мной, как будто я был Король Стад. Но как только я начал задумываться о, что вступлении в игру моего Поки, девушки проводили нас до двери и пожелали «конбава». Вместо того, чтобы получить хэппи-энд, я получил счёт в 500 баксов.

    Выяснилось, что работой девчонок было тусоваться и флиртовать с посетителями, подливая им столько виски, сколько было возможно. Они получали комиссию с каждой 250-долларовой бутылки, которую мы в тот вечер выпили. За такие деньги могли нас хоть Кавиаром угостить.
    Во времена BTWF, Стенозад и я читали списки японских рестлеров в журнале и увидели там имя Тарзан Гото. Как японское имя могло звучать как Тарзан? С тех пор любое упоминание Тарзана вызывало у нас смех. И как вы думаете, кто был номером два в компании, после Ониты когда я прибыл в FMW? Тарзан мать его Гото!

    Он был низкорослым, толстым, коренастым зверьком без передних зубов и лицом, которое могла любить только мама. Он любил бить зрителей, как только подворачивалась возможность – например, когда кто-то хлопал его по спине во время выхода к рингу.

    Как только какой-нибудь дуралей делал так, Тарзан тут же кулаком гравировал сожаление на его лице. Затем Гото гонял парня по всему залу, хватал его за шкирку и выкидывал из здания. В Штатах, если вы хотя бы посмотрите в направлении фаната, вас засудят. В Японии, быть атакованным и избитым любимым реслером – всё равно что получить медаль за отвагу, и вы потом долго об этом будете рассказывать друзьям.
    Я уверен, что быть разукрашенным парнем по имени Тарзан Гото было куда почётнее, чем когда вам надирает задницу Эль Пандита. Всё правильно, я сказал Эль Пандита. В переводе с испанского - «Маленькая Панда». А по-английски - «Самый херовый гиммик в мире».

    Азиаты просто одержимы пандами, и гиммик Пандиты должен был удовлетворить эту одержимость полностью. Этот клоунский наряд для ринга представлял собой костюм Панды в полный рост. Миленький хлопковый хвостик включён в поставку. Он мог ковылять к рингу, держа в лапке конфетку для фэнов, а перед тем как запрыгнуть на ринг, поднять руки и сказать «Я такой милашка и лапуля!». Во время матча вам надо было селлить ужасно выглядевшие атаки Пандиты, если только изначально не схватить его за хвост. В этом случае прелестное создание начинало бегать кругами, пытаясь схватить себя за него.

    Всё становилось ещё хуже, и самый умилительный для аудитории приём должен принадлежать Залу Говёной Славы. Пандита выбрасывал оппонента с ринга и разбегался от канатов, как будто хотел выпрыгнуть на пол. Вместо того, чтобы пролететь между ними, он прыгал и приземлялся в позе Плейгёрл с широко расставленными ногами и поставив подбородок на кулачок. Толпа выдыхала «Ооооооо!», а я вообще не понимал, что, блин, происходит! Ребята могли кромсать друг друга бейсбольными битами, обёрнутыми колючей проволокой, а в следующем матче выходил Дом ДеЛуис (американский комик) рестлинга.

    FMW была маленькой компанией с менталитетом «буду работать за еду». Большинство шоу, проходили на парковках, огороженных временными заборами прямо под открытым небом. Раздевалок у нас не было, что означало, что переодевались мы прямо в автобусе. Также это означало и то, что у нас не было ни сортира, ни душа, и после матчей мы должны были выдержать трёхчасовую поездку в автобусе, покрытые грязью, потом и кровью. Когда мы заселялись в отель картина напоминала фильм «Дух ’76-го». Несколько раз я видел, как портье убегал в подсобку, прячась от нас.

    Несмотря на то, что у нас были раздельные номера, Лэнс и я проводили столько времени вместе, что начали нервировать друг друга по сущим пустякам.
    «Закрывай рот, когда ешь».
    «Смешная у тебя походка»
    «Твои белые ботинки меня бесят»

    Напряжение достигло апогея, когда мы сцепились в раздевалке в Аичи, и катались по полу как пара восьмилетних пацанов. Но когда доходило до дела, мы всегда хорошо работали на ринге. Мы через столько прошли с тех пор как тренировались в зале для боулинга, что стали почти как братья. Иногда братья обнимаются, а иногда дерутся.

    Круг для нас замкнулся, когда мы прибыли в Хаката Стар Лейнз в Фукуоке… и это был зал для боулинга. Мы пролетели тысячи миль вокруг света, чтобы закончить комбинацией «зал для боулинга + реслинг», той же самой, с которой мы начинали в Калгари.

    Мейн ивент в Стар Лейнз был Бэттл-Роял по правила уличной драки. Я как-то упустил этот момент, и у меня не было ничего, что я мог бы одеть на уличную драку. Так что в то время, как все были в джинсах, безрукавках, ковбойских сапогах и поясах для бодибилдинга, я вышел в гимнастических шортиках в полосочку, которые завязывались на шнурок и в гибких чёрных борцовских ботинках от сапожника из Калгари. Короче, самый не устрашающий наряд на уличную драку в истории. Прибавьте ещё мои канареечно-поджаренные волосы, и вы поймёте, что я был просто воплощением КРУТИЗНЫ. Неудивительно, что первым с ринга выбросили меня.

    Но вечер был хорошим, и я чувствовал себя дерзким. Поэтому, я решил пойти и поговорить с Онитой – это то , что нам совершенно запрещалось делать.

    - Чё, как всё ваще, а?
    - Окей.
    - Мне бы очень хотелось поблагодарить вас за то, что взяли нас в тур.
    - Окей.
    - Тур – то клёвый?
    - Окей.
    - А у тебя крутая музыка для выхода!
    - Окей.

    Он уставился на меня, как на сумасшедшего, нарушившего правило «Не-говори-со-всемогущим». Думаю, я разозлил его своей бестактностью, потому что Ито позже подошёл и сказал мне никогда больше не говорить с Онитой напрямую. Всё же, на последнем шоу он сказал нам, что мы побьём лучшую команду FMW Хорейса Болдера и Гладиатора (или, как японцы звали его, Граджиатор).

    Я воспринял это как знак того, что нашей работой остались довольны и много думал над будущим «Внезапного Удара». Но когда дело дошло до получения оплаты за тур, вместо 800 долларов за неделю, которые обещал нам рукодельный контракт Фреда, нам заплатили только по 600.

    Это было полной жопой, и я был вне себя. Допустим, мы были новичками без имени, но мы всё равно отработали каждый цент, который был нам обещан. Мы произвели впечатление на остальных реслеров компании, так что новички потом спёрли наши хай-флаерские приёмы и назвали их своими. Мы представили прыжки с верхнего каната и франкенштайнеры этой компании, и новое измерение, которое мы привнесли в FMW, хорошо дополнило её. «Внезапный Удар» привнёс в хардкор FMW то, что Эдди Герреро и Крис Бенуа привнесут в ECW несколькими годами позже.

    Когда мы спросили Ито, почему нам не доплатили по 200 баксов за неделю, он сказал, что компания перечислит нам разницу. Я был достаточно наивен, чтобы поверить, что мы её получим. Мы никогда не получили этих денег; однако Онита был доволен нашей работой настолько, что вручил мне премию… Официальный брелок FMW.

    Летя в самолёте домой в Канаду, я пытался осознать все странности, с которыми я столкнулся. Я поехал в Японию, ожидая увидеть рисовые зёрнышки и ниндзей, но вместо этого я обнаружил пиццу в рожках и порно-журналы в которых школьницы писали на пляже. Сексуальный декаданс преобладающий в стране никак не сочетался с поклонами и уважительным поведением, которое мы там увидели. Такое несоответствие хорошо характеризует всю страну. Ничто там не имело здравого смысла.
    Последний раз редактировалось Simply_Amazing; 29.08.2011 в 12:24. Причина: Добавлено сообщение

    ^ ^ ^ ^
    JOIN US





  7. #17

    По умолчанию

    Глава 32: Мольбы о крови.


    Несмотря на то, что я, похоже, разозлил Ониту и нам не доплатили денег, Ито сообщил, что боссу очень понравилась наша работа. Он даже сказал, что планирует привезти нас снова 5-6 раз в течение следующего года. Но по-видимому, эта дверь для нас была закрыта, так как в программе следующего тура значился командный турнир, а нас не пригласили. Мне казалось, что наше возвращение - это только вопрос времени. Но проходил месяц за месяцем, приглашения так и не поступало, а конвеерная лента Фреда из Калгари отправляла в Японию реслеров вместо нас.

    Было конечно неприятно, но когда мой друг Ленни Сэйнт Клэр получил предложение поехать, я был рад за него. FMW предложили ему продумать гиммик за несколько дней до тура. Он взял маску от футбольного шлема и прикрутил с обратной стороны ремень. Затем он попросил свою маму, шившую костюмы, сделать для него смирительную рубашку, которую он одевал поверх пары комбинезонов с заправочной станции. И вот, Доктор Лютер, адовый маньяк, основанный на Ганнибале Лекторе, был готов терроризировать толпу.

    С таким жутким видом и приверженностью к безумию, он стал мгновенной сенсацией. Он вырывался из раздевалки, разбрасывая стулья, и бежал прямо в толпу, которая разбегалась в панике, как если бы сам Годзилла вырвался на свободу.

    Журналы писали о нём постоянно. После первой недели, он попал на 6-страничный разворот в Бейсбольном журнале, который гласил «Моли о крови… Лютер уже здесь!». Доктор Лютер стал одним из самых популярных гиммиков в истории FMW.

    Каждый раз, когда Ленни возвращался с тура, я спрашивал у него, как всё прошло, а потом, как всегда, интересовался: «Никто там не говорил про меня?» или «Когда меня планируют вернуть?». Ответ всегда был один: «Никто ничего не говорил».

    Я почти смирился, что «Внезапный Удар» был единственным ударом, эдакой реслерской версией Сhumbawamba (британская поп-группа с одним хитом), пока практически через год мне не позвонил Рикки Фуджи. Он спросил, не сможем ли мы приехать на юбилейное шоу FMW, которое будет проходить на бейсбольном стадионе в Йокогаме.

    Нам предстояла серьёзная задача – открыть шоу. Это главное правило реслинга – если ты не в мэйн-ивенте, значит первый матч – самый важный на шоу. Тебе необходимо выдать крутой матч и задать тон на весь последующий вечер.

    Всё моё возбуждение сгорело в огне, когда Лэнс отказался. Он до сих пор негодовал, что Онита не доплатил наши деньги и солгал нам в лицо сказав, что пригласит снова. Но ни у меня, ни у него не было стабильной работы, кроме стрёмных матчей в Альберте или Мантиобе. Но меня подмывало вернуться в Японию. Раз уж NJPW не распахивали передо мной двери, FMW оставались единственной возможностью.

    Лэнс давно решил, что мы должны работать по отдельности, а не как «Внезапный Удар», но я был уверен, что ради такого большого шоу мы должны еще разок объединиться. Когда он без раздумий сразу сказал «нет», я был вне себя.

    Я не позволю Лэнсу или кому угодно испортить моё возвращение в Японию. Поэтому через несколько дней я позвонил Рикки и сказал, что Лэнс решил бросить карьеру реслера. Рикки был удивлён, но я сказал, что у меня во «Внезапном Ударе» теперь новый партнёр, для которого будет честью работать на таком большом шоу. Рикки обрисовал мне детали, и мы обо всём договорились.

    Теперь дело оставалось за малым – найти партнёра.

    Никто среди местных реслеров в Калгари и рядом с Лэнсом не валялся, а поскольку наша команда была основана на молниеносных приёмах, заменить его было бы ох как непросто. Наконец я нашёл парня, который довольно неплохо работал. Его звали Эрик Фриз, родом он был из Эдмонтона. Повыше и не такой раскачанный как Лэнс, но при этом довольно спортивный. Несмотря на то, что он не был таким продвинутым на ринге, как Лэнс, я решил, что он достаточно профессионален, чтобы всё прошло нормально.

    Его причёска очень походила на то, что было у Ленса и я подумал, что на расстояния люди не различат их. И это сработало. До сих пор есть плёнки с этим матчем, где Эрик Фриз представлен как Лэнс Шторм. И конечно это не радует старого доброго LTS (инициалы Лэнса)

    Я провёл несколько следующих недель, показывая Эрику подборку «Лучшие хиты Внезапного Удара». Я объяснил ему, что наши коронные «двойные летящие локти» и «двойной липфрог» были настолько оригинальными и неповторимыми, что после того, как целый год наши фаны ждали увидеть их вживую, они просто сойдут с ума, когда увидят их снова. Это было даже круче воссоединения The Police.

    Я продолжал промывать мозги Фризу тем, насколько важен этот матч, и какими будут статьи на целую полосу о нас в журналах, толпы ревущих фанатов «Внезапного Удара», и очереди из тёлок, которые будут ждать нас. Я выучил, как будет по-японски «Я вернулся!» (Каетте-Кита-ЗО!!), чтоб я мог прокричать это, как только поднимусь на ринг. Я буду самым крутым фейсом-гайджином всех времён!

    Крису Джерико предстояло стать дерьмом!
    Мне долго не удавалось найти пиджак Сержанта Пеппера, который принадлежал Лэнсу, потому что он продал его фанату. После того, как он всё же был найден, я заплатил парню за прокат пиджака, который я создал и попросил маму Ленни сделать пару чёрных штанов, покрытых спереди блёстками. Я завершил костюм серебряным верхом с блёстками, чёрными покрашенными ногтями (спёр у Пола Стэнли) и чёрным обводом глаз. Я выглядел убийственно и был готов оставить след на Земле Восходящего Джерико.

    Но у меня в рукаве был еще один туз, без которого мой гениальный план не был бы завершён. Смертельным ударом должно было стать использование песни группы «X» для выхода «Внезапного Удара». Я был уверен, что фэны сойдут с ума, увидев, как пара гайджинов выходит под песню крутейшей японской группы!

    Единственным препятствием к моему возвращению было полное безразличие к нему. Офисные работники FMW были приветливы, но явно не обрадованы. Плюс что японским, что иностранным реслерам было всё равно. По-настоящему стало понятно, что никому до нас нет дела, когда мы выходили на матч через зал стадиона, заполненный людьми. Во время 5-минутной прогулки по коридорам никто на нас не посмотрел, разве что мельком, несмотря на то, что мы были явно одеты как реслеры. И это фанаты, которые купили билеты, чтоб посмотреть шоу!

    Когда мы обговаривали матч, нас попросили вырваться из удержания их топовой молодой звезды по имени Эйджи Изаки (который потом стал выступать в маске под именем Хайабуса и по иронии судьбы, закончил карьеру через несколько лет, будучи парализованным после неудачного исполнения моего «львиного сальто») после того, как тот проведёт мунсолт. Затяжное сальто назад с верхнего каната в удержание – один из самых затёртых приёмов сегодня, но в 1992-м его редко кто исполнял. Фриз и я согласились прервать удержание после крутого приёма Изаки, и все мы вчетвером были уверены, что сейчас выдадим классический матч. Не было даже толики сомнения в том, что фэны и медиа заметят нас.

    Песня “X” под названием “Silent Jealousy” загремела из динамиков стадиона, и «Внезапный Удар» рванул по длинной стадионной дорожке к рингу. Я забрался на второй канат и закричал изо всех сил «КАЕТТЕ-КИТА-ЗО!!!!». С тем же успехом я мог крикнуть: «Я ХРЕН ЗНАЕТ КТО И ОЧЕНЬ СИЛЬНО СТАРАЮСЬ!»

    Матч сам по себе можно было отменить из-за недостатка интереса. Стояла гробовая тишина, в то время как мы механически выполняли заранее написанный сценарий без каких-либо задатков сюжета.

    Наконец, Изаки забрался на угол и провёл мне мунсолт. Он провёл его превосходно, и фэны наконец проявили хоть немного жизни, реагируя удивлением. К сожалению, это было удивлением и для Фриза.

    Похоже, его загипнотизировала картина того, что его показывают по ДжамбоТрону, и он не разбил удержание. Он так увлёкся просмотром матча, что забыл, что в нём участвует. По крайней мере, хоть кому-то он нравился.

    Мы победили, но пятизвёздочная классика, на которую мы так надеялись, так и не имела место быть, как и спасение меня Фризом после мунсолта.

    После матча, когда я переодевался, ко мне подошёл старикан по имени Джон Толос и спросил, могу ли одолжить ему ботинки на его бой. «У меня больше нет ботинок. Да и зачем они мне? Лучше я займу у тебя». Думаю, в этом разница между зелёным новичком и ветераном. Я сделал целый новый костюм для этого шоу, а он, нахрен, даже без ботинок приехал. Думаю, и заработал он больше, чем 800 долларов, которые мне заплатили.

    Онита страстно увлекался тем, что ставил в свои шоу боксёров и мастеров восточных единоборств (помните, что FMW означает «Рестлинг на границе с восточными единоборствами»). Он заплатил большие деньги, чтобы привезти на это шоу Леона Спинкса, бывшего чемпиона мира по боксу в тяжелом весе. Идея была выставить Леона против реслера, но когда ему сказали, что удары надо притормаживать, он никак не мог уловить сути.

    «То есть, когда я бью – бить не сильно, а противник всё равно падает? Во прикол», сказал он заплетающимся от количества выпитого языком.

    Леона надолго не хватило, и во время матчей он постоянно улыбался и ржал. Когда ему нужно было боксировать, Спинкс ни хрена не понимал разницу между реальным боем и реслинг-шоу.

    После матча Рикки Фуджи отвёл меня в самый знаменитый реслерский ресторан в мире, «Рибера Стейкхаус». Его открыл в 1970-м Стэн Хэнсен и с тех пор у реслеров там было любимое место для тусовки.

    Но стейк был лишь частью того, что предлагал Рибера. После еды, всем реслерам дарили официальные пиджаки Рибера. Они были сделаны из гладкого атласа и номерами из полосатого искусственного шёлка с надписью «Рибера» спереди и сзади. Они были зверски уродливы, но любой из реслеров, которому дарили пиджак, носил его с гордостью. Рикки шутил, что «Рибера» переводится с японского как «я реслер и я был в Японии».

    На стенах ресторана красовались десятки подписанных фотографий реслеров, заходивших туда. Удивительно, но куда бы я ни шёл – везде находил своё фото на стене. Рибера собственноручно проверял списки предстоящих туров в журналах, чтобы выяснить, кто из гайджинов приезжает и на сколько. Он вешал их фотографии, а когда тур заканчивался, вешал фото тех, кто приезжал дальше. Он работал больше, чем сами реслеры.



    Глава 33: Борьба и романтика

    Я покинул Японию в этот раз без приглашения вернуться снова. Это просто убивало, потому что в FMW было не так много парней, которые боролись лучше меня. Всё что я там видел – это изобилие диковинных гиммиков: Черепашка ниндзя, Пандита, Боевой Рейнджер, Ультрамэн, его злейший враг гигантский лобстер Бартак и другие невероятные персонажи. Было очевидно: чтобы прослыть большой звездой в Японии, мне нужен был гиммик, сопоставимый с теми.

    Первое, что пришло в голову – трусливый Мастер Себастьян (названный в честь Себастьяна Баха (бывший вокалист Skid Row – прим. S_A)), который был бы менеджером Доктора Лютера. Мастер выходил бы в длинном кожаном плаще, с резинкой на макушке, чтобы был беспричинный хвостик как у Мадонны.

    Потом я подумал, что это мог бы быть брат Доктора Лютера, мистер Ганнибал. Персонаж, на котором FMW хотела состричь денег после популярности Доктора Лютера. Ленни меня отговаривал. Ему не хотелось, чтобы я не становился его копией, но я был в отчаянии. В любом случае, FMW отвергла этот гиммик сразу. Раз уж я боролся в этой компании, фэны знали, что я не маньяк-убийца.

    Потом мне пришёл в голову Паразит. Я разрисовал лицо в духа Эллиса Купера и носил с собой банку аэрозоля WD-40. Когда наступал подходящий момент, я доставал бы баллончик и при его помощи пускал бы струю пламени. Что мне было делать с этим пламенем – без понятия. Так далеко в своих размышлениях я не заходил.

    Когда Паразита отмели, моя следующая идея для гиммика была взята из концертного видео Iron Maiden на песню Powerslave. Я увидел, как Брюс Дикинсон пел в египетской маске птицы, и решил, что теперь буду Фениксом.

    Я решил разработать целый костюм и стал собирать его, начав с маски птицы, которую купил в магазине карнавальных костюмов. Я сделал ей полное оперение, приклеив целый букет из разноцветных перьев клеевым пистолетом, который нашёл в гараже у Палко. Костюм напрашивался на пару крыльев Человека-Ястреба, так что я купил тонких алюминиевых трубок в магазине и спаял из них скелет под крылья. Потом нашил на него спандекса, приклеил полоски блёсток из фальшивой костюмной бижутерии и нанес фальшивые бриллианты на материал. У меня кончились деньги, и я уже не мог купить кожаные ремешки, чтобы прикрепить ими крылья. Так что просто примотал их лоскутами спандекса. Надев костюм, я был очень впечатлён. Крылья были немного кривоватыми и маска была маловата, но всё вместе смотрелось довольно круто, и хрена с два я бы сейчас не получил одобрения.

    Но мои аккуратно сделанные крылья были чрезвычайно хрупкими и ветер погнул их пополам, когда я фотографировался на улице. Они слетели у меня со спины, и я побежал по улице за ними, прямо как Рокки Бальбоа гнался за цыплёнком в Рокки 2. Когда ветер перестал дуть, я наспех примотал их назад и закричал «Быстрее фотографируй!».

    Комедия продолжилась и после съёмки, когда я начал репетировать свой грандиозный выход на ринг. После нескольких попыток я понял, что забраться на ринг с крыльями невозможно. Мне было не пролезть между канатами, потому что они были хрупкими и тяжёлыми. При попытке перепрыгнуть через канаты, конструкция рухнула со спины.

    Мои мечты вернуться в Японию рухнули вместе с крыльями и я уже был готов сдаться, как вдруг позвонил Рикки и сообщил: FMW хочет, чтобы я приехал как Феникс, и мне дадут «Порше».

    Я был малость удивлён предложением и размышлял, как же мне ехать из Японии в Канаду на «Порше». К сожалению, он сказал «Пуш» вместо «Порше». И не смотря на то, что пуш был не хуже, чем Порш, предложение было спорным. Потому что FMW опоздали всего на один день и один брелок.

    За день до этого мне предложили тур в большей и более престижной Японской компании WAR. Я начинал работать в Мексико-Сити и встретил там Алтимо Дрэгона, японского реслера, который сделал себе имя в Мексике и в WAR в Японии. Месяцами я надеялся, что меня пригласят, так как Алтимо постоянно искал себе подходящих оппонентов, а с моим Калгари-Мексикано-Европейским стилем, у нас получалось бы отлично взаимодействовать. Так как мы оба работали на Пако Алонсо, то часто выступали в команде. Дрэгону было хорошо известно что я умею, да и сам я считал, что отлично подойду. И вот мой шанс выпал.

    Настоящее имя Дрэгона – Йошихиро Асай. Он как и я с детства мечтал стать реслером, но New Japan отказали ему из-за маленьких размеров. Он не принимал отказов и приехал в Мексику, где и стал звездой в маске под именем Алтимо Дрэгон. В переводе его имя означало «Последний Дракон», и идея была такова, что он – последний ученик Брюса Ли. Я подсчитал, что ему, должно было быть 8, когда его тренировал Брюс. После завоевания Мексики он вернулся в Японию и нашёл свой дом в WAR.

    WAR не расшифровывалось как «Для чего это всё», и эти 3 буквы были аббревиатурой для «Борьба и Романтика». Это был классический японоглийский в том смысле, что английского там было ровно столько, чтобы вся фраза полностью оказалась бессмысленной. Я совершенно не понимал зачем я здесь – для борьбы или для романтики.

    «Борьбой и Романтикой» управлял Геничиро Тенрю, входящий в десятку топовых имён в японском реслинге. Как и Тонга, он начинал в сумо, достиг огромного успеха и переключился на реслинг. Он делал самые лучшие чопы Рика Флера по груди и работал очень жёстко, за что его любили фаны, а я стал ненавидеть. Одна из фишек компании было делать ставку на дивизион полутяжей, который уступал только хай-флаерам из New Japan.

    Разница в работе на FMW и WAR была такой же, как в работе в Монтеррей и Мексико Сити. Разница в профессионализме видна с первого взгляда. Добрые люди из WAR, только что переименовавшие себя в Ассоциацию Рестлинга R (в этом названии, по моему, ещё меньше смысла, чем в «Борьбе и Романтике») предоставили мне рабочую визу и выслали мне нотариально заверенный контракт с королевской оплатой в размере аж 1400 долларов в неделю. Я проапгрейдился и в плане размещения (от Токио Грин Отеля до Хайатт Редженси) и в плане оппонентов (от кикбоксеров и панд до настоящих реслеров).

    Двое из них были Джадо и Гедо. С ними я познакомился ещё в Мексике, когда они работали там за гроши. Они пошли по пути Дрэгона и поехали в Мексику после того как их отвергли из-за маленьких габаритов в New Japan. Они круто показывали себя на ринге и были мощным усилением в дивизионе полутяжей WAR.

    Я с ними хорошо ладил, потому что умел разговаривать на официальном Ломаном Английском. Я изучал Ломаный Английский на ходу, потому что Джадо и Гедо умели довольно неплохо говорить на английском. Проблема была лишь в том, что понимали они только какие-то определённые слова. Например, они не понимали что такое «салон», но отлично понимали, что такое «магазин»

    Так что когда я говорил «Ребят, может проведём вместе время днём, заглянем в музыкальный салон?» - они не понимали. Однако, если я говорил «Может вы, я идём магазин CD» - они кивали в знак согласия. Поэтому в один прекрасный момент выяснив, какие именно слова они знают, я смог разговаривать с ними часами.

    Во время тура по Японии, весь ростер ехал вместе на автобусе, и обо всех отелях и программе поездки заранее позаботились. В Штатах всё было наоборот – там каждый должен был сам за себя договариваться.

    Все от Тенрю до команды, собиравшей ринг, ехали вместе, и к опозданиям не было никакого снисхождения. Я это понял сразу, как только пришёл к автобусу в одну минуту одиннадцатого, когда отправление было назначено на 10.00 . Дрэгон отвёл меня в сторону и строго сказал: то, что я запаздываю (не мозгами, надеюсь) должно быть в последний раз. Отправление в 10.00 означает, что в 9.45 я должен быть на месте. Японское времяисчисление отличается от Мексиканского, где «Отправление в 10.00» означает «отправляемся где-то между 10.45 и 11-ю». Зовите меня свихнувшимся, но там, откуда я родом, «отправление в 10.00» означает, что выезжаем в 10.

    Но вот в Токио…

    Мой первый матч в WAR был в Коракен Холле, одном из самых известных реслинг-залов в мире. Коракен был театром на 2200 мест на территории «Большого яйца» («Токио Доум») (классический японоанглийский), но именно это было местом для реслинга в Токио. Матч в Коракене мог тебя прославить или опозорить. Это место было эпицентром, куда стекались все масс-медиа японского реслинга. Все корреспонденты и фоторепортёры являлись сюда во всей красе и их обзоры выступлений имели серьёзный вес в Японии. Впрочем, даже и в Мексике.

    О Коракене я узнал от Ленни. Он даже оставил мне записку чёрным маркером на стене за сценой: «Поздравляю, ты наконец-таки здесь, Клизэ!». Это было всё равно, что найти Пасхальное яичко. Поэтому я взял маркер и написал ответ. Потом он мне оставлял ответ, потом я, и так далее, пока сообщения маркером не стали традицией перед каждым матчем в Коракене. Это были олдскульные смски.

    К сожалению, другая традиция Джерико продолжилась, когда я вышел на ещё один грёбаный дебютный матч. Я работал против Рио Повелителя Джунглей, мужчины-стриптизёра, который сменил работу на реслера, и позже работал в WCW копией Алтимейт Уорриора, под именем Ренегат. Он был массивным и совсем зелёным, что было хреновой комбинацией, которую было трудно пережить. Мы открывали шоу, и когда я чисто победил его моим дебютировавшим в Японии Львиным Сальто, это было единственным хорошим моментом.

    Никогда не бывает второго шанса произвести первое впечатление…

    Потом я давал интервью Gong Magazine, где меня спросили, как я себя чувствую, победив Срань из Джунглей. Из-за разницы в японском произношении буквы “R”, Лорд превратился в Срань. Думаю, если бы я был Лордом, в Японии точно уж поменял имя на Босса или Начальника. Убежден, что ВоинСрани и Сраный Стивен Регал со мной бы согласились.

    Несмотря на мой срано-дерьмовый матч, мне нравился стиль WAR. Это был жёсткий, технический тип матчей, без всякой ненужной белиберды. Фанатом такого реслинга я стал смотря Stampede и New Japan. Матчи представляли собой атлетическое соревнование между двумя воинами, где был победитель, был проигравший, и никакой херни.

    Мой первый тур с WAR состоял всего из четырех шоу, но второй матч был великолепным. Я боролся против полутяжа по имени Масао Орихара, который утвердил моё место в компании. Следующий матч был мерзким – моего оппонента звали Ким Дак, он был из Кореи, и выступал потом в WWF как Тайгер Чан Ли. Тайгер выходил к рингу со смущённым видом и копьём в руке, которое он носил без видимой на то причины. Он что, планировал по пути к рингу насадить на него речную форель?

    После знакомства с ним я уже хотел сам себя насадить на копьё, потому что он просто дико раздражал. Он снимался в эпизодических ролях в нескольких фильмах, но разговаривая с ним можно было подумать, что он – Джонни Депп. У нас в автобусе был телик и видак, и он каждый раз включал нам свою «Красную Жару», «Золотого Ребёнка» или «Слепую Ярость». Снова и снова.

    «А давайте включим Красную Жару? Арнольд Шварценеггер сказал, что ему очень понравилось со мной работать»

    «Давайте посмотрим Золотого Ребёнка. Эдди Мёрфи считает меня очень забавным»

    «Давайте включим Слепую Ярость. Рутгер Хауэр сказал, что я талантливый актёр и хочет как-нибудь со мной снова поработать»

    Кроме того, что необходимо было пережить шоу «Актёрская Студия с Кимом Даком: взгляд изнутри», работа на Тенрю была отличным опытом. Он жил в Штатах несколько лет и отлично понимал что нужно нам, иностранцам, чтобы чувствовать себя комфортно на чужой земле. Он очень хорошо говорил на английском и обладал отличным чувством юмора. Если раньше мне не дозволено было разговаривать с Онитой, то сейчас мне не дозволено было не разговаривать с Тенрю. Не важно, пели ли мы караоке “Summer Lovin’” в автобусе, или бросались тарелками в пьяных фэнов на вечеринках, Тенрю был настолько клёвым, насколько может быть босс.

    В первый день работы, он представился и поблагодарил меня за то, что я приехал. Позже во время тура, когда я чихнул, он заболтливо спросил «Тебе не плохо?». Я сказал что нет, на что он таким же голосом ответил: «А я думал плохо от всех эти фильмов Кима Дака…»

    (забавная заметка от автора: Я слышал, что у Тенрю в причиндалах имплантирована жемчужина для повышения сексуального удовольствия. Но я как-то не набрался смелости спросить у него, правда ли это.)

    Последним матчем тура было большое шоу в Рюгоку, 11000-я арена , известная как Сумо-холл.

    Рюгоку построили на месте, где уже сотни лет проходили самые важные матчи сумо.

    Зал был уникальной японской традиционной ареной. Кроме стульев на полу внизу, больше сидеть было негде. Секции были отгорожены стальными перилами, и в одну такую секцию помещалось 4 человека. Фэны садились на пол, скрестив ноги, и смотрели шоу.

    Все большие шоу Тенрю всегда проходили в Рюгоку, и это события описывались как война между WAR и New Japan. Меня поставили против Супер Сильной Машины, рестлера из New Japan, который выступал в Stampede как Сони Ту Риверс. Я нервничал, Супер Сильная Машина выбивал из меня дерьмо, но вы уже знаете мою мантру. Когда я падаю – я забираю протинвика с собой. Я ударил его ногой прямо в лицо и поднял для того чтобы провести мой новый фирменный приём – я прыгаю на верхний канат, а потом дропкиком сбиваю его с ринга. Но как только я разбежался, рефери оказался прямо на пути и я нафиг запорол этот спот.

    Меня подставили!

    Несмотря на это матч получил пару страниц в журналах, что всегда служило лакмусовой бумажкой – удался матч или нет. Там было фото, как Машина бьёт меня по голове и другое, где я хреначу ему в лицо ударом ноги с разворота. Я всегда говорил: если всё остальное не получается – просто выбивайте дерьмо друг из друга.


    Глава 34: Чёзабред

    Несколько туров спустя, прямо перед тем как мне предложили работать в WAR на постоянной основе, я сломал руку в SMW. После самоисцеления удивительной силой мозга, меня пригласили вернуться в Японию. Я и так уже пропустил один тур из-за руки и несмотря на то, что не полностью выздоровел, этот не пропустил бы ни за что.

    Мне пришлось пережить долгий перелёт из Лос-Анджелеса в Токио посреди отсека для курящих. А вот путь из Калгари в Лос-Анджелес прошёл хорошо. Хорошо, потому что рядом со мной сидел Оуэн Харт.

    Оуэн был тем парнем, из-за которого я захотел стать рестлером и в мечтах всегда видел нас командными чемпионами. Наши пути и раньше пересекались пару раз, он всегда был дружелюбен, но у меня всё не было возможности поговорить с ним наедине. Он рассказал о сегодняшнем pay-per-view WWF в Лос-Анджелеса и что Брет намылил ему голову, так как он не прилетел туда днём раньше.

    «Лишний день с семьёй дома стоит того, чтобы пропустить PPV», объяснил он. Вышло так, что у нас было много общего и мы делились историями о том, как работали в Мексике и Германии.

    Через три с половиной часа мы сели в Лос-Анджелесе, я извинился за то, что заговорил ему уши, но он сказал «Нет, что ты, было приятно немного тебя узнать». Я сошёл с самолёта, растянувшись в улыбке от уха до уха, потому что он оказался даже более приятным собеседником, чем я ожидал. Теперь мне оставалось лишь придумать, как стать командным партнёром Оуэна.

    Моим первым матчем в Токио после перелома стал матч против старого друга Вампиро. Он был настолько приторно дружелюбен, что мне стало казаться, будто я подавился конфеткой. Я уже прошёл тот этап в карьере, когда тебя заботит, выиграл ты сегодня или проиграл. Но должен признать, что порадовался, когда Тенрю записал победу за мной. Думаю, это было делом принципа.

    На моей ещё не до конца зажившей руке была мягкая гипсовая повязка. Доктор сказал, что в принципе, бороться можно, если только не будут бить прямо по перелому. Поэтому я попросил Вампиро сделать одолжение и не бить по металлической пластине.

    Он согласился, и отвесил дебильный поклон, которым хотел слиться с культурой Японии. Больше походило на то, что его просто скрутило. Уж лучше для этих целей было выбрать песню “X”, как и я когда-то.

    Вамп считал себя кем-то вроде эксперта восточных единоборств и чтоб доказать это, выходил в шортах Муай-Тай. Атаки у него основывались на ударах ногами, о которых он не имел ни малейшего представления. Это выяснилось, когда он начал матч с пинка прямо по моей больной пластине. Боль моментально пронзила руку, а он сказал «Упс, я целился в рёбра».

    А на руке и нет рёбер.

    Вне ринга, старый Вамп, вешавший мне лапшу на уши еще в Мексике, не заставил себя ждать.

    Через несколько дней тура, мне позвонил Тенрю и назначил встречу после матчей. Когда я прибыл в Лобби Бар, Тенрю сразу сказал: «Я очень доволен твоей работой и хочу убедится, что и ты доволен всем, работая у меня».

    Я немного не понял, почему он спрашивает, и заверил его, что всё хорошо. «Конечно я доволен. А откуда такие вопросы?».

    «Ну, я как то выбрался с Вампиро в бар пару дней назад, и за выпивкой он мне сказал, что тебе не нравится в Японии. Он сказал, что ты жутко недоволен и планируешь всё бросить. Это правда?»

    Познакомьтесь с новым уродом.. Ах нет, это всё тот же, старый.

    Я сказал, что ничто не может быть настолько далеко от истины, как слова Вампиро, и заверил Тенрю, что буду работать в турах WAR столько, сколько он захочет. Затем я в мельчайших деталях рассказал о моём прежнем общении с Вампиро и высказал всё, что я о нём думаю. Когда пыль улеглась, счёт был таким: Джерико – 24 тура с компанией Тенрю; Вампиро – 4 тура. Думаю, это войну выиграл старый добрый чувак по имени Львиное Сердце.

    Позже во время разговора, Тенрю выдвинул интересное предложение. Если я соглашался работать на него на постоянной основе, мне бы приходилось летать туда-сюда раз в несколько недель. Он хотел поправить положение и спросил: а не лучше ли мне будет переехать в Японию на следующие 6 месяцев и жить в Доджо WAR.

    Доджо – это смесь школы и тренировочного центра, где молодые ребята (новички) жили и тренировались, чтобы стать реслерами. Не каждый западный рестлер захотел бы жить в Японии – большинство эту страну либо любили, либо ненавидели. Не очень то легко адаптироваться к стилю жизни в полностью непохожей культуре, но меня это предложение заинтриговало и я был польщен.

    Главная причина, по которой я загорелся этой идеей было то, что Бенуа тренировался и жил в доджо New Japan в течении шести месяцев. У меня было много вопросов, поэтому я решил позвонить Крису и спросить совета.

    Когда после нескольких гудков он взял трубку, я чуть не повесил свою. Как школьник, набирающий номер девочки, которую он хочет позвать на свидание. Хладнокровие взяло верх и я представился: «Привет, Это Крис Джерико (Меня тоже зовут Крис!) и я звоню из Калгари. Мы виделись на шоу воссоединения Stampede несколько лет назад.
    Ответ был кратким и холодным. Думаю, ему постоянно звонили всякие новички, желающие стать реслерами. Поэтому, я сразу перешёл к делу и сказал, что мне предложили жить 6 месяцев в Японии.

    Его тон сразу же сменился. Не очень-то многим новичкам дают шанс жить и тренироваться в Японии, так что это сразу подняло мой статус в его глазах. Без раздумий, Бенуа очень рекомендовал мне сделать это, и этот разговор по телефону стал поворотной точкой в моей жизни. Он не только зажег мое желание работать в Японии на постоянной основе, но также послужил началу лучшей дружбы в моей карьере реслера.

    Я чувствовал столько уважения к Бенуа, что у меня развилась гетеросексуальная влюблённость, почти как у Джорджа Костанца (персонаж из сериала Sienfield). Когда он звонил в дом Палко, я бежал к телефону сломя голову, как восторженная школьница. Бенуа всегда был для меня авторитетом, поэтому понадобились годы, чтобы я начал чувствовать себя с ним на равных. Я многому научился у Криса, и он стал одним из немногих, кому я полностью доверял в течение всей моей карьеры.

    К сожалению, через несколько недель Тенрю передумал и решил, что для меня будет проще, а для компании дешевле, если я так и буду летать туда-сюда каждый месяц. Но негласное признание меня достойным после того предложения осталось.

    Я чувствовал, что получил признание не только в WAR, но и среди японских фэнов вообще. Они относились ко мне с большим уважением, и я хотел отплатить им за преданность. Так что я купил набор кассет, обещавших мне НАУЧИТЬСЯ ЯПОНСКОМУ ЯЗЫКУ ЗА 8 ПРОСТЫХ УРОКОВ. Но научиться по ним было настолько же невозможно, насколько было невозможно научиться играть на басу по кассете НАУЧИСЬ ИГРАТЬ КАК БИЛЛИ ШИХАН, которую я купил за 10 лет до этого.

    Проблема состояла в том, что Токийский японский чуть отличался от Осакского японского, который немного отличался от Саппорского японского, что затрудняло задачу выучить хоть один из них. Когда бы я не пытался заговорить с японцем, люди застывали в недоумении. Ничто не убивает в вас уверенность хуже, чем когда пытаешься говорить на иностранном языке, а тебя не понимают.

    Я решил, что будет куда проще и настолько же полезно научиться читать по-японски. Поэтому отправился в библиотеку Ванкувера, где я жил с Ленни и взял книгу с японской азбукой. В Японии 3 типа написания: Канджи, Хирагана и Катакана. Символы Катаканы используют для зарубежных слов. Они сочетаются с нашим алфавитом и пишутся из простых чёрточек и линий, в отличии от произведений искусства, которые строятся на двух других типах написания. Я отксерил таблицу из 46-и букв Катаканы, где было подписано, какие звуки они представляют и взял её в следующий тур.

    Я таскал её в заднем кармане и читал по ней вслух по слогам реслинг-газеты и журналы. Я практиковался на обзорах своих собственных матчей.

    Вместо того, чтобы спать в автобусе, или по 15-му разу пересматривать «Красную жару», я читал надписи на рекламных щитах, названия компаний на тентах грузовых машин, названия музыкальных журналов… Короче всё, при помощи чего я мог бы попрактиковаться в чтении. Через некоторое время, я уже смог читать меню, уличные вывески и стал для остальных гайджинов экскурсоводом. Наконец, я выбросил ксерокопии и смог читать без их помощи, что впечатлило и реслеров и фэнов. Неплохо для 24-летнего паренька из Канады, а?

    Мои новые умения сделали меня связывающим звеном между офисом и остальными гайджинами. Когда нужно было передать сообщение, я был ответственным за то, чтобы объяснить его суть по-английски и по-испански (Дрэгон на каждый тур всегда букил лучадоров из Мексики). А после того как выросли мои коммуникативные способностей - выросла и моя оплата.

    Я стал лейтенантом Ухурой, только без чулок и улея.

    Теперь, когда я научился читать на их языке, японцы увидели, что я уважаю их страну и людей. А мне не нужно объяснять вам, что там значит честь и уважение.

    Когда мне хотелось впечатлить кого-нибудь, я давал автографы на японском. Когда я рисовал крючки и чёрточки, означавшие «Львиное Сердце», можете себе представить, какие при этом фэны издавали вопли удивления и стоны удовольствия. Несмотря на то, что я едва ли показывал умения 10-летнего мальчика, японцы всё равно были впечатлены.

    Фанаты реслинга вообще одни из самых преданных фанатов в мире. И я думаю что среди них японские фанаты - лучшие. Они относились к реслерам с уважением и небольшим чувством страха – примерно так вы относитесь к дружелюбному животному в лесу. Вам, может быть, хочется его погладить, но в то же время вы знаете, что в любой момент он может вас укусить.

    Фэны осторожно подходили ко мне с просьбой поставить автограф на досках 8х10, которые все с собой носили. Они дарили мне целую кучу странных подарков. Таких как часы с моим лицом, пупсиков, выглядевших как я (мой сын таким как раз сейчас играет), знамёна, рисунки и картины, написанные от руки, скульптуры, CD с моими любимыми группами и японские сладости. Одна девушка даже попыталась подарить мне её ребёнка.

    Вообще-то ещё парень приносил мне в раздевалку ребёнка во время моего первого тура с FMW. Не знаю как он нашёл комнату, в которой был именно я, но он постучал и спросил, не продам ли я ему свои штаны за 10 баксов.

    Когда я отказался, он попросился меня сфоткаться с его маленьким сыном. Я согласился, и когда вернулся через год, он снова пришёл. Он хотел делать фотографии своего сына со мной каждый раз, когда я приезжал в Японию.

    В 2005-м я был в Японии и в мою дверь в отеле в Токио постучали. Это был тот же самый парень и его сын-подросток. Они принесли мне фотоальбом, где на всех фотографиях я стоял с его сыном, и они были сделаны почти в каждый год его жизни. Это было одновременно и круто и пугающе. Уж не знаю, зачем они решили документировать жизнь ребёнка фотографиями со мной. Если б я знал – надевал бы костюм с отметинами роста на нём.

    Я понятия не имею, почему в автоматах на улице пиво всегда кончалось, или почему все таксисты носили белые перчатки. Япония – странная страна. Когда доходило до поисков смысла в том или ином в Японии, мы с Ленни придумали термин: Чёзабред
    Чё за БРЕД ???

    Фанат по имени Маса однажды представился и сбил меня с ног. Он был настолько предан реслингу, что выучил ради этого английский. ЧТОБЫ ОН МОГ РАЗГОВАРИВАТЬ С РЕСЛЕРАМИ.

    Вот это отдача. Мне нравится Джет Ли, но я бы не стал учить китайский, чтоб поговорить с этим парнем.

    Много японских фэнов считало, что тусовки с реслерами говорят об их статусе. Их называли спонсорами, они платили за ужин, дарили ненужные подарки и отдавали парням сотни долларов.

    С самого начала Маса предупредил, что он только фанат и ничего больше. Он и так спонсировал нас, покупая билеты на сотни шоу, которые посещал ежегодно. Так же он настаивал, что если нам что-то нужно - он нам поможет. Я принял его предложение и мы хорошо подружились – он даже был на моей свадьбе. У него огромный фотоальбом, в котором он сфотографирован почти с каждым гайджином, приезжавшим в Японию. Если вы реслер, который когда-то приезжал в Японию, и у Масы нет вашей фотки – значит хреновый вы реслер.

    ^ ^ ^ ^
    JOIN US





  8. #18

    По умолчанию

    Глава 35: Белый Ёркл


    Ростер WAR на половину состоял из пробивающихся наверх молодых ребят вроде меня и на половину из легендарных ветеранов на самом закате своей карьеры, вроде Боба Бэкланда.

    Бэкланд был чемпионом WWF в конце 70-х – начале 80-х, а сейчас был просто психом. Он всегда одевал костюм-тройку с галстуком-бабочкой, даже если стояло невозможно влажное японское лето. Однажды утром термометр в автобусе показывал 40, а Бэкланд зашёл и сел рядом с Тенрю, который был только в шортах и майке.

    «Мистер Тенрю, простите, что я сегодня немного взъерошенный, но нынче несколько тепло с утра. Я прошу прощения за мой внешний вид». Он расстегнул верхнюю пуговицу на рубашке и снял пиджак. При этом, жилетка так и оставалась на нём.
    Во время долгих автобусных переездов Боб никогда не спал и не отдыхал. Он всегда был занят чтением, разговорами с кем-нибудь… или вообще, с самим собой.

    Он был где-то на середине толстой книги, когда Джон Кронус из команды Eliminators спросил, что он делает.

    «Просто читаю книгу о Уинстоне Черчилле, одном из величайших ораторов своего времени», ответил он наивному Кронусу, «но опять-таки, Джон, вряд ли вы знаете, что такое «величайший оратор»

    «Да я даже не знаю, что такое «Уинстон Черчилль» - ответил Джон, а Бэкланд в отвращении отвернулся.

    Боб смотрелся как маниакальный Ричи Каннингем (персонаж из сериала «Счастливые деньки») с голосом белого Ёркла (Стив Ёркл - темнокожий парень из сериала “Family matters”). Я сидел в автобусе, когда услышал за спиной: «Печаль: меланхоличное состояние сознания».

    Я повернулся в ожидании увидеть какого-нибудь задрота, тычущего мне в лицо карманным компьютером.

    «Смотри что у меня есть, Кристофер», сказал Бэкланд голосом Губки Боба под транквилизаторами.

    «Это - говорящий словарь. Он даёт определение практически любому слову в английском» - гордо объяснил он.

    Вот, дети, что делают с людьми годы падений на ринг.

    «Усиливать: повышать интенсивность чего-либо», продолжал компьютерный голос.
    «Подавленный: чувствовать себя плохо».
    «Номенклатура: название».

    При этом Боб выглядел так, будто он того и гляди эякулирует: выпрыснет телесные флюиды.
    У Боба также было правило, что фэн может получить автограф только в том случае, если сможет перечислить всех американских президентов в хронологическом порядке. Думаю, так он хотел повысить уровень образования японцев, по одному автографу за раз. Когда один тинейджер оттарабанил их всех, Боб был настолько впечатлён, что подписал сразу два автографа.

    Единственный раз, когда я помню Боба расслабленным – это когда к туру присоединился Дик Мёрдок. Несмотря на мнение, которое я составил о Мёрдоке в SMW, на самом деле я был рад его видеть. Когда рядом был Дики, вам не нужно было искать веселья, потому что Капитан Деревенщина и был весельем. В тот вечер он всеми правдами и неправдами заставил Бэкланда выпить немыслимое количество пива, превратив его в бредового пьяницу.

    Тур снова привёл нас в Хаката Стар Лейн и тем вечером Мёрдок встречался на ринге с одним из молодых парней WAR.

    «Мистер Мёрдок, вы не будете против вставить такой вот хай-флаерский спот?» - спросил молодой парень. Затем он описал запутанную и хорошо продуманную связку приёмов, которая гарантированно бы вызвала реакцию в зале. Грязный Дик только кивал и поддакивал «Ага. Да. Хорошо. Всё понял. Окей. Окей. Звучит здорово».

    Как только новичок, обрадованный собственной сообразительностью, ушёл, Мёрдок посмотрел на меня и с каменной мордой сказал: «Да пошёл он в жопу. Ни в жизни я подобную херню делать не буду».

    Дик не умел говорить по-японски, но ему это и не требовалось. Ему было под 60, но толпа любила его и кормилась у него с руки. Как Негро Казас в Мексике, Дик знал, что им нравится и как их заставить реагировать так, как тебе нужно. Я наблюдал за ним, и выучил ещё один важный урок.

    В реслинге инстинкт значит чуть больше, чем умение разговаривать на одном языке.

    И вот, полная противоположность Дику Мёрдоку – Мил Маскарас. Он прибыл в WAR с всё тем же раздутым эго и хреновым отношением, которое он демонстрировал в Мексике.

    Но преданные японские фэны любили его за успех и прошлое пионера хай-флаинга 70-х. Теперь ему было за 70, и работать с ним было сущим кошмаром. У меня случился инфаркт, когда Тенрю сказал, что хочет привезти Мила и чтобы он работал со мной каждый вечер.

    «Знаю, тебе с ним будет не весело, но ты работаешь хорошо и, я думаю, сможешь вытянуть его на неплохой матч».

    Но я не смог.

    Я работал с ним каждый вечер изо всех сил, пытаясь состряпать куриный салат из куриного помёта. Особенно меня добило, когда за 2 вечера до конца тура, Мил загнал меня в угол: «Никому до тебя нет дела. Только до меня. Никто не платит за билет ради тебя, они все пришли увидеть меня. Поэтому завтра чтобы ни одного приёма от тебя, потому что никто не хочет на них смотреть». Затем он высокомерно удалился.

    Слишком много ударов по голове стали причиной провалов в памяти и я не мог вспомнить – он говорил мне не проводить ни одного приёма, или провести все приёмы? И чтоб не попасть впросак, я провёл на нём каждый хренов приём, о котором только мог подумать.

    Он ни слова мне не сказал после матча, и я никогда с тех пор с ним не разговаривал.

    В течение моей карьеры у меня появилась репутация человека, который заставлял своих противников выглядеть на ринге лучше, чем они на самом деле были. Это умение развилось от работы с парнями вроде Мила Маскараса. Я понял, что если ты выставляешь оппонента в выгодном свете, он будет делать тоже самое. Быть ведущим на ринге – значит всегда иметь работу в мире реслинга. К сожалению, часто это означает, что делать всю работу придётся самому.

    Быть ведущим на ринге – задача не лёгкая. Многих ребят задевает то, что более молодой парень с меньшим опытом может слепить матч лучше, чем они. К счастью, в тот раз все было по другому. У меня был первый матч в WAR. против моего старого друга Тонги (ака Король Хаку).

    Тонга работал на Тенрю много лет , и был топовым гайджином в WAR. У него не возникало проблем послушать мои идеи, что было само по себе очень хорошо, так как он весил на 45 кг больше меня и его все очень боялись. Это очень странное чувство – быть на ринге с тем, кто может тебя убить и съесть в одно мгновение. Бороться с ним – всё равно что пытаться удержать разъяренного добермана одеялом. Но Тонга превзошёл сам себя в том, чтобы я выглядел на ринге великолепно. Не только потому что мы были друзья, но еще и потому, что он был профессионалом. Он понимал: чем лучше смотрюсь я – тем лучше смотрится он, и лучше будет сам матч. Он был хорош тем, что его меньший по размерам и неизвестный никому оппонент, смотрелся хорошо, и фэны начинали верить, что я могу его побить.

    Получить такую реакцию было непросто, потому что в Японии самое главное – параметры. Фэны приравнивали твой объём и массу к мощи и бойцовскому духу – именно поэтому сумоисты считаются настоящими воинами, несмотря на бойцовские способности Мишленовского человечка (логотип фирмы Мишлен). Тонга выглядел так, что мог поднять меня одними зубами. Перед матчем он напоминал «Ты должен бить меня сильно, иначе никто не поверит».

    И ему не надо было повторять дважды.

    Я работал в полную силу и каждый мой пинок в голову ложился с размаха. А когда я бил его кулаком в лицо – не тормозил удар. Я придумал приём, когда я прыгаю на второй канат внутри ринга, и через верхний вылетаю на оппонента наружу мунсолтом. И Тонга был превосходной целью для него. Он ловил меня, как будто я был мягким мячиком.

    Мы выстраивали свой матч, пока фэны не начали охать на каждый ложный финишер, топать по полу, приветствуя всё что мы делали. Когда он в конце концов провёл на мне свой финишер - мощную бомбу, то шепнул, чтобы я вырвался на 2. Я дождался последнего момента и поднял плечо к удивлению толпы.

    Они начали кричать «Харто-Харто-Харто» за бойцовский дух, который я показал перед лицом монстра. Бойцовский дух, смелость и зажигательность, которую ты показываешь во время боя – это первое, что должно присутствовать, если ты хочешь, чтобы японские фэны уважали тебя как воина. Когда фэны поверят, что у тебя есть этот бойцовский дух - они будут уважать тебя вечно.

    Так, вырвавшись после большого приёма Хаку, я получил уважение зрителей.

    Тонга почти сразу после этого побил меня, но вместо разочарования, они поддерживали меня ещё сильнее. Было не важно, что я проиграл. Я получил больше чести и уважения, проиграв и проведя грандиозный бой, чем если бы мне отдали дешёвую победу.

    Известный журнал Gong Magazine увидел наши старания и назвал наш матч лучшим матчем того вечера. Об этом я прочёл собственными глазами. Этот матч был важен для меня, потому что это было редкостью – чтобы 2 иностранца получили оценку лучшего матча в журнале. Также, это послужило катализатором для моего дальнейшего пуша.



    Глава 36: Милые парни.

    Тенрю решил создать хильскую группировку внутри, которая угрожала бы разрушить WAR изнутри. Когда Тенрю продумывал эту идею, nWo были еще пятнышком на трусах Эрика Бишоффа. Хиромичи Фуюки был второй по величине звездой в WAR и первым хилом в компании. Он нанял Джадо и Гедо, и зловещий Фу-Ю-Ки-Гун появился на свет.

    Я был в раздевалке, когда услышал сирену скорой, подъезжавшей к арене. Это всегда означало что произошло что-то нехорошее. Выяснилось, что Джадо повредил плечо и будет отсутствовать месяца два. Так вышло, что Фуюки-Гун требовался новый член и тогда родился Лион До.

    Я не знаю, было ли моё новое имя сопряжено с именами Джадо и Гедо, или значило что-то ещё. Фуюки не объяснил, но каждый раз произнося его, он смеялся в голос. Став Лион До, я на шаг приблизился к тому, чтобы стать звездой в Японии.

    Мы стали чистыми хилами в обществе, которое на полном серьёзе выходит из себя из-за наших действий. Фаны назвали нас командой «Нет уважения», что было наихудшим названием в Японии. Нам было насрать на всё, что происходило внутри ринга или за его пределами. Ярчайшим примером были майки, которые продавали Джадо и Гедо на стойке мерчендайза. На них было написано «Пошли на х$#%$#й ! Мы Джадо и Гедо!!!». Определённо, это была самая лучшая серия маек на японоглийском на рынке.

    Фуюки был гениален в продумывании матчей и очень помог в развитии моего хильского персонажа. Я украл моё «Дерзкое удержание» (ставя одну ногу на оппонента и позируя при этом) у Фуюки. Он мыслил не стандартно, и выдавал много свежих идей. Мы заливали оппонентов из огнетушителей, поливали их со спины ледяной водой из ведра, или снимали верхний канат, чтоб душить им наших врагов.

    Мой уровень уверенности в себе летал где-то над крышей, потому что каждый вечер я работал на ринге против топовых имён в Японии. Чтобы быть успешным в рестлинге нужно быть уверенным в том, что твоя компания верит в тебя. Это даёт тебе вдохновение пользоваться шансами в отведённых тебе матчах, чтобы пробиться в суперзвёзды.

    Было здорово, когда Тенрю пожал мне руку после одного из матчей, сказал «Спасибо» (на него не похоже), а потом я обнаружил в руке 50 000 йен. Ради этого парня я бы в огонь прыгнул, потому что знал, что он в меня верит.

    Я стал почётным японцем из-за того, что был членом Фуюки-Гуна. Порой я путешествовал на японском автобусе и был единственным гайджином, одетым в чёрно-жёлтую (цвета группы Stryper!) униформу, которую носили все японские рестлеры.

    В те вечера, когда я не работал с Фуюки-Гуном, меня обычно ставили с Алтимо Дрэгоном, человеком, благодаря которому я получил работу в WAR. Думаю, моя вражда с Дрэгоном была одной из лучших за всю мою карьеру.

    Наши стили друг друга отлично дополняли и дошло до такого, что мы во время матча читали мысли друг друга. Кто-то из нас говорил «Спот номер 2» и мы начинали запутанную связку приёмов без обдумывания. Положа руку на сердце могу сказать, что у нас не было ни одного плохого матча. Иногда WAR отдавали нам мейн ивенты. Это было невиданным делом, так как в конце шоу обычно работали тяжеловесы.

    Как и в любой другой форме развлекательного бизнеса, чем громче твое имя, тем красивее девушки к тебе приходили. В Японии группиз (иногда их называли крысами) могли узнать, где останавливается команда и попросту позвонить в номер. И если вы были в настроении потворствовать своим желаниям, можно было просто пригласить девушку в номер, как сексуальную обслугу. Единственным недостатком было то, что вы не узнавали как выглядит девушка, пока она не покажется в дверях. Вот зачем были изобретены глазки, юные кузнечики.

    Однажды мне позвонил женский голос и спросил «Это Фуми. Можно с вами повидаться?»

    Любопытство убило ДжериКота и я согласился. Посмотрев в глазок, я подумал: «О нет, я так не думаю».

    Я не открыл дверь, но Фуми была настойчива и продолжала стучать. Я всё не открывал, и борьба наших терпений продолжалась. Я не собирался открывать, а она не собиралась уходить. Поэтому я одел walkman (олдскульный) и пошёл спать.

    Я проснулся следующим утром и нашёл письмо, просунутое под дверью.

    Лион До,
    Я не крыса (а зачем тогда было ломиться в дверь?)!! Не желаю больше никогда вас видеть (а я её и раньше не видел). Вы не нравится мне больше. Вы мистер Большая Голова. Вам никогда не победить в Японии снова (Она меня прокляла?). Я никогда секс с вами. Вы гей мальчик!

    Фуми.

    P.S. Позвони мне пожалуйста!

    Комедия никогда не кончалась…

    Мне ещё раз подняли жалование, когда попросили быть иностранным связным в WAR. В мои обязанности включали помощь в букинге других иностранцев, и я почувствовал себя важной персоной в деле развития компании.

    Первыми, о ком я подумал, были мои друзья из Калгари. Лэнс был отличным работником, но на тот момент безмозглым. Брет Комю приехал, чтобы стать злым двойником Алтимо Дрэгона - Алтимейт Дрэгоном. Большой Титан был известен в FMW и я убедил его перейти в WAR. Затем был Доктор Лютер собственной персоной. Ленни искал работу в более известной компании и его прямолинейный стиль хорошо подходил для WAR.

    Все эти парни были хороши для компании, но я бы соврал сказав, что предложил их только из-за их таланта. Теперь путешествия по миру с лучшими друзьями и воплощение мечтаний были объединены. Я достаточно пробыл в одиночестве в Мексике и Германии, так что тусовка в кругу моих друзей теперь была похожа на оплаченный отпуск.

    Мы постоянно выбирались в караоке-бары маленьких городков, где можно было снять частную комнату только себя и друзей. Мы напивались классным корейским напитком под названием Чу-Хи (скорее всего, это смесь вина и чистой водки) и сотрясали стены какими-нибудь англоязычными песнями, имевшимися у них в репертуаре. Зачастую их там было 4-5, несколько ремиксов песен вроде “What a wonderful world”, “The Kid is hot tonight”, “Heartbreak Hotel”, “Auld Lang Syne” и “The Humpty Dance”

    Так что мы по 10 раз пели одну и ту же песню, а затем переключались на следующую. Пели “The Kid is hot tonight” в стиле Луи Армстронга, или Джеки Мейсона выводящего “The Humpty Dance”. Чем больше Чу-Хи мы выпивали, тем смешнее (и лучше) становились песни.

    Все эти ребята, которым я помог приехать, Ленни и я – проводили лучшее времена в своей жизни, потому что мы жили в собственном мирке, состоявшем из шуток ниже пояса и прочей фигни. Нашим любимым фильмом был «Это Spinal Tap». Мы даже называли себя «Милые Парни» (так Tap назывались до того, как стали известными). Мы всегда думали, было бы просто супер, Милые Парни сделают себе имя в Японии. И эта мечта осуществилась, когда нас поставили в одну команду на шоу в Коракен-Холле. Никогда прежде я не был так горд, стоя в центре ринга и слыша голос из репродуктора, проносящийся эхом по заполненной арене: “Доктор Рюссер и Лион Ха-Тое, Мирые Пални!!»

    В тот вечер мы отмечали дебют и последовавший за ним разрыв Милых Парней (после того, как проиграли матч) на Токийской арене под названием Роппонги. Роппонги был нашпигован барами, ресторанами и был популярен среди иностранцев, проживающих в городе. Реслеры, обслуживающий персонал, актёры, модели, стриптизёрши, рок-звёзды, ботаники, сами придумайте кто ещё – все шли сюда. Когда Ленни и я зашли в Хард-рок кафе пропустить по коктейлю, мы увидели там выпивающего Боно. И я говорю не о Сонни Боно (из дуэта Сонни и Шер). Я говорю о ТОМ САМОМ Боно, собственной персоной.

    Мы долго обсуждали то, что все билеты на U2 распроданы и были полны решимости сказать Боно, как мы себя в связи с этим чувствуем. Мы долго обдумывали, под каким соусом это всё подать, и когда были морально готовы, я подошёл прямо к нему и выдал «А меня тоже Боно зовут».

    На самом деле мы пересрались, и стояли там как придурки, пока Ленни не выкрикнул «Боно, ты крут!». Мы стояли, уставившись на него с идиотскими улыбками, пока нас не оттащил телохранитель.

    Появился шанс исправиться, когда мы зашли в Бар Газовой Паники (лучшее название для бара на Земле) и я увидел Кристофера Ллойда. Мы присматривались к нему издалека, пока Ленни не сказал: «Он кинозвезда, так что по любому богатый. Я пойду стащу что-нибудь у него из кармана».

    Стащишь из кармана? А дальше что? Запрыгнешь в седло и поскачешь?

    Через несколько секунд он вернулся возбужденный.

    «У меня что-то есть! У меня что-то есть!»

    Он разжал руку и мы уставились на украденный чек за химчистку из отеля. Затем Ленни решил: «Я подойду к нему и заговорю». Он подошёл и у них начался разговор. Я не слышал о чём именно они говорили, но если Ленни так хорошо поладил с Кристофером Ллойдом, то и я смог бы тоже. Я незаметно прокрался к нему и выдал лучшую свою пародию на Доктора Эммета Брауна.

    «88.8 Гигаватт?? Что же нам делать, Марти?»

    Вместо того, чтоб разразиться смехом, как я ожидал, он полностью проигнорировал меня и продолжил общаться с Ленни. Лен меня не представил, и я умирал медленной смертью.

    «88.8 Гигаватт! Марти, достань плутония!»

    На этот раз Кристофер посмотрел на меня и сказал с отвращением: «Во-первых, вы хоть знаете, сколько людей каждый день подходят ко мне с такими вот фразами? Во-вторых, не 88.8 гигаватт, а 1.21. 88.8 миль в час было скоростью, требуемой ДеЛореану для путешествия во времени».

    Опозорившись недостатком знаний в мелочах «Назад в Будущее», я попытался исправить всё ленивым разговором.

    «Как давно вы в Японии?»

    «Слишком давно», ответил он и отвернулся в последний раз. Я ушёл с дрожащёй нижней губой, которая тащилась за мной, и забился в угол, в то время как Ленни и Ллойд мило разговаривали об актёрском мастерстве, или спелеологии, или о чём там ещё. Они даже позвонили брату Ленни в Ванкувер, чтобы поболтать. «Здрасьте, я тут, мистер Игнатовски! За международные звонки ведь оплата не взимается, ты придурок!»

    В то время как Крис Ллойд не был моим фэном, у других моих фэнов в карманах было кое-что кроме чеков за химчистку. Некоторые из моих спонсоров были людьми неприятными и раздражающими, но у остальных не было скрытых мотивов и они честно хотели выразить уважение. Они ценили тяжёлую работу, которая требовалась для того, чтоб развлекать их и хотели отплатить нам в малой степени за те жертвы, которые мы ради этого приносили.

    Моего самого большого спонсора звали Ракутару, известного в Японии телеведущего, убедительного спикера и комика. На каждом выступлении в Токио, он сидел на первом ряду, и после шоу отвозил всю команду в Якунику. Якунику был корейским рестораном барбекю и был на тот момент моей любимой японской едой, наряду с Якитори (курицы на вертеле) и Шабу Шабу, очень тонко порезанной говядиной, которая варилась у вас на столе как фондю.

    После каждого такого пира, Роки заказывал мне такси до дома, и когда дорога стоила в среднем 1000 йен, он давал мне 20 000. «Оплата такси» была его способом дарить мне подарки (презенто), чтобы это было не так явно.

    Однажды вечером, мне за компанию пришлось съесть суши. Он заказал мне один особенный суши, который на вкус был как понос. Он был резиновый и весь из какого-то желатина. Но мне не хотелось казаться грубым, так что я откусил небольшой кусок и запил всё большим глотком пива. Я отодвинул оставшуюся часть суши, но Дрэгон шепнул, что лучше бы его доесть, так как он стоит 750 долларов за штуку. Да я свою первую машину за 400 купил!

    Роки был отличным спонсором и даже вывез весь Фуюки-Гун на Гавайи на Рождество 95-го, оплатив все издержки. Я чувствовал себя нехорошо, когда сообщал маме, что впервые в жизни не встречу Рождество дома. Но она согласилась, что нельзя отказываться от бесплатной поездки на Гавайи.

    Я чувствовал себя путешествующим по миру Джеймсом Бондом, когда я уезжал кататься на лыжах на Банфф в Роки Маунтинз, а меньше чем через 24 часа уже рассекал на сёрф-борде на Уайкики Бич в Тихом океане.

    Самое трудное в сёрфинге – это то, что тебе нужно далеко уплывать лёжа на доске, чтобы прокатиться. Только время зря тратить! Почему бы не придумать буксир из пены, чтобы подтягивать таких как я, ленивых нытиков, на волну? И вот ты наконец догрёб и тебе надо встать на эту хреновину. Я пытался встать и падал, и снова пытался, и снова падал, пока наконец не встал на эту дурацкую доску. Тема из «Гавайи 5-0» играла в голове и я чувствовал себя пятнышком внутри 80-футовой трубы.

    В реальности же, я скользил по 60-сантиметровой волне, пока не запаниковал и не упал в воду 5 секунд спустя. Когда моя полная воды голова вынырнула, её чуть не задело досками двух хихикающих восьмилетних девочек, показывающих на меня пальцем.

    Сучки. Натуральные сучки.


    Глава 37: Ты никогда больше не получишь работу в Японии.

    Когда я вернулся в WAR, бизнес пошёл на спад. В Японии было более 20 крупных реслинг-компаний, и становилось все тяжелей привлекать к себе фэнов.

    В первых рядах стали появляться члены Якудзы, всегда в кричащих свитерах в стиле Билла Косби (американский актёр).Подозреваю, что у Тенрю была сделка с японской мафией, чтобы те помогали продавать (вымогать) билеты на шоу в маленьких городках. В Японии отмывать деньги через реслинг было обычной практикой.

    За что я всегда любил Тенрю – так это за его жёсткую работу на ринге. Но когда в зале были члены Якудзы, он работал экстра-жёстко. Ему хотелось произвести на них впечатление и доказать, что «в его компании всё по-настоящему», чтобы в будущем они продолжали сотрудничество с WAR.

    Это означало, что если в толпе виделись свитера Косби и у вас был бой с Тенрю – вам предстоял тот ещё вечер. Я говорю об этом из опыта, когда утром в зеркало ты рассматриваешь отпечатки шнурков Тенрю у себя на лбу. Так что отвали, Тито Ортиз.

    Хардкорные мафиози были покрыты наколками с головы до ног, а во многих публичных местах неприкрытые татуировки были запрещены. Правило действовало для всех. Якудза или нет, но ребятам с чернилами на теле, вроде Ленни или Перри Сатурна из Eliminators приходилось одевать рубашки с длинным рукавом, чтобы зайти в спортзал, или даже поплавать в бассейне.

    Мафию нельзя было воспринимать несерьёзно, потому что они были кучкой злых мазафак. Лен и я поняли это, после того как однажды нажрались Чу-Хи. Мы перебрасывались цветком в горшке (в то время нам это казалось весёлой затеей), и я не поймал пас. Горшок разбился на улице, и содержимое разлетелось в разные стороны. Через несколько секунд рядом припарковался чёрный седан и двое членов Осакского отделения поклонников Косби вылезли из машины, злобно переговариваясь на японском.

    Один из них сказал на ломаном английском: «Зачем мусорить на улице? Это наш горшок с цветком. Плати нам за горшок»

    Мы были пьяными, но не тупыми, а эти парни не шутили. Поэтому мы отдали им все йены, которые у нас были, и убрали за собой все разбитые куски горшка с улицы. Я был счастлив сделать это, так как перспектива наставленного на меня пистолета в чужой стране давно уже не радовала.

    Уборка для Якудзы заставила нас почувствовать себя японскими мальчишками, которым нужно делать всю грязную работу в доджо. Они должны таскать мешки, чистить обувь, и мыть задницы своих наставников одновременно с тяжёлыми тренировками на ринге.

    Это был процесс из жестоких издевательств и унижений, которыми пользовались, чтобы отсеять претендентов. Их притесняли и постоянно ругали, избивали в физическом и ментальном смысле. По слухам, молодых мальчиков в доджо FMW заставляли мастурбировать в банку, ставили её в холодильник, а затем заставляли это выпить, в духе передачи «Фактор Страха». Я бы лучше червяков наелся.

    Они также должны были устанавливать ринг, работать на открывающих матчах, разогревать публику, и стоять на коленях у ринга в течение всего шоу, смотря и учась у более опытных членов команды. Через некоторое время их посылали в другую страну для получения опыта. После возвращению в Японию они уже не были молодыми мальчиками и начинали двигаться по лестнице вверх. Конечно, это было уже намного веселей, так как теперь из тебя мог выбить дерьмо какой-нибудь ветеран. Всё это было японской традицией, так что когда Тенрю попросил меня работать с молодыми парнями экстра-жёстко, я делал так, как велел мой босс.

    Ощущения были мощные – когда ты бьёшь ребят со всей дури в лицо или пинаешь в спину так сильно, как только можешь. Это всё равно что получить индульгенцию от тюрьмы, быть жестоким и бить в полную силу без страха попасть за решётку. Это был единственный случай в моей карьере, когда я выиграл матч после удара кулаком по лицу.

    Но в зависимости от того как ты поступаешь с людьми – так когда-нибудь обойдутся и с тобой. Я был живым примером.

    Коджи Китао был экс-Йокозуна (высший чин в сумо). Он ушел в реслинг, когда его выгнали из сумо. Китао был 2-метровым, 180-килограммовым обладателем чёрного пояса с плохим отношением ко всем. Работать с ним было сущим кошмаром, потому что ему просто хотелось выбивать из всех дерьмо. И угадайте, кому больше всех пришлось с ним работать? Если вы подумали, что Уильяму Хангу, попробуйте ещё раз.

    Мне приходилось выходить на ринг и принимать избиения вечер за вечером. Работа с Китао напомнила мне турнир по таэквон-до, когда мне было 8. Противник был на голову выше и так сильно меня колотил, что рефери не выдержал и сказал: «да сдай ты ему сдачи наконец!».

    «Да я пытаюсь!» - ответил я и почувствовал во рту ногу противника.

    В этот раз было тоже самое.

    Китао помогал бизнесу WAR держаться на плаву, и на шоу в Сумо-холле был запланирован командный турнир троек. Впервые в команде встретились Тенрю и мой бывший босс из FMW, Онита. Такие матчи были редкостью в Японии и было большим делом – увидеть лица сразу двух крупных компаний в одной команде. В тот вечер я был лишним в Фуюки-Гун, так что меня поставили в пару с Вампиро и огромным бодибилдером по имени Варлорд для отборочного матча против команды Тенрю, где третьим был Бам Бам Бигелоу.

    Очень странно было работать с Онитой. Я до сих пор чувствовал себя обманутым, так как он задолжал мне денег, и вообще относился ко мне без уважения, пока я работал на него. Я коротко переговорил с ним перед матчем, и он сказал, что помнит меня. Но было видно, что он соврал... снова.

    Окончанием матча должно было быть моё львиное сальто на Ониту. Но перед тем, как судья досчитал бы до трёх, Тенрю должен был разбить удержание. Онита затем должен был провести для победу свою дерьмовую Бомбу пламени и грома.

    Я провёл львиное сальто, которое делаю чисто в 9.9 случаях из 10-ти, но в этот раз припечатал Ониту коленями в лицо. Может, он лежал не так, может меня ослепили прожектора, а может, я поскользнулся по Фрейду, но результат был таков – я вырубил ублюдка начисто.

    Я посмотрел в его закатившиеся глаза и понял, что он сейчас в «даёкой-пьедаёкой стлане». Я только что вырубил бывшего босса своим финишером перед 10 000-ми фэнов. Время вдруг остановилось, на левом плече появился бесёнок Джерико и начал подначивать: «Пинь его! Пинь его, чего ты ждёшь! Если ты сейчас получишь чистую победу над Онитой – это катапультирует тебя в звёздный эшелон. Плюс, этот сукин сын не отдал тебе 200 баксов!»

    А маленький ангелочек Джерико появился на другом плече и пропел: «Кристофер! Даже и не думай. Это совершенно не профессионально, и тебя уволят. Ты никогда больше не получишь работу в Японии!»

    Всё же я принял сторону ангелочка и когда рефери досчитал до двух, незаметно оторвал плечо Ониты от пола, как будто он сам вырвался. Он еле встал и больше походил на зомби. По этому я практически сам провёл себе бомбу и сказал, чтобы он меня удерживал. Это был первый случай в истории, когда кому-то должны денег, а он ещё и сам себя побил.

    После матча я рассматривал свои разогретые за время матча мышцы в зеркале, когда сзади ко мне подошёл Варлорд. Он был так огромен, что на его фоне я смотрелся как Николь Ричи.

    Я сказал себе: «А, ладно», и принялся за пончик.

    Варлорд был одержим поеданием точного количества углеводов, калорий и белков за день. И чем чаще он приезжал в Японию, тем труднее было под него адаптировать расписание и местную кухню. Большинство шоу WAR заканчивались в 9 вечера, а в маленьких городках и вовсе в 8. Нам приходилось есть коробки Бенто (готовые ланчи), или заезжать в продуктовые магазины. У меня уже был опыт в поисках съестного на Станции Лоусона. Каждый вечер я наслаждался ужином из варёных яиц, яблок и груш, воды в бутылке и печенек.

    Но Варлорд такое не ел и требовал себе стейк каждый вечер. К сожалению, в это время стейки нигде не продавались. И когда посреди ночи автобус ехал по тёмному шоссе, он не переставал ворчать: «Мне нужен грёбаный стейк. Мне нужно мясо. Я большой парень, и должен питаться стейками. С людьми так не поступают». Не прошло много времени, пока шутки по поводу здоровяка, ведущего себя как маленький ребёнок, устарели. Мы просто прибавляли звук на фильмах Кима Дака и игнорировали его.

    Следующим утром он зашёл в автобус, хвастаясь: «Не, я по всему городу проехал на такси, аж до 5 утра. Хоть и потратил 100 баксов, но всё же нашёл стейк». Он выглядел таким гордым, как будто мы должны были позавидовать его удачному приобретению.

    ВоинСрани (как он звучал, когда его объявляли японцы) хвастался тем, сколько он может съесть. Когда нас привозили к шведскому столу Шабу-Шабу (а большинство шведских столов встречает посетителей табличкой «Не пускаем реслеров и сумоистов»), Срань терял контроль и ел в течении часа. Однажды вечером я заметил, что мог бы съесть больше тарелок с едой, чем он, что для него было эквивалентно названию его матери шлюхой.

    Увидев налитые кровью глаза, я вызвал его на официальный поединок. Мы начали обваривать мясо Шабу-Шабу, а затем жевали его. Примерно спустя час, мы оба закончили с 22-мя тарелками, стоящими в стопке рядом с нами.

    «Ты наверное чувствуешь себя опозоренным. Я вешу всего 100 кг. Ты весишь 135, а съел столько же сколько и я».

    «Ну-ка погоди секунду. Это брехня. Я съел рис. Я съел 3 чашки с рисом. Ты даже не понимаешь, о чём говоришь. Я больше тебя съел. Ха Ха!»

    «Ха-Ха?» Да он с ума сошёл. Я ждал, что он начнёт тыкать пальчиком и напевать "Ня, Ня, Ня-Ня, Ня"!

    ^ ^ ^ ^
    JOIN US





  9. #19

    По умолчанию

    Глава 38: Ребята из Калгари

    Стиль полутяжей был популярен в Японии больше, чем где-либо в мире. Поэтому в 1994-м их отделение получило ещё большую огласку, когда Джушин Лайгер организовал Супер J-Кубок.

    Это был турнир на один вечер, где собрались все звёзды, включая лучших рестлеров-полутяжеловесов из крупных компаний со всего света. Лайгер совершил мощный политический прорыв, организовав одно из самых лучших реслинг-шоу всех времён. Лайгер, Дин Маленко, Эдди Герреро, Алтимо Дрэгон и Хаябуса были среди участников. А Крис Бенуа под именем Дикий Пегас победил Великого Сасуке в финале турнире.

    Супер J-Кубок технически являлось шоу от New Japan, с Лайгером в качестве продюсера и изначально задумывалось как разовое событие. Но Дрэгон спустя год объявил о том, что он организует «Супер J-Кубок – Второй Уровень» для WAR.

    Я очень нервничал, так как не знал - буду участвовать или нет. Через несколько дней полнейшей тишины, я не выдержал, позвонил Дрэгону и перешёл сразу к делу: «Я буду участвовать в J-кубке?»

    «Конечно» - был ответ на другом конце провода и я вздохнул с облегчением.

    Дрэгон провёл огромную работу с этим турниром, и потратил месяцы на урегулирование деталей. «Супер J Кубок – Второй Уровень» снова состоял из топовых полутяжей лучших компаний в мире. Лайгер, Бенуа, Эль Самурай, Дос Карас, Шинджиро Отани – были лучшими на планете, и Львиное Сердце будет сражаться с ними!

    Это было крупнейшее шоу, в котором я участвовал. Билеты на турнир в Рюгоку раскупили за несколько часов, а я был на обложке японского журнала с остальными участниками, давал интервью в газеты и на радио. Еще я был частью пресс-конференции для NHK, одного из крупнейших телеканалов в Токио.

    Однако несмотря на то, что это должно было быть крупнейшим шоу в моей карьере, чтобы стать его частью нужно было принести кое-что в жертву. Мой дедушка болел раком, и за неделю до шоу скончался. Получив это известие, у меня было два варианта. Я мог либо поехать на похороны, либо остаться в Японии и бороться в J-Кубке. Решение далось мне ещё тяжелее, когда я узнал, что моя мама, чей отец как раз и умер, тоже не сможет приехать. В её состоянии было невозможно преодолевать такие большие расстояния.

    Я решил остаться в Японии и участвовать в шоу. В смысле карьеры, у меня на самом деле и не было выбора. Я бы не достиг сейчас тех же высот, если б в тот вечер не боролся в J-Кубке. Но мне пришлось жить с осознанием того, что я пропустил похороны дедушки, и это одно из самых больших сожалений в моей жизни. До сих пор не могу забыть об этом.

    13 декабря 1995-го стал днём, когда второй Супер J-Кубок забил арену до отказа. Стоял такой шум, который могла производить только японская толпа на распроданном шоу. Фэны в этой стране были известны как тихони, но когда происходило что-то особенное, такие стереотипы не работали.

    Мой первый матч был против Ханзо Накиджимы, и я побил его Львиным Сальто. Ханзо был только аперитивом, а главным блюдом был матч во втором раунде против самого Дикого Пегаса, Криса Бенуа. Дрэгон сказал мне, что планирует поставить нас друг против друга, и это был матч мечты для меня и журналов.

    Журналисты назвали Бенуа и Джерико «Ребятами из Калгари», ссылаясь на схожий стиль, который, как им казалось, был у всех реслеров из Калгари. Фэны были взволнованы, узнав, что мы будем бороться друг против друга впервые в истории.

    Я всё ещё побаивался Криса и ломал голову как бы впечатлить его своими великолепными идеями. Я продумал целую серию из перехватов и фальшивых финишеров, но когда рассказал Бенуа о своих планах, он не сильно воодушевился. Он объяснил, что у него, конечно, есть пара базовых идей для матча, но он предпочитает «просто выходить и бороться». Так что, мы договорились о паре вещей, концовке и на этом всё.

    Моя музыка заиграла и я был просто тикающей часовой бомбой, готовой взорваться в любой момент. Я был одет в чёрно-жёлтые Stryper-овские трико и чёрный пиджак с блёстками, который мне подарил спонсор. Конечно, не воплощение крутости, но выглядел я нахально.

    Когда музыка Бенуа (“Jump” Ван Халена) загрохотала из всех колонок, толпа партизан из New Japan дружно сходила с ума по своему действующему чемпиону турнира, пока он шёл к рингу с каменным лицом. Внутри канатов мы немедленно оказались лицом к лицу и смотрели друг на друга в упор, нос к носу.

    Дикий Пегас против Львиного Сердца. Бенуа против Джерико.

    Это был человек, по подобию которого я выстраивал свою карьеру. Это был человек, от чьего совета я зависел. Это был человек, чьим братом я практически стал. Это был человек, из которого я сейчас выбью всё дерьмо.

    Матч начался и я дал Бенуа несколько моих фирменных жёстких пощёчин.

    «Давай, мазафакер!» кричал я, пока молчаливая толпа прореагировала массивным «ОООоооооо!»

    Если ты говорил слово “fuck” – толпа реагировала с удивлением, как будто это было самое редкое слово, которое они слышали в жизни, и одновременно самое жёсткое заявление, которое ты мог сделать. Это был приём, которым я пользовался каждый вечер.

    Затем я дерзко ухмыльнулся и Бенуа дал мне пощёчину в ответ. Есть такое выражение «Выбить пощёчиной весь вкус изо рта». Вот это так как раз и было. Только вместе со вкусом он заодно выбил зрение, слух, осязание и обоняние. Короче говоря, он меня моментально вырубил, так же как я Ониту на той же самой арене, на том же самом ринге, за полтора года до этого.

    После матча я сказал Бенуа: «Пощёчина была сумасшедшей»

    «Да видишь, я редко ими бью, на самом деле и делать то их не умею»

    И моя ноющая челюсть это отлично понимала.

    Потеря ориентации длилась несколько секунд и пощёчина подействовала как ведро холодной воды. Пошло говно по трубам!

    Мы выкладывались по максимуму, маневрировали захватами в европейском стиле, показывали хай-флаерские приёмы в духе Луча Либре, и избивали друг друга в стиле Подземелья Хартов. После чудесной связки фальшивых финишеров, включавших в себя перевод из Силовой Бомбы Бенуа в мой Франкенштайнер, Крис удержал меня после Сваи со второго каната.

    Мы оправдали ожидания и были названы лучшим матчем вечера. «Гонг» дал нам «лучшую битву», и лично меня назвал обладателем лучшего бойцовского духа.

    Дрэгон превосходно продумал оставшуюся часть турнира. Гедо побил Бенуа и в финале Лайгер побил Гедо. New Japan вышли победителями, что, я уверен, было политическим решением из-за того, что WAR использовали идею Лайгера с J-Кубком. Но участие Гедо в финале укрепило его позицию топового полутяжа и дало Дрэгону нового высококлассного оппонента .

    Дрэгон также сделал умную вещь, заказав показательный матч, в котором состоялся японский дебют Рэя Мистерио младшего. Парня, которого Арт Барр представил мне в Мексике несколько лет назад. С тех пор Рэй оброс репутацией лучшего хай-флаера в мире.

    Бенуа, как и я , никогда не видел как он борется вживую. Так что мы уселись перед монитором за сценой, чтобы посмотреть, что он из себя представляет. Его матч против Психоза в плане атлетизма был одним из лучших что я видел за всю жизнь. Я думаю, было моментов 15-20, когда мы с Бенуа переглядывались и говорили: «Нихрена себе. Ты это видел?» или «Это же просто невозможно!»

    Рэй был супергероем, живущим в реальности, как Джеки Чан. Когда Дрэгон привёл его в раздевалку, президент WAR пожаловался на его рост, думая о том, что такой маленький человек на ринге WAR опозорит компанию. Но как только матч закончился, он немедленно спросил Дрэгона, когда он сможет пригласить Рэя снова.

    Все участники J-Кубка должны были смотреть финал около ринга, символизируя тем самым, насколько важен был последний матч. За несколько минут до того как мы вышли к рингу, я решил попробовать GHB, который я приобрёл незадолго до того. GHB был бодибилдерским препаратом, созданным для того, чтоб вы теряли жир пока спите. Но если его принять и не ложиться спать – можно потерять не только жир, но и сознание.

    У него был вкус солёного ацетона, и, пожалуй, это было самое мерзкое, что я в жизни попробовал. Он сработал очень быстро, и к моменту выхода к рингу через занавес забитого до отказа Сумо-Холла, меня шатало. Я пришвартовался к столбу ринга напротив Бенуа, и арена вдруг начала вращаться. Крис помирал со смеху глядя на все это.

    После победы Лайгера, мы поднялись на ринг для финальной церемонии. У меня на лице была дебильная улыбка. Наполовину от того, что мне понравилось участвовать в турнире, наполовину от того, что мне понравился GHB. Через неделю я наконец-таки получил Gong Magazine, где на обложке красовалась моя рожа с криво лежащими волосами и наркоманской улыбкой Чеширского Кота. Ещё одно достижение!

    Празднование переместилось в раздевалку. Была такая традиция – всем участникам поднимать пиво и кричать «Кампай!». Посторив этот жест с десяток раз для фотокамер, мне стало плохо и я сел в угол. Я нагнулся, просунул голову между ног и смотрел, как пот капает с моей головы.

    Кап, кап, кап.

    Набралась целая лужа пота, и я открыл рот, чтоб изрыгнуть содержимое желудка на пол священной арены. Когда мой живот успокоился, я вдохнул и меня тут же снова вырвало. Когда стало немного получше, и я увидел лицо Бенуа. Он загибался от смеха (только подумайте, Крису всегда смешно, когда кого-то выворачивает), а рядом стоял учредитель из New Japan, которого он привёл, чтоб показать ему моё блевальное умение.

    «Смотри, Кавана», говорил Бенуа, показывая на меня пальцем со слезами на лице, «У этого парня совсем нет достоинства»

    Похоже, меня только что вырвало единственным шансом работать в New Japan.




    Глава 39: Кенни и Долли

    Я улетел в Калгари на следующий день, запихнув 120-сантиметровый приз журнала Gong в отсек над сиденьем. Через несколько дней позвонил Крис и сказал, что летит в Калгари выступать на шоу, посвящённом 80-летию Стю Харта. Меня не пригласили работать на шоу, так как. Меня вообще не приглашали ни на одно местное шоу братьев Хартов.

    Я забрал Криса на машине без обогрева, в то время как на улице шарахнуло -35, и предложил ему спать на полу в своей квартире. Я был хреновым хозяином. Так что могучий Крис Бенуа провёл ночь, чесавшись о мой ковёр и накрытый свитером, который для меня связала бабушка.

    Мы приехали на шоу и я впервые в жизни встретился с Брет Хартом. Он был очень дружелюбен со мной, как и его брат Оуэн, тогда, в самолёте в Лос-Анджелес. Было четровски приятно осознавать, что двое из братьев Хартов знают кто я такой. Брет спросил где я работал, и когда я упомянул Мексику, у него загорелись глаза.

    «Я ищу интересное удержание для того, чтоб закончить им бой на PPV через несколько дней. И ничего оригинального в голову не идёт. Я знаю, что в Мексике много интересных ролл-апов. Можешь что нибудь подсказать?»

    Брет встречался с Дэйви Бой Смитом на In Your House через несколько дней. Он не хотел побить Дэйви своим финишером, так как это было бы чересчур очевидной победой, а они были в середине своей противостояния. Чемпион мира WWF искал клёвый приём для удержания и он спросил меня – Львиного Сердца – есть ли у меня идеи!

    Я сразу подумал о финишере Негро Казаса – Ла Магистраль. Негро заламывал руку оппонента, кувыркался через его спину и запирал в удержание. Я сказал Брету, что у меня есть один приёмчик, и попросил 1-2-3 Кида сыграть в гвинейскую свинью. Брет просмотрел приём несколько раз в раздевалке, и в конце концов закивал в знак согласия.

    Несколько дней спустя, когда я смотрел PPV, Брет на самом деле использовал мой (Ну ладно, Негро) приём. Со мной так никто из WWF не связывался, но по крайней мере, я мог сказать, что научил чемпиона мира новому сворачиванию для PPV.

    Ирония всей этой ситуации наконец заставила меня понять, что я готов стать суперзвездой WWF.

    Я забрал Магистраль назад для победы в турнире за только что учреждённый в WAR пояса командных чемпионов с моим партнёром Гедо. Наша первая защита была против Лайгера из New Japan и молодого парня по имени Такайва, на которого у них были большие планы. Я о нём никогда не слышал, и когда у меня спросили о нем репортёры, я так и сказал. «Лайгер – легенда. И я жду не дождусь момента, когда смогу надрать ему зад» - говорил я в типичной хильской манере. «Но я никогда не слышал об этом Такайве. Он слишком зелен, чтоб выходить на ринг против меня». Я просто развлекался, и не думал, что эта цитата когда-то выйдет в свет.

    Но репортёры восприняли мои слова серьёзно и таким образом создали мой первый в реслинге сторилайн. Мои слова напечатали во всех журналах и началось обсуждение. Такайва отвечал в интервью: «Я ему покажу, кто я такой».
    Лайгер работал в Штатах много раз. Я уверен, он понимал – я говорил так, чтобы создать интерес к матчу. Но не думаю, что Такайва понимал это.

    К моменту самого матча, я создал свой сюжет случайно. Фэны по всему развесили плакаты против Львиного Сердца по всему Коракен-Холлу. Один из них свешивался с балкона и изображал меня, хорошо нарисованного одним зелёным цветом. Другой говорил «Команда «Без Уважения», знай Такайву». УмнО.

    Впервые я познакомился с Такайвой в раздевалке перед матчем. Он отнёсся ко мне тепло, но можно было увидеть, что он не был моим поклонником. Также он был профессионалом, и когда мы вошли в ринг, толпа стояла на ушах. Это был мейн-ивент в Коракене. Матч за пояса, так что интерес был большой. Гедо и я отыгрывали хилов как только могли, желая настроить против себя фэнов. Мы показывали оппонентам средний палец и играли на чемпионских поясах как на гитаре ещё до того, как это стал делать Халк Хоган. Чрезмерное хильство привело меня впоследствии к моему персонажу Y2J несколько лет спустя.

    Когда Такайва и я в конце концов встретились на ринге, пришло моё время показать всем, кто он такой. Мы сцепились в лок-апе, и когда я сказал ему сбить меня мощным таклом, то проселлил его, вылетев на пол через канаты.

    ОООООООООООООООООООООооооооооооооооооооооооооооооо !!!!

    Гедо поднял меня за рингом, и мы обнялись под общий шквал неодобрения. Реслинг из SMW прибыл в Японию и показывал всем, как надо делать дело. Основные принципы реслинга остаются теми же, неважно в какой части мира ты находишься. Людям нравится смотреть на хороших парней против плохих парней, когда что-то есть на кону. А сейчас на кону были не только пояса, но и честь Такайвы.

    Нам, разумеется, отомстили, когда он провёл мне Death Valley Driver перед тем как его удержал Гедо. Концовка была великолепна, потому что несмотря на поражение, он показал себя и во время боя поднялся на новый уровня в глазах фанатов.

    Миссия выполнена.

    Через несколько месяцев случилось то, что послужило определяющим моментом в моей карьере. Я защищал титул Международного чемпиона в полутяжелом весе WAR против Дрэгона на трехлетней годовщине WAR в Сумо-холле.

    Дрэгон и я работали вместе столько раз, что фанатам был известен весь наш репертуар. Это означало то, что мы могли поиграть с их эмоциями, поменяв что-то местами. Мы удивили людей и дали им что-то отличное от того, к чему они привыкли.

    Они думали: «О, сейчас Джерико проведёт своё Львиное Сальто», но вместо этого Дрэгон поймал меня на Магистраль. Я перевёл этот приём уже в свой приём, и мы продолжали матч.

    Ранее в этот же день, я зашёл в Денни’с (да, в Японии тоже есть Денни’c) и вернулся оттуда с целым набором идей, которые, как мне казалось, сработают в матче. Дрэгон сделал тоже самое, так что к моменту встречи у нас накопился уже целый ворох идей.
    Матч был кульминацией величайших хитов двух исполнителей, которые работали друг с другом с дюжину раз, как Кенни и Долли. Но у нас было также что-то новое, вроде пауэрслема с верхнего каната, или перехват крутящегося Торнадо Сплэша Дрэгона. Матч вышел офигительным и стал моей визитной карточкой. Когда мне нужно было послать кассету кому-нибудь – в ECW, WWF, WCW, я всегда посылал этот матч. Это был превосходный пример того, кем был Крис Джерико в качестве исполнителя, что он умеет делать на ринге. Плюс, всё происходило перед сорвавшей голос толпой на престижной арене в Японии.

    Я защитил титул и побил одну из величайших звёзд в Японии на крупнейшем шоу WAR в году. Уровень моей значимости и ценность моего имени были высоки, и когда матч закончился, зал из 11 000 человек, одним из которых был Мик Фоли, аплодировал стоя.

    Мик работал в Японии на другую компанию и пришёл на шоу в выходной день с нашим суперфанатом Масой. Я впервые познакомился с ним, и похоже, что он был впечатлён.

    «Это был великолепный матч. Вы, ребята, сделали шоу.»

    Мик предложил помощь, и если мне будет что-нибудь нужно в Штатах, он сможет замолвить за меня словечко Полу И. Денджеросли, боссу Экстремального Чемпионата по Рестлингу – ECW, базировавшегося в Филадельфии. Я раздумывал насчёт того, чтобы поработать там немного. Компания построила себе репутацию тяжёлым трудом и классными матчами. И я подумал, что мой гибрид из Японского/Мексиканского/Калгари стилей подойдёт им просто замечательно. Плюс, люди, по примеру которых я строил карьеру, Крис Бенуа и Эдди Герреро, уже работали там. И что самое важное, несмотря на то, что я занял высокую позицию и уважение в WAR, пришло время прорываться в высшие лиги.

    И теперь я был готов.

    Так что я послал по почте Мику мой матч против Алтимо Дрэгона и попросил лично вручить его Полу И.

    Он так и сделал, и очень скоро, раздался звонок.



    Часть восьмая : Филадельфия


    Глава 40: Красавчиков распинали.


    Несмотря на то, что Пол И. не заставил себя долго ждать после просмотра кассеты, которую ему передал Мик, я с этим парнем пытался связаться уже год.

    ECW прославились как главная независимая американская компания и была известна тем, что представила публике США хардкорный стиль реслинга, изобретённый в Пуэрто Рико (а затем скопированный FMW). Также, это была первая американская компания, в центре внимания которой были реслеры, которых отмели как «слишком маленьких» в больших лигах. До ECW никто не давал шанса парням вроде Бенуа, Хувентуда Геррера, Эдди Герреро, Дина Маленко, или Рея Мистерио младшего, Но Пол И. знал, что их комбинация техничности и хай-флаинга поможет компании прорваться в массы. ECW давала зелёный свет парням со смешанными стилями вроде меня, так что я мог произвести хорошее впечатление на них, и наконец-то, выступать в Штатах.

    Первый раз я позвонил Полу И. в ноябре 1994-го. Он не перезванивал, так что я продолжал пытаться каждые 2 недели. Обычно мне отвечал автоответчик, до тех пор как мне ответил человек.

    «Здравствуйте, можно Пола, пожалуйста? Его Крис Джерико беспокоит»

    «Нет, его нет. Это его сосед, Дейв. Я скажу ему, чтоб перезвонил»

    И что очень странно – у Дейва голос был уж очень подозрительно похож на голос Пола И., а я ведь его много раз по ТВ слышал. Я продолжал названивать, и через несколько недель он опять ответил, на сей раз признавшись в том, что это он.

    «Эй Крис, как дела?», сказал он как ни в чём не бывало. «У меня тут на другой линии Джимми Снука, я тебе сейчас перезвоню». Снова отвергнут.

    Вся эта карусель была похожа на фиаско Рика Флэра, но с той лишь разницей, что Пол никогда и не просил меня звонить ему. Но мои друзья из ECW просили.

    Перри Сатурн из Eliminators сказал, что Пол выразил заинтересованность в том, чтоб меня использовать. «Полу надо названивать. Если долго ломиться, то эта дверь откроется». Но я понял, что если ему продолжать надоедать, однажды он попросту попросит меня заткнуться.

    И наконец, через 6 месяцев оставленных без внимания телефонных звонков, я обедал дома, в Октококс, когда в субботу позвонил Бенуа. «Пол И. хочет чтоб ты выступил против меня»

    Моё сердце пропустило один удар, а затем подпрыгнуло. «Да ладно? Я готов! Когда?»

    «Сегодня вечером в Филадельфии»

    А Филадельфия, друзья мои, находится в шести часах полёта из Калгари. И не смотря на то, что был уже полдень, я отчаянно начал названивать в авиакомпании. Ни у кого не было рейсов, которые бы приземлились до шоу. Одна женщина сказала: «Вы можете успеть в Фили завтра вечером. Но если хотите – будете сегодня в 11 вечера в Нью-Йорке, так пойдёт?» Она думает я кто… Дэвид Спейд из «Малыша Томми»? Только если бы я уговорил Пола перенести шоу в Большое Яблоко – вот тогда это действительно меня бы спасло.

    Удручённый, я позвонил Крису и сказал, что мне не добраться. Я так долго ждал этой работы в ECW и думал, что упустил единственный шанс. Однако если Пол позвонил мне с такой с такой спешкой однажды, он ведь мне ещё позвонит, правильно?

    Хрена с два.

    Я не слышал ни слова от Пола или ECW, пока Мик Фоли не увидел мой матч против Дрэгона в Японии. Когда он вручил кассету с одобрительным штампом-кактусом, Пол наконец решил дать мне шанс.

    Я вернулся домой в Калгари в 2 часа ночи в декабре 1995-го и обнаружил на автоответчике сообщение от соседа Дэйва.

    «Крис Джерико, Пол И. Денджеросли. Пожалуйста перезвони мне как только сможешь, в любое время дня и ночи, я редко сплю.»

    Раз уж я ждал этого парня целый год, то подумал, что лучшего времени чем сейчас для звонка нет. В полтретьего утра я позвонил по телефону, и он взял трубку через несколько секунд.

    «Пол? Это Крис Джерико»

    «Крис! Я так рад что ты позвонил! Я тут целый год пытаюсь с тобой связаться»

    В одном этом предложении было столько брехни. Он очень, мать его, хорошо знал, что я за ним гонялся больше года. Но он сказал эту ложь так убедительно и с удовольствием, что мне мгновенно понравился этот парень. Он был похож на продавца подержанных автомобилей, загоняющий мне проржавевший Volare 76-го года и вешающий мне лапшу на уши.

    «Я видел твой матч с Алтимо Дрэгоном и это было просто невероятно! Мик Фоли, Перри Сатурн и Крис Бенуа рассказали, какой ты хороший человек и мне бы хотелось, чтоб ты стал частью семьи ECW. И я не вижу никаких препятствий, почему бы тебе не стать в скором времени чемпионом ECW в тяжелом весе”.

    Для меня это было превосходное время, чтобы начать карьеру в ECW, так как Пола постигла первая волна потерь: Бенуа, Эдди, Маленко, Стив Остин, и «Паблик Энеми» ушли за большими деньгами в WCW и WWF. Демонстрируя талант не таких крупных, но более интересных исполнителей, ECW невольно стала подпиткой для крупных лиг. Эти уходы дали мне возможность заполнить пустоту.

    Пол был горд тем, что выцеплял по всему миру лучших непризнанных гениев своего дела. Он заполучил Роба Ван Дама, Рея Мистерио младшего, и меня, сексуального зверя, чтобы украсить свой ростер. Он хотел, чтобы моё появление получилось триумфальным, так что на ECW TV пошли ролики, трубящие о Последнем Выжившем из Подземелья Стю Харта, Львином Сердце Крисе Джерико.

    Как и японские фанаты, аудитория Пола была преданна реслингу. Они обменивались кассетами, читали новостные письма от инсайдеров и знали всё о всех рестлерах на международной сцене. Большой сегмент фэнов знал меня, благодаря популярности второго Супер J-Кубка и моих матчей с Дрэгоном. Для тех же фанатов, которые не знали кто я такой, решение Пола продвигать меня как последнего выжившего из Подземелья Хартов дало мне поддержку и уважение с их стороны.

    Объявление моего наследия Хартов требовало более крутого вида, в котором я должен был предстать перед фанатами ECW. Мои длинные белые волосы и вид хорошенького мальчика автоматически работали против меня. Пол предложил намочить волосы на первом матче, чтобы я не выглядел по глэм-рокерски. В ECW красавчиков распинали, а не приветствовали.

    Моё дебютное шоу в ECW должно было пройти в Ридинге, штат Пенсильвания, но больше мне Пол о нём ничего не сказал. Мы не обсуждали ни оплату, ни условия проживания. Он должен был мне выслать билет на самолёт до Фили, но об отеле ничего не сказал. Некоторые промоутеры платили за расселение, некоторые – нет. Но я был дешёвым ублюдком и думал, что обо всём договорюсь.

    Я позвонил Полу на автоответчик и сказал: «Я хочу уточнить по поводу затрат на отель. Мы этого не обсуждали, но полагаю, ты возьмёшь их на себя. Если ты не перезвонишь, то будем считать, что ты согласен». И раз уж он редко перезванивал, этот план надыбал (слово просто нравится) мне бесплатный апартамент на поездку.

    По приезду в Фили я обнаружил, что Пол оказался тем, кто смеётся последним и вписал меня в номер с соседом. Я постучал в дверь, но никто не ответил. Я ломился в дверь, пока не услышал звук смыва и дверь открылась. Запах травки и какашек встретил меня вместе с новым соседом по имени Роб Ван Дам. Я потряс руку человеку, с которым хотел бороться, но эта рука была всё ещё мокрой от после-срального-умывания.

    Целое Какинг Шоу (От The Whole F’n Show – фраза RVD – прим vladdrummer).

    Мой первый матч в ECW был против Элиминаторов, и РВД был моим партнёром. Из-за всей этой шумихи в прессе и славы, которую ECW получали по всему миру, в голове сформировался образ крупной компании. Я удивился, когда зашёл в тёмный спортивный зал который был довольно небольшим по размерам. Я почувствовал себя так, как будто вернулся на арену из «Кровавого Спорта» в Матаморосе.

    Первое, что я заметил – так это фанатов. Это вам Канзас – сверчки были неистовы. Они были очень просвещенными, и моментально замечали малейшую лажу в приёмах. Вы наверное слышали как определённые писатели или рок группы становились культовыми и имели последователей – так вот, фанаты ECW были такими же. Они верили в то, что являются частью того успеха, который переживала компания. Их менталитет был таков: «мы или они». «Они» - это WCW и WWF.

    Если фэны видели во время матча что-то, что им нравилось, они начинали скандировать «И-Си-Даб! И-Си-Даб!». Необычным было то, что толпа скандирует название компании, а не, например, имя реслера.

    Мой матч прошёл хорошо. На полпути я понял, что проклятие Джерико больше не действует, когда фаны стали скандировать «5-звёздный матч!». Они воспринимали реслинг серьёзно и знали разницу между хорошим и плохим матчем. Они были очень похожи на японских зрителей, как если бы те были под крэком.

    Когда я зашел за кулисы после матча, Пол И. ждал меня с улыбкой на лице. Обняв меня он сказал: «Это было здорово! Со времён Стива Остина у нас никто так круто между канатами не бегал».

    Определённо, это был самый уникальный комплимент в моей жизни.

    Именно тогда я увидел самую сильную сторону Пола И.: он был исключительным мотиватором. Он заставлял свою команду чувствовать себя на миллион баксов, даже если и платил им всего двести. Пол ждал каждого рестлера за кулисами, чтобы лично поздравить и поблагодарить за вклад в шоу.

    Его ободрение для команды значило больше чем деньги. Я уверен, что в WWF были люди, которые бы променяли недельное жалование на такого же рода признание от Винса МакМэна. Валютой Пола были комплименты, и он их раздавал бесплатно.

    Он был мастером расставлять акценты на сильных сторонах и скрывать слабости своего ростера. Это стало очевидным, когда такие ребята как «Паблик Энеми» и Сэндмэн пришли в большие лиги и оказались весьма посредственными работниками, не будучи защищены подобным образом. Пол скрыл слабые стороны Сэндмэна на ринге, превратив его в пьющего пиво и надирающего задницы сукиного сына (ничего не напоминает?). А «Паблик Энеми» из запасной команды превратились в пару рейтинговых стололомателей и стали наиболее популярными людьми в компании.

    Имея ограниченные финансовые ресурсы, Пол использовал то, кто у него на тот момент было на полную катушку. Фэны на самом деле любили/ненавидели каждого, кто выходил на ринг. А если нет – такой реслер не задерживался.

    В раздевалке царила атмосфера семьи, и я не чувствовал ревности, которая обычно возникала к новому человеку. Меня сразу приняли. Также в той раздевалке постоянно находился целый взвод красивых, едва одетых женщин. Пол заполнил свой промоушен великолепными девицами до самого верха, следуя своей теории, что секс продаётся.

    И я купился.

    Женщины всегда были частью реслинг бизнеса, но эти были совсем из другой лиги. Беула, Фрэнсин, Женщина, Мисс Патриция, Леди Александрия, Мисси Хайятт – при взгляде на любую из них падала челюсть.

    Особенно у меня снесло крышу от одной маленькой азиатки по имени Кимона Уаналейя. У нее была одна из лучших фигур, которые мне приходилось видеть. Я глазел на нее до такой степени, что не мог думать о работе. Довольно сложно продумать матч, когда находишься внутри Плейбоевского ролика о сис….тематически так происходило, в общем.

    Меня отвлекали не только девчонки. Весь ростер был сборищем фриков и непонятных персонажей. Было с полдюжины ребят, разгуливавших в камуфляжных рубашках и очках в чёрной оправе как у ботаников, которых называли Дадли. Их гиммик был взят с мистера Дадли, который был полнейшим джоббером (извини Бубба). Он породил целый народец из полу-братьев с дурацкими именами вроде Пятачок (мой старый сосед по комнате из SMF Энтони), Спайк, Бабба, Дивон, Большой Дик, Чувак с Плакатом, и индеец, танцующий с Дадли.

    Также был тучный парень с синим ирокезом, одетый в топ и короткие шорты. Его звали Синий Злюка (Блу Мини). Помимо того, что мне нравилась ссылка к песне Yellow Submarine Битлз, я был уверен, что это самое плохое имя для реслера. Был так же 50-летний мужчина с причёской Капитана Пещерного Человека, одетый как римский гладиатор по имени Сальваторе Белломо. Другого парня звали Джей Ти Смит и у него был гиммик постоянно ошибающегося и падавшего с канатов парня, заставлявшего толпу скандировать «Обосрался!»

    Эта фраза стала наследием Джей Ти и когда бы реслер ни делал ошибку – вы всегда её услышите. Я точно знаю – меня-то ей часто награждали.

    Толпа любила скандировать, и если им не нравилось действие на ринге, они начинали кричать «Заканчивайте матч!». Если девушка делала что-нибудь подлое, толпа начинала в один голос распевать «Подлая шлюха!». Если кто-то из хилов делал что-то особенно злое, его приветствовали скандированием: «Соси х^%&^$й!»

    Веселье для всей семьи.

    ^ ^ ^ ^
    JOIN US





  10. #20

    По умолчанию

    Глава 41: Вы врубились?

    Моя победа над проклятьем Джерико в ECW была недолгой и оно настигло меня при помощи Mapquest-а (подобие GPS-навигатора – прим. vladdrummer) во время второго матча в Куинсе, Нью-Йорк. Было трудно представить, что может быть что-то брутальнее Пенсильванских фанов, но Нью-Йоркские были именно такими.

    Пол поставил меня против Роба Ван Дама и хотел использовать этот матч как мой официальный телевизионный дебют. У Роба со мной были похожие стили, похожие размеры, и похожий опыт выступлений по миру. Он провёл больше времени за границей и сделал себе имя в Японии, так же как и я. Но наш матч сосал хуже беззубого вампира. Мы лажали буквально везде и не было ни намёка на взаимодействие, какое было во время первого матча. Фанаты обернулись против нас и скандировали: «Этот матч сосёт», «Идите домой», «Заканчивай матч». Даже ужасное «Обосрались!» был направлен в нашу сторону, когда мы запороли обычный армдраг.

    В это время ни Роб ни я не понимали, насколько ужасен был матч на самом деле. Пол сказал, что по ТВ его показать не удастся из-за повреждённой плёнки. Мне потребовалось 5 лет чтобы понять, что с плёнкой было всё в порядке. Повреждённым был сам матч.

    Среди зрителей было много тех же самых людей, которые были на шоу в Ридингсе, и у многих из них были свои собственные гиммики. Один из них, например, был первым, кто придумал приносить с собой на шоу плакаты. Другой всегда приходил в одной и той же соломенной шляпе и гавайской рубашке. Ещё один, с чёрными длинными волосами и бородой в чёрных авиаторских очках был 1 в 1 похож на Джима Мартина из Faith No More. Все эти парни каждое шоу всегда сидели на одних и тех же местах.

    Фэны были частью ECW и гордились тем, что они – часть революции. Всё это напомнило мне, как в 1984 в Виннипеге я нашёл первые записи Metallica ещё до того, как они получили такой успех в мейнстриме. Я очень ревновал, когда они стали популярными.

    Это была моя группа и никто больше не должен восхищаться ими, ё-моё!

    Хардкорные фанаты ECW чувствовали тоже самое. Когда бы реслер не покидал компанию ради более крупных и более зелёных пастбищ, его приветствовали скандированием «Ты продался!», как будто он лично оскорбил каждого в зале.

    Я конечно же пошёл в ECW не за деньгами – их там не водилось. Но я понимал, что быть постоянным участником там – значит постоянно быть на экране, а это может повысить мою ценность. Мы с Полом не обсуждали, сколько он будет мне платить, так что было жутко интересно, сколько же я получу за неделю.

    Когда я получил чек, он выглядел как назначение врача – практически нечитаемый. Мне понадобилось несколько минут чтобы понять: Пол решил дать мне 150 баксов за шоу в Ридингсе и 250 за Куинс. Также он приложил 25-долларовый бонус.

    Несмотря на то, что Пол не мог платить баснословные деньги, этот 25-долларовый бонус подействовал на меня как чек на 5000. Это был мотивационный инструмент, который подстегнул мой настрой – я был горд, чувствуя себя частью компании. Пол был известен липовыми чеками, но скажу честно: у меня не было ни одной проблемы с их обналичиванием. Вполне возможно это из-за того, что у меня была целая пачка фотографий того как он прелюбодействовал с моржом, но это уже совсем другая история.

    Я вернулся через несколько недель для дебюта на прославленной арене ECW. У этой арены была своя жизнь и она стала настолько легендарной, насколько был легендарен Коракен-Холл. Несмотря на то, что это даже и не арена была, а зал для игры бинго, переоборудованный под арену. Тем не менее после борьбы в боулингах, зал для бинго был шагом вперёд.

    Было похоже на то, что в здании шел ремонт. Зона за сценой была заполнена мусором, с ржавой ванной и душем. Он был грязен настолько, проще было помыть руки в Мексиканском унитазе.

    Пол хотел, чтобы моё первое появление на Арене было значимым. Поэтому он поставил меня против Человеческой Машины Суплексов, Тэза. Тэз был самой большой звездой в компании и был знаменит тем, что уничтожал всех, с кем боролся. Он был ещё одним примером того, как Пол акцентировал внимание на сильных сторонах. Фанаты на самом деле верили в то, что он был самым грозным человеком в ECW, хотя по росту был меньше большинства реслеров.

    В раздевалке до матча я слышал от нескольких людей имя Альфонсо, когда они говорили с Тэзом. Раз уж мы сегодня вечером выходили на ринг, я решил обратиться к нему по настоящему имени.

    «Ну чего сегодня покажем, Альфонсо?»

    Он уставился на меня: «Чего?»

    «Эммм… тебя ведь Альфонсо зовут, да?»

    Я опасался что он меня придушит пока объясняет, что Альфонсо зовут его менеджера. И похоже, что мистер Тэз не очень то жаловал мистера Альфонсо. Вместо того, чтобы растопить лёд, он чуть не влепил мне оплеуху.

    Поскольку Пол сделал из Тэза машину для убийства, фанаты были убеждены, что я стану для него боксерской грушей на весь вечер. В действительности же, матч должен был сходу сделать меня звездой. Следуя истории матча, я должен был успешно противостоять Тэзу, а потом наконец, поднырнуть ему за спину и провести немецкий суплекс. Это выглядело бы круто, потому что Тэз редко падал во время матчей и его еще никогда не бросали суплексом.

    Ответить Тэзу на его суплексы – означало заставить фэнов серьёзно воспринимать меня.

    Сразу было заметно, что компания сама к себе относится очень серьёзно. Перед началом каждого шоу Пол произносил речь перед всей командой с верха лестницы и выдавал такой мотивационный спич, от которого Кнуту Рокне стало бы стыдно. Это было похоже на то, как Сайрус говорил с бандами в фильме «Воины».

    «Вы самые талантливые люди во всём реслинг бизнесе, и вы никому не нужны. WWF посылает вас. WCW не перезванивает вам. Они не нанимают вас, потому что боятся, что вы затмите и опозорите каждого из их так называемых реслеров. И они правы. Им вы не нужны, вас они не возьмут, но я горжусь тем, что вы часть нашей компании. Я благодарю вас за то что вы рискуете своим здоровьем, чтобы развлекать наших фанатов и давать им такое представление, какое они заслуживают. Шоу , которое не даст им ни одна организация на планете. Я искренне вас благодарю»

    Иногда он в конце добавлял «Вы врубились?»

    Я оглядывался и видел всё это сборище фриков, готовых убить за Пола И. И я был одним из них.

    Пол И. был Джимом Джонсом замаскировавшимся под реслинг-промоутера и подавал нам самогон под видом элитного вина. Я выпивал его с наслаждением и загорался перед матчем так, как не загорался нигде больше, кроме как в ECW. Я был одержим тем, чтобы Преподобный Пол И. гордился моим выступлением.

    Я боролся против Тэза с моим по-японски жёстким нападением. Когда наступил момент, я провёл суплекс Машине Войны, оторвав его от пола. Толпа взорвалась от удивления. Они знали, что всё произошло не случайно, что и Тэз и ECW позволили мне это сделать. Затем Тэз ответил тем же, проведя немецкий суплекс прямо мне на голову. Затем он запер меня в катахаджиме (удушающий из дзюдо), которым обычно побеждал.

    Мой быстрый пуш продолжался, когда я не сдался от его коронного болевого. История матча заключалась в том, что злостный суплекс вырубил, но я показал бойцовский дух, заставив Тэза выложится на полную и фанаты приняли меня как часть семьи. План Пола сработал.

    Тэз продолжал меня душить до тех пор, пока раздевалка не опустела и все бросились меня спасать. Он «убил» нескольких джобберов, пока не прибежал Брайан Пиллман, большая звезда, один из моих героев со времен Стэмпида. Пиллман отвлёк Тэза настолько, чтобы я успел доползти до носилок.

    Пока меня увозили за кулисы, один из фэнов перегнулся через ограду и прокричал: «Эй, Джерико, урод, убирайся работать в Нью-Йорк!». Видимо не все в Арене были готовы дать мне пряник за геройство.

    Эта фраза напомнила мне историю, которую рассказывал отец о временах игры за «Рейнджерс» на старом стадионе в Чикаго. Выход на лёд из раздевалки на арене проходил через лестницу, и один из зрителей крикнул ему: «Эй, Ирвайн, урод, возвращайся в Нью-Йорк!»

    Тот же козёл, только Ирвайн другой.

    Когда носилки выкатили меня за занавес (где меня приветствовал восторженный Пол И.), я увидел, что Пиллман забыл про Тэза, перепрыгнул заграждение и набросился на нападающего из «Филадельфия Иглс» Гэрри Ботсвайна. Пиллману подходил гиммик трусливого цыплёнка, потому что в жизни он был полным психом… или не был?

    Он работал в ECW после того, как ушёл из WCW. Там все воспринимали его как конченного психа, до тех пор пока босс WCW Эрик Бишофф не уволил его, освободив от контракта. Но он всё равно приходил на шоу WCW как зритель, создавая неприятности на живых съёмках, заставляя фанатов и всех в компании думать, что он совсем слетел с катушек. Но это было не только на шоу – он был сумасшедшим всё время.

    Он пришёл в ECW, чтобы усовершенствовать своё поведение сумасшедшего. Он убеждал в этом всех. Он мог прийти в Арену и у него падали штаны, потому что он забыл пояс. Он подходил к каждому человеку в раздевалке, спрашивал, нет ли у кого запасного ремня (а у кого его нет?) и в итоге обворачивался куском бечёвки.

    Затем на ринге Сэндмэн вырубает джоббера фирменным ударом палки для кендо. С парнем явно всё в порядке, но это не останавливает Пиллмана. Он начинает бегать по раздевалке, завывая голосом обдолбанной обезьяны: «Звоните 911! Звоните 911!!! Ради Бога кто-нибудь наберите 911!»

    Он вел себя так, как будто того парня только что обезглавили. Конца этим крикам не было видно. Вдруг посреди очередной тирады, пока никто не смотрел, он мне подмигнул.

    Я подумал: «Да он гений. Он всех нас заставил поверить»

    Мне нравилась работа Пиллмана, но после того случая я не понимал, почему он подмигнул и раскрыл себя? Почему он был уверен, что я не пойду трубить об этом на каждом углу?.

    Я уверен – все дело было в нашей связи по Калгари. Он начал в Стэмпиде и до сих пор уважает промоушен за всё, что он ему дал. Он все еще был обычным фанатом реслинга и следил за тем, что происходит по всему миру. Возможно он слышал что-то обо мне и о том, как я попал в бизнес. Точно так же как и он в своё время. Тренировка в Подземелье – это почти как братство, так что мы были чем-то вроде братьев.

    Это был единственный раз, когда наши пути пересеклись в ECW. Но мы провели вместе выходные и он дал мне ценный совет.

    «Если на самом деле хочешь быть кем-то в реслинге, тебе придётся сделать то, чего до этого не было»

    Я принял совет Брайана и следовал ему в течение всей карьеры. Успех всей моей работы основан на этом правиле.
    Брайан использовал сумасшедший гиммик, чтобы подогреть интерес перед возвратом в крупные лиги. Он хотел попасть в WWF, но не исключал вариант с возвращением в WCW. Пиллман хотел сформировать молодую версию «Четырёх всадников», чтобы фьюдить с оригинальной командой Рика Флера. Идея была назвать команду «Всадники Апокалипсиса» или «Всадники поколения Х». В то время как оригинальная команда поднимала 4 пальца в знак 4-х всадников, эта команда должна была скрестить руки с двойными 4-мя пальцами, чтобы получилась буква «Х». Идея Пиллмана была взять в группировку Бенуа и Эдди и он спросил, не хочу ли я стать быть четвертым.

    Хотел ли я? Ха.. сейчас посмотрю, не было ли тогда запланировано чего поинтересней…

    Получить шанс работать с этими парнями было самой верной возможностью прорваться на пик карьеры. Но Пиллман получил приглашение от WWF, так и не реализовав свою идею. Тем не менее его совет я не забыл и он сильно повлиял на мою карьеру. Спасибо, Брайан.

    Пиллман бы не единственным человеком, оказавшим на меня влияние в ECW. В то время как моя встреча с ним была первой, с Миком Фоли была последней. Он уходил в WWF и его второй перед уходом матч был против меня. А ведь из-за него я и попал в компанию. Это был наш первый матч друг против друга, и мне бы хотелось добавить, что в тот вечер после изнуряющего боя я победил.

    Я также хотел бы добавить, что Мик Фоли был трехкратным чемпионом мира и автором бестселлеров в «Нью-Йорк Таймс». Но что ему никогда не удавалось – так это победить Львиное Сердце в реслинг-матче.

    Не то чтобы я веду учёт или что-то в этом роде.


    Глава 42: Золотой Билет

    В то время как матч с Миком был для меня одним из самых важных моментов работы в ECW, мой самый-самый любимый момент даже не касался меня. Когда я только начал работать в компании, Kiss были в середине своего тура после воссоединения. Блу Мини работал в команде со Стиви Ричардсом и их гиммиком было пародирование других реслеров. Однажды они вышли на ринг ещё с двумя парнями одетыми как Kiss и открывали рот под “Rock and Roll All Nite”

    Толпа съехала с катушек от такого исполнения. Все помирали со смеху глядя, как эти идиоты делали из себя посмешище.

    Когда шум достиг апогея, песня Metallica “Enter Sandman” прервала Kiss и к рингу вышел Сэндмэн, приканчивая банку с пивом. Своей палкой для кендо он выбил всё дерьмо из Звёздного Человека и Человека-Кота, плюнул пивом в лицо Космическому Асу и пнул Демона прямо по шарам.

    Это было ржачно, и Сэндмэн стал моим любимым реслером… На один вечер.

    После шоу Пол И. поставил складной шатёр посреди наркоманского района в Филадельфии, так что все фанаты видели что мы там. Сотни зрителей были с нами после шоу и тусовались с нами всю ночь. Это были не такие фанаты, которые раздражают. Они относились к нам с уважением, так что было клёво узнать их немного. Тусовка с фэнами помогла скоротать время до 5 утра, когда мы должны были записывать промо для ТВ-шоу Пола.

    Каждый раз он придерживался принципов «всё делаю в последнюю минуту» и «у меня в жопе шило». Я видел, как он на салфетке составлял список матчей, когда шоу уже шло. Все реслеры должны были быть одеты и ждать, когда их имена объявят.

    Однажды когда первый матч на шоу уже начался, он сказал: «Крис, у тебя будет третий матч против Майки Уипрека»

    «Пол, Майки сейчас борется на ринге»

    «Да? А как насчёт Ту Колд Скорпио? Он тоже там? Если нет, то вы, ребята, третьи» - ответил Пол, не моргнув и глазом.

    Я использовал свои предстоящие туры с WAR, чтобы произвести впечатление на девчонок. Я просто звонил им из Японии как Фрэнк Констанца, и это было лучшим приёмом. Срабатывало всегда.

    «Как дела? Я тут тусуюсь в Токио и думаю о тебе». И вы практически слышите, как на том конце провода беспомощная девушка тает у трубки.

    Я использовал приём на красотке Кимоне (Лейла Мяу в WCW – прим S_A) и это произвело на неё впечатление настолько, что мы начали встречаться. Она стала моей девушкой по ECW, что было лучшим бонусом чем 25 баксов от Пола.

    Особенно я гордился, когда она спасла шоу после поломки ринга.

    Каким то образом во время одного из матчей, ринг просто развалился на части. Наступила длинная пауза, пока команда пыталась его отремонтировать. Толпа, заполнившая арену, забеспокоилась. Пол чувствовал напряжение в воздухе, и велел Кимоне (которая к удивлению, оказалась стриптизёршей) чтобы она вышла на балкон над рингом и станцевала стриптиз. Пришлось постараться чтобы ее убедить, но Пол вылил на неё целую кегу аргументов и Кимона согласилась.

    Милая Кимона вышла, чтобы успокоить неуправляемую толпу одним из самых эротичных танцев, что мне доводилось увидеть в жизни. Я смотрел её выступление с Терри Горди, который был одним из лучших реслеров-здоровяков всех времён, но передозировка наркотиков оставила его мозг повреждённым на всю жизнь. Он стоял рядом со мной, наблюдал за изящными телодвижениями Кимоны, и пережёвывая табак во рту, сказал: «Да… такого на реслерских шоу я ещё не видел».

    Я тоже не видел, но вот Пол решил, что каждый должен увидеть, потому что эта запись проигрывалась на каждом ТВ-шоу ECW следующие 5 лет.

    Мой друг из Лос-Анджелеса позвонил мне на следующий день чтобы расспросить о знаменитом танце Кимоны. Во время разговора, он упомянул шоу, которое меня заинтересовало. Антонио Иноки, босс New Japan, продвигал Фестиваль Мира во Всём Мире. В нем участвовали реслеры из Японии, Мексики и Штатов. У WCW были рабочие отношения с New Japan и они намеревались послать туда своих реслеров, среди которых был Бенуа. Я нутром чуял, что в моих интересах было участвовать в этом шоу, так что немедленно позвонив местным знакомым промоутерам из Лос-Анджелеса, я втесался-таки в кард.

    Я надеялся, что после этого шоу мне дадут попробоваться в New Japan, но в итоге оно привело туда, куда я и не ожидал.

    Я встретился с Крисом на вечеринке перед фестивалем и он настоял на том, что должен представить меня Эрику Бишоффу. Крис и я надели на вечеринку деловые костюмы. И хотя мы там были как белые вороны, для встречи с Эриком я выглядел как нужно.

    Бенуа передал кассету с матчем против Дрэгона в верхи WCW, и Эрик её увидел. Обменявшись парой предложений, он меня прервал и сказал: «Бенуа настоятельно тебя рекомендует, а этого для меня достаточно. Хочешь работать на меня в WCW?”

    И это было оно.

    После нескольких лет скитаний по зарубежным странам, школьным спортзалам, боулингам и залам для бинго, я наконец получил золотой билет на работу в США.

    «Вот тебе мой номер, позвони секретарю. Мы назначим встречу и подпишем сделку».

    Я не мог поверить, как быстро всё произошло. Было известно, что Бишофф подписывал любого, кого потенциально могли взять в WWF. Он находился в эпицентре войны двух промоушенов и хотел застолбить для себя столько талантов сколько мог.

    Я не говорю, что Эрик не знал, кто я такой, но и не думаю, что он видел что-то помимо матча с Дрэгоном. Я прекрасно знаю, что он на меня и на Фестивале Мира не посмотрел, потому что ушёл ещё до начала. Я тогда подумал, что это довольно странно – даже не взглянуть на того, кого только что пригласил. Но потом я понял, как это типично для WCW.

    Несколькими днями позже я позвонил Полу И. и рассказал ему о предложении Эрика. К моему удивлению, он уже всё знал. К тому моменту у Пола было сильное влияние в индустрии, его шпионы были везде. Думаю, он до сих пор ценит то, что я честно тогда все рассказал.

    «Бишофф предложил мне перейти в WCW, но я не знаю, хочу ли я переходить»

    «Ну так не уходи» - сказал он.

    Мне не пришлось объяснять почему я не мог отказаться от этого предложения, и он знал, что я уйду. Но к моему удивлению, он сказал, что перед тем как я уйду, я выиграю пояс телевизионного чемпиона ECW.

    Пол, должно быть, мне очень доверял, так как у меня с ним не было контракта. Я мог бы выиграть этот пояс и выбросить его в мусорку в прямом эфире шоу WCW. Но он мне доверял, и я отнёсся к этому очень серьёзно. Мы договорились держать в секрете сделку с WCW до моего последнего дня в ECW. Сейчас, с интернетом, нам бы этого не удалось сделать, но в те средневековые времена, секрет мог оставаться секретом.

    План был выиграть титул на арене ECW у Питбулля #2. В тот день, когда я должен был покинуть ECW, Пол позвонил, оставил на автоответчике номер квитанции FedEx и сказал, что отправил этой компанией мои авиабилеты в аэропорт – там я их должен был забрать.

    Зачем было посылать их FedEx-ом в аэропорт? Почему бы не доставить их прямо домой?

    Я подъехал к офису FedEx в аэропорту, но когда назвал номер посылки, мне сказали, что у меня 9-значное число, а должно быть 10-значное.

    За день до матча я всё ещё ждал свои билеты. И даже то, что Пол всегда до последней минуты тянул с исполнением своих обязательств по билетам, не успокаивало меня - это было уже чересчур. Я сходил с ума в номере отеля и в конце концов не выдержав, вышел прогуляться за пивом. Когда я вернулся через несколько часов, от Пола так и не было вестей. Я звонил ему раз в час без результата, пока наконец не сказал ему на автоответчик: «Я тебе весь вечер звоню без ответа. Мне не нужен твой дурацкий пояс, на шоу меня не жди. Пока»

    Я повесил трубку и в прямом смысле секунд через 30 Пол мне перезвонил.

    Он говорил дружелюбным тоном и непринуждённо сказал: «Эй, как дела? Я тут со стриптизёршами зависал и только вернулся домой. Я тебе звонил пару часов назад и оставил сообщение на автоответчике. Тебя в аэропорту ждёт билет».

    На автоответчике было ноль сообщений, определитель входящих показывал и это означало 2 вещи:

    1.Я был лузером у которого нет друзей.
    2. Пол И. выдал мне ещё одно плохо придуманное враньё.

    Джим Корнет однажды сказал, что Пол И. лучше заберётся на дерево, чтобы соврать, чем остаться на земле и сказать правду. Я начинал с этим соглашаться, хотя по сути, Пол И. мне таким образом просто мстил за WCW. Меня так и подмывало послать его куда подальше, но он был одним из тех, на кого невозможно злиться. Кроме того, мне было приятно, что я уже почти обладатель своего первого американского титула.

    Матч за титул был одним из лучших за мою карьеру, и закончился тем, что я перевёл супер-бомбу Питбулля #2 в франкенштайнер с угла и победил. Приём был настолько неожиданным, что публика повскакивала с мест после гонга. Интересно перематывать плёнку и наблюдать за эйфорией на лицах зрителей, так реагирующих на мою победу. В день моего ухода, я стал частью большой семьи.

    После победы я прыгнул в толпу и праздновал с фанатами. Я был 25-летним ТВ-чемпионом ECW и это был великий момент в Джери-стории.

    Я продолжил отмечание победы, возглавив вечеринку у в своей комнате, пока не проснулся через несколько часов, опаздывая на самолёт. Когда я позвонил в авиакомпанию, они мне сказали: «Вы вылетите следующим рейсом, не волнуйтесь. И нам очень жаль мужа вашей сестры»

    «Мужа моей сестры?»

    «Да, мистер Ирвайнн. Мы сожалеем о вашей утрате». У меня и сестры то не было, какой там муж.

    В штате Пенсильвания запахло гнилью, но я подхватил: «О, да, да. Я забыл. До сих пор не могу смириться с этим»

    Я не мог поверить что Пол И. купил мне билет со скидкой для людей, отправляющихся на похороны и не предупредил меня.

    На выходных я на него наехал.

    «Эй, в следующий раз когда будешь покупать билеты по похоронной цене, хотя бы предупреждай, чтобы я не облажался на вопросах и меня не арестовали за мошенничество»

    И снова Пол, не моргнул глазом, достал квитанцию от врача из чемодана и спросил: «Они обещали подать на тебя в суд? Если да – возьми вот это».

    Затем он взял ручку и составил филькину грамоту, которая нигде бы не проканала:

    Тем, кто будет читать,

    Спасибо за ваше сочувствие в столь трудное время. Вы проявили понимание, и семья Ирвайна благодарит вас.

    Искренне ваш, Доктор Хоровиц.

    Теперь он к своим заслугам прибавил ещё и медицинское мошенничество.

    Я потерял титул через месяц в 4-х стороннем матче на выбывание против Питбулля #2, Ту Колд Скорпио и Шейна Дагласа. Пол удивил фанатов, когда первым выбывшим оказался чемпион.

    Ещё мне запомнился один вечер в ECW, когда мы ушли драться в толпу. Фэны были известны тем, что приносили с собой оружие для реслеров – тогда было из чего выбрать. Приставки Nintendo, тёрки для сыра, сковородки для пончиков, точилки для карандашей, даже рыболовецкая сеть. Что за злую вещь я должен был перед ними сотворить с помощью рыболовецкой сети? Я что, должен был как сачком поймать противника, посадить его в большую стеклянную банку, а сверху прихлопнуть крышкой?

    Моё последнее выступление в ECW было ещё одним поводом посмеяться. Тогда я и ещё один реслер из Калгари по имени Джон Смит узнали, что муж нашей сестры подавился виноградом и умер.

    Ребят, просто совет: даже не думайте жениться на моих сёстрах.

    Джонни и я поехали в аэропорт, соображая, как это у нас может быть общий муж сестры, если мы даже не родственники. Мы пришли к выводу, что должно быть, мы женаты на сёстрах, чей брат умер.

    После моего последнего матча против Ту Колд Скорпио, толпа на арене начала скандировать «Пожалуйста не уходи», а потом крик перерос в «Ты продался». Думаю, люди были опечалены моим уходом. Я то точно был.

    Из глаз покатились слёзы, я взял микрофон и закатил эмоциональное промо, прославляющее арену, ECW, и всех её фанатов. Это был горко-сладкий момент. Если бы я мог там сделать серьёзные деньги – никогда бы не ушёл.

    За кулисами Пол выглядел так, как будто потерял лучшего друга. Он обнял меня, как будто завершилась целая эра... А ведь так оно и было.

    Много раз после этого я спрашивал у Пола совета и он всегда приходил ко мне на помощь – даже если его перезвона приходилось ждать вечность.

    Много людей считают меня парнем из ECW и я у них ассоциируюсь с ECW. В действительности же, я там провёл всего 22 матча за 6 месяцев. Но моя связь с ECW не основывалась только на том, сколько времени я там провёл. Скорее на отношении к работе, которое я приобрёл там.

    Я разделял тот бойцовский дух на котором была построена компания и по-настоящему уважал то, частью чего были люди в ECW. Никто в компании не был кем-то перешедшим из другого спорта, или был в бизнесе чтобы прославиться и сделать лёгкие деньги. Мы были там, потому что любили реслинг, верили в себя и компанию. Вот почему так нелегко объяснить или понять, что же такое ECW, если вас там не было.

    Я горжусь тем, что боролся в ECW и моё пребывание там помогло мне пробиться наверх.

    К сожалению, путь в высшей лиге WCW почти убил мою любовь к реслингу настолько, насколько работа в ECW её разожгла.



    Часть 9 : Атланта


    Глава 43: Обречён с самого начала.

    Вскоре после Фестиваля Мира, я встретился с Бишоффом в Атланте. Теперь не должно было быть никаких беганий вокруг да около.

    WCW в последнее время било рейтинги WWF, так что всё шло как нельзя лучше. Я должен был работать в самой большой реслинг-компании США.

    Когда через несколько дней я получил по почте авиабилет в Атланту, мне позвонил букер WCW Кевин Салливан. Он был раздражён, как будто звонил из-под палки.

    «Эрик хочет чтоб ты прилетел на пробы».

    Салливан говорил с сильным бостонским акцентом и звучал как настоящий урод. Он сказал, что хочет попробовать меня и посмотреть, чего я стою. У меня не хватило духу сказать, что я все равно лечу в Атланту, чтобы подписать долгосрочный контракт с боссом.

    Пробы? Нафиг мне вонючие пробы!

    Вспоминая это, я уже тогда должен был понять, как у них там всё несогласованно. Левая рука была не в курсе что делает правая, и кого они вообще нанимают.

    Владельцем WCW был Тед Тёрнер и его офисы располагались в CNN-центре, вместе с офисами TBS и TNT. WCW не организовали встречу в аэропорту, так что для знакомства с мультимиллионной корпорацией я воспользовался подземкой.

    Эрик не был готов к моему приезду так что меня попросили подождать с Полом Орндорффом. Пол работал за кулисами WCW. В 80-х он был одним из главных противников Халка Хогана в WWF и носил прозвище «Мистер Великолепный».

    Он вел себя дружелюбно, но мне видимо с этим повезло, так как все остальные называли его «Оскар Скряга». Он давал много советов и первое предложение казалось ему очень важным: я должен был надеть яркую рубашку в которой должен был бороться. Думаю, Полу просто не хватало цветастых рубашек в реслинге.

    По крайней мере, это было лучше набедренной повязки.

    Когда Эрик наконец появился, он держался нахально и высокомерно. Крутая версия Джона Дэвидсона в джинсах, ковбойских сапогах и кожаном пиджаке. Его прикид был слишком обыденным для главы мультимиллионной компании.

    Когда мы отправились пообедать в спорт-бар на площади башен, я начал сомневаться в своих возможностях. Я пришёл подписывать контракт, а ведь до этого не участвовал в переговорах. По крайней мере, не на таком уровне.

    WCW тратили уйму денег, чтоб превзойти WWF в грязной войне рейтингов. Обе компании транслировали свои шоу минута в минуту по понедельникам и делали всё возможное, чтобы получить преимущество. Бишофф стоял во главе самого гениального сюжета в реслинге (который стырил из Японии) – вторжение nWo – Нового Мирового Порядка.

    Он убедил двух топовых звёзд WWF, Дизеля и Рэйзора Рамона, перейти в WCW и угрожать захвату компании. Они стали первыми членами nWo и творили хаос (на экране и за его пределами). Они как раз готовились открыть всем третьего, секретного участника nWo. За обедом я спросил его как марк: «Так кто этот третий?»

    Он посмотрел на меня с ухмылкой: «Если расскажу, мне придётся тебя убить»

    БЛИН! Я пытаюсь получить работу в компании, а задаю вопросы как 12-летний фанат. Для полной картины ещё надо было попросить у Эрика автограф. Так в унитаз были смыты зарплатные мечты о 50 штуках в год для Джерико.

    Мне очень хотелось поймать слова и запихнуть их обратно в глотку, но я никак не мог остановиться.

    «Не, ну ведь WWF скорее всего ещё владеют именами Дизеля и Рамона. Как же ты их назовёшь?»

    «Я ещё не думал», сказал Эрик. «Но скорее всего, просто назову их реальными именами – Кевином Нэшем и Скотт Холлом. Да какая там разница»

    Мне надо было прекратить этот словесный понос, но я не удержался и сказал, что мы с Большим Титаном (который по иронии стал в WWF фальшивым Рэйзор Рамоном) придумали им имена, которые помогут им реализовать старые гиммики.

    «Смотри, раньше их звали Дизель и Бритва Рамон, а у тебя они будут Октаном и Филигранным Филом», сказал я ему с улыбкой. Эрик не отреагировал вообще никак, и я обмяк как причиндалы 60-летнего старика.

    Неловкая тишина.

    После того как я доел обед, мы поднялись в офис Эрика и перешли к делу.

    «Так, давай без предисловий. Я хочу, чтобы ты работал в WCW. Думаю, ты потенциально будешь нашей версией Шона Майклса. У тебя есть и внешность и харизма и ты мог бы стать для нас быть удачным приобретением. Я хочу сразу забросить тебя в дело».

    Я был польщён такой оценкой, однако обескуражен тем, что сказал Эрик дальше.

    «Я бы хотел увидеть вражду Криса Джерико и Брэда Армстронга. Да, определённо, мне действительно хочется посмотреть на Криса Джерико против Брэда Армстронга.»

    Вот вам и смешанные чувства.

    Эрик только что сравнил меня с Шоном Майклсом, величайшей звездой WWF. А потом почти в том же предложении, велел мне соперничать с Брэдом Армстронгом. Он конечно был великолепен, но в WCW являлся звездой куда меньшего ранга чем Шон.

    Вражда с Брэдом не была быстрым билетом наверх, но я уважал точку зрения Бишоффа и согласился. Затем он спросил, сколько я хочу в год. Это был момент истины. При помощи несложных вычислений я подсчитал сколько зарабатывал в Японии и сколько бы стоила работа в WCW. Я призвал всю свою смелость, вдохнул и выпалил.

    «Эрик, ну я думал над этим и раз уж в Японии я зарабатывал неплохо, меньше чем на 100 000 долларов мне смысла идти нет»

    Ну вот, вроде, сказал…

    Это была безумно завышенная цифра и я ожидал, что он сейчас рассмеётся и прогонит мою раздутую от самооценки задницу из своего офиса. Вместо этого Эрик кивнул и сказал: «Я вижу тебя в категории Дина Маленко, Эдди Герреро и Криса Бенуа и меньше чем им зарплату тебе не положу. Пусть это будет 135 000, так же как у них».

    Мои глаза вылупились из орбит, как у Джима Керри в «Маске»

    Сто тридцать пять тысяч долларов за то что я и так любил делать? Он обкурился?

    Но Эрик не закончил.

    «Также тебе нужно переехать в Атланту, а это удовольствие не из дешёвых. Так что я тебе добавлю 30 000 долларов в год, чтобы помочь справиться с издержками. Давай-ка подпишем контракт на 3 года».

    У меня снесло крышу от его предложения. Да и вообще, он торговался не в свою пользу, разглашая, кто сколько зарабатывает в компании. Я готов был подписаться хоть на 10 лет. Вспомните, что максимум в год я до этого зарабатывал 50 000, и вы поймёте, что меня шокировало. Я только что почувствовал на себе силу щедрости Эрика.

    Я принял предложение, вышел из офиса, позвонил папе и рассказал о случившемся. Он обалдел, так же как и я, но всё же рассказал о том, как подписал свой первый контракт с «Нью Йорк Рейнджерс» почти 25 лет назад.

    В 1970-м у него выдался очень хороший сезон с Рейнджерами. Однажды он пришёл в офис к своему менеджеру, Эмилю Франси.

    «Знаешь, Эмиль, у меня был хороший сезон, и мне кажется я показал свою ценность для команды. Я прошу о повышении до 27 000 долларов в год» Он тогда получал 25 000.

    Эмиль тогда предложил ему 30 000.

    Отец вышел из офиса с улыбкой. Через несколько минут он занервничал – ведь Эмиль дал больше чем, он просил. Хороший переговорщик всегда просит больше, а получает всегда чуть меньше чем запрашивал вначале. Если бы отец запросил 35 000, то вполне возможно, он столько бы и получил.

    Я попался в ту же ловушку. Может, запросив 200 000 долларов, я бы и получил их. Но и для меня всё и так было тип-топ.

    Я всё ещё был под впечатлением от предложения Эрика, и даже после вычитания всех налогов и дорожных издержек, 165 000 долларов были не такой уж и маленькой зарплатой.

    Бишофф говорил, чтобы я приступил к работе в WCW так скоро, как только выполню свои обязательства перед ECW и WAR. Моя жизнь должна была закипеть.

    Раз уж у меня выдалось ещё несколько свободных дней, я поехал из Калгари в Виннипег, чтобы встретиться с мамой.
    Лето заканчивалось и её здоровье немного улучшилось, так что она могла проводить время вне дома. Она путешествовала по улицам на своём моторизированном инвалидном кресле и смогла заехать в наш любимый ресторан, D-Jay’s чтобы поужинать. Я с гордостью составил ей компанию.

    Она справлялась со своей инвалидностью и жила с ней. В следующем году она даже пролетела 3 часа, чтобы попасть на свадьбу моего двоюродного брата Чада. Она использовала свою железную волю, чтобы справиться с тем, что послал ей Господь.

    В один чудесный летний индейский день, она попросила меня прокатить её на моём Мустанге с открытым верхом. Для неё было крайне нетипично покидать дом. Но я был слишком занят, тусуясь с друзьями (или чем-то таким же малозначительным), так что пообещал прокатить ее завтра.

    Но потом позвонили из WCW и сказали, что меня ждут на ТВ-записи завтра в Далтоне, штат Джорджия. Никогда больше у меня не было шанса покатать маму на машине с откидным верхом, и я корю себя за это каждый день. Я часто потом задумывался, как счастлива она была бы, катаясь на машине, и как ветер развевал бы её волосы. Я представлял улыбку у неё на лице, но увидеть мне этого было не суждено.

    Я отказал ей, когда она ещё могла, и этот шанс ушёл от меня навсегда. Это одно из самых больших сожалений в моей жизни.

    Сожаления – тяжкое бремя, и несмотря на то что у меня их немного, они такие, что даже немного – это чересчур.

    На следующий день я прилетел в Атланту и доехал до Далтона с указанием прибыть на арену в час дня. Я ориентировался по японскому времени, так что в 12.45 был у здания. Когда я приехал, место было пустынным. Ни ТВ-вагончика, ни команды, собирающей ринг, лишь 2 реслера … Скотт Холл и Кевин Нэш.

    Они сидели рядышком в уголке, я подошёл и представился. Мы обменялись любезностями и Холл, как оказалось, знал как меня зовут, потому что однажды виделся с моим отцом в аэропорту. Мой отец – мой фанат, и уж он то про меня Холлу нарассказывал.

    Так вот, сидели мы втроём и хохотали над тем, что никто больше на работу вовремя не приходит. Мы были новичками в WCW, но я был вымуштрован в Японии. Они – почти также вымуштрованы в WWF, так что привыкли приходить вовремя без исключений. Похоже, в WCW правила были куда мягче.

    Холл и Нэш ещё не привыкли к плохому поведению, которое потом сделает их известными. Так что в тот день мы были примерно на одном уровне. Но это был и последний день, когда можно было так сказать.

    Наконец пришли все и мой первый матч был против Джерри Линна. Офис недавно сменил ему гиммик, так что теперь он был супергероем в маске. Они одели его в клёвый пурпурно-жёлтый костюм и дали имя “Мистер Джей Эл”. До сих пор я так и не решил тайну шифра - кто же был этот герой Джерри Линна.

    Но у меня были тайны и поважнее. Мистер Джей Эл и я должны были сделать матч на семь минут включая выход на ринг. Это оставляло нам только пять минут непосредственно на действо. В Японии я каждый вечер выдавал матчи по 20 минут… Но теперь я был не в Канагаве.

    Когда Терри Тейлор, букер-ассистент, сообщил мне, что компания решила сделать меня фейсом, я подумал, что это очень здорово. Хорошо выглядящий, блондинистый, мускулистый фэйс несколько лет назад смотрелся бы тупо, но в 1996-м мир изменился.

    Общество в целом начало принимать плохого парня как нового хорошего парня, и хорошего парня как нового плохиша. WCW в этом смысле отставало, и я с самого начала был обречён, так как был безымянный безликим бэбифейс. Я только что закончил работу в Японии, где был очень успешным хилом. А в ECW все и так были хилами, так что мгновенно стать фейсом было довольно трудной задачей. Я был в режиме хила и за счёт меня оппоненты выглядели хорошо. Так что я отдал Мистеру Джей Эл большую часть матча и украл быструю победу в конце. Я сделал всё, чтобы получился хороший матч, но тут объявился старый друг.

    Тук-Тук

    Кто там?

    Это Проклятие Джерико, сучка!

    Матч был ужасным. Это был мой дебют, и все это знали. Кроме меня.

    Отчитывать начали с того момента, как я зашёл за кулисы, где меня ждал Пол Орндорфф. «Блин, чувак, тебе нужна весёленькая роба с нашитыми блёстками и камушками!»

    Затем я увидел Терри Тэйлора, который был известен тем что обкуривался слишком много: «Ну и отстой. Это что, твой первый матч? Ужас какой. И чего ты хотел этим показать?»

    «Несмотря на то, что я должен был победить, я хотел чтоб Джей Эл выглядел хорошо в процессе» - сказал я, защищаясь.

    «Да этот матч был не для него! Он был для тебя, чтоб ты показал всем что ты умеешь. А похоже, что ты не умеешь ни хрена! Такое даже по ТВ нельзя показывать»

    Твою ж мать!

    Терри неистовствовал, а я стоял и не знал что сказать. В мою защиту работал лишь тот фактор, что это был мой первый матч. Букеры знали, что я работаю в японском стиле, так что могли меня не бросать с места в карьер, а снабдить какими-нибудь советами или подсказками.

    Это было типичной проблемой WCW – никто ни с кем не был на одной волне. Терри Тэйлор был одним букером, Кевин Салливан – другим, а остальные вроде Халка Хогана (который и оказался третьим членом nWo), Холла и Нэша, могли делать что угодно, несмотря на рекомендации креативщиков. Бишофф должен был отвечать за всё, но он был лишь марионеткой в руках Хогана и его лакеев. На самом деле было вообще непонятно кто босс.
    Неорганизованность продолжилась, когда Терри велел мне завтра отправляться в Орландо на ТВ-записи в Universal Studios. Я прилетел из Виннипега в Далтон на один день, так что у меня была только одна смена одежды и одни трико. И раз уж запись в Орландо длилась 2 недели, я был совсем не готов к такому длительному пребыванию.

    Терри решил, что мне лучше улететь назад в Виннипег, забрать вещи и вернуться во Флориду. Но комедия продолжилась, когда я сказал, что живу не в Виннипеге, и вещи у меня на самом деле в Калгари.

    Так что я прилетел из Атланты в Виннипег часов в 12 дня, поцеловал на прощание маму, за 14 часов доехал на машине до Калгари, забрал вещи и в 7 утра сел на самолёт в Орландо. И всё из-за того что они решили: я нужен в Орландо с оповещением за день. Хотя я был подписан уже месяц как и они могли бы меня забукить за несколько недель до этого.

    Чёзабред.

    ^ ^ ^ ^
    JOIN US





Страница 2 из 3 ПерваяПервая 123 ПоследняяПоследняя

Информация о теме

Пользователи, просматривающие эту тему

Эту тему просматривают: 1 (пользователей: 0 , гостей: 1)

Ваши права

  • Вы не можете создавать новые темы
  • Вы не можете отвечать в темах
  • Вы не можете прикреплять вложения
  • Вы не можете редактировать свои сообщения
  •